Малыш - Элен Ош

пить чай. А я прислушался. До слуха долетело бормотание и раздавалось оно из-под пола…

Я оставил Нэнси вести задушевные беседы с демоном, как он того желал, а сам принял невидимый облик, чтобы не привлекать внимание. Склонился ухом к половицам и напряг слух.

Неразборчивый шепот смутно доносился из глубин подвала. Я переместился. Звук усилился. Я передвинулся дальше и понял, что в том же направлении ушел пацан. Мартин забежал за лестницу в небольшой коридор, который вел к черному ходу. Я принюхался и уловил запах пацана. Он где-то рядом. Я обогнул лестницу, но малыша не увидел. Проверил дверь. Заперта.

— Хм, пацан, куда ты спрятался?

Вновь навострил уши и услышал шорох, шепот и бормотание. Они шли снизу и сбоку одновременно. Я всмотрелся в стену, но ничего не приметил. Порой хозяева дома в подлестничном пространстве обустраивают шкаф, полочки для книг. Однако я пялился на стену из деревянных панелей и отчетливо слышал идущие из-за нее голоса.

— Как пацан туда проник, если дверь отсутствует? — не понимал я.

Но для монстров преграды не существуют, мы легко проходим сквозь стены. Я так и поступил: шагнул вперед и темнота окутала меня.

— Тсс! — раздался шепот снизу. — Нас подслушали!

Сопение и хрюканье вторили детскому голосу. Я активировал ночное зрение и увидел ступени, убегающие в подвал. На нижней ступеньке сидел Мартин в окружении монстров. Компания притихла, выжидательно устремив на меня взгляды.

— Вот так встреча? Откуда вас столько? — удивился я и спустился ниже.

— Пришли со мной познакомиться, — ответил Мартин.

— А ты как попал в подвал? Умеешь сквозь стены проходить?

— Нет, что ты! — рассмеялся пацан. — Там дверь наверху, просто ее не видно. Она как стена.

«Да ладно, вот я промахнулся».

— Познакомиться, значит. Не напугать?

— Не-е-е, — промычали сородичи, — такого не напугаешь.

— Не поспоришь! — согласился я. — О чем беседу ведете?

— Да так, — махнул рукой Мартин, — о делах житейских.

Над головой раздался топот ног и громкий голос Нэнси прорвался сквозь толщу стен:

— Мартин! Где ты? Господи, его украли!

— Твои житейские проблемы, — заметил я и выскользнул из подвала, предварительно проявившись. — Нэнси, он здесь!

Я открыл дверь, которая сливалась со стеной, и посторонился, пропуская девчонку. Нэнси нащупала выключатель сбоку, и подвал озарился светом. Монстры кинулись в рассыпную. Нэнси вскрикнула, схватилась за грудь и ртом хватала воздух.

— Паническая атака, — заключил демон, прислонившись к дверному косяку, — дыши, Нэнси, дыши! Медленный глубокий вдох и такой же выдох.

— Что… Это… Было? — воскликнула девушка.

— Мои друзья. Зачем ты их напугала? — возмутился малыш.

— Я? Ты хочешь сказать, я напугала монстров?

Демон разразился гомерическим хохотом. Его смех раскатистым эхом разносился по дому и вышиб из бедолаги слезы. Окто безудержно всхлипывал, пытаясь произнести хоть слово.

— Что смешного я сказала? — брови Нэнси сдвинулись к переносице.

— Ты… уникальный… человек, — выдохнул Окто. — Мало того, что демона вызвала куриным бульоном, так еще и монстров напугала! Да, тебе цены нет!

Смех вновь прервал его речь, но Нэнси готова была разреветься от обиды. Она смотрела сверху вниз на брата и с трудом сдерживала слезы. Мартин стоял на нижней ступеньке лестницы и не решался подняться.

— Тут для тебя что-то есть, — пролепетал малыш и махнул в сторону рукой.

— С меня довольно сюрпризов, — металлическим тоном процедила Нэнси.

— Как хочешь, — вздохнул Мартин, — но бабушка сказала…

— О, боги! — всплеснула руками Нэнси, — как ты не поймешь, Мартин, что все эти монстры, демоны, видения сыграют с нами злую шутку!

— Какую?

— Кто-нибудь пронюхает про это, донесет в попечительский совет, и мне не разрешат взять опеку над тобой. А тебя отправят в детский дом.

Мартин поднялся по ступенькам, поднял голову и тихо произнес:

— Но, твой парень…

— Что мой парень? — насторожилась Нэнси.

— Он уже…

— Да, говори скорее! — прикрикнула девчонка.

— Уже рассказал, — прошептал Мартин.

— Эх, зря я не откусил ему голову! — сокрушался я.

Нэнси озадаченно переводила взгляд с меня на угомонившегося демона, ожидая поддержки.

— Только пожелай и я выполню любую просьбу, — ответил Окто, — ведь не зря меня вызвала утром.

— Что Кристиан мог наговорить? Кто ему поверит? Сочтут за безумца, — лихорадочно обдумывала Нэнси.

— Это твое желание: выдать его за умалишенного? — уточнил демон.

— Нет! — спохватилась Нэнси. — Подождем. Утро вечера мудренее.

— Глупая фраза, — бросил демон, — все отличные дела стряпают по ночам. Я прав, Джек?

Я впервые согласился с демоном и рассматривал план вылазки из дома. Запах Кристиана я запомнил, отыскать не составит труда. Надо наказать наглеца и выяснить, кто наводчик на дом и сокровища ведьмы.

— Нет, никто ничего не предпринимает, пожалуйста! И больше, Мартин, никаких монстров! А ты, Джек, стань невидимкой. А ты…

— … буду делать то, что посчитаю нужным, — грубо перебил девчонку Окто, — я тебе не подчиняюсь.

— Вообще-то, я тебя вызвала!

— Ой! Напугала, — скорчил гримасу демон. — Между прочим, сам мальчишка сможет разрулить ситуацию.

— Как это? Он еще ребенок! — не поняла Нэнси.

— Одаренный ребенок, не забывай, — поправил Окто. — Ты думаешь, монстры просто так появились в подвале? Их притянула сила пацана. В его возможностях призвать армию бесов и управлять ею.

— И как нам это поможет против попечительского совета? Мы их скормим монстрам?

— Слушай, Нэнси, отличная идея! — демон захлопал в ладоши.

Девчонка всплеснула руками, но острить в ответ желания не возникло.

— А ты подумай. Поразмысли, — предложил демон, — если Мартин обладает способностью управлять низшими существами, выходцами из ада, то и на людей имеет влияние. Несмотря на его демоническое начало, в пацане нет злости и жестокости. Он несет свет и добро. Утром малыш отлично продемонстрировал момент силы. Мартин видит будущее, как мы уже заметили. Это позволит ему противостоять любым препятствиям, а заодно примирять противников.

— Как у похотливого Асмодея родился сын, абсолютно на него не похожий? — задумчиво произнесла Нэнси.

— В противовес, — ответил Окто, — тот разрушает, этот восстанавливает. Но, Асмодей — великий демон! Да, он любит похоть, азартные игры, но Асмодей — покровитель воинов и всячески им помогает, при этом чертовски умен и начитан. А какой он галантный кавалер!

— Слушай! — глаза Нэнси загадочно заблестели, и я навострил уши. — Джек сказал, что ты принимаешь образы разных демонов, чтобы выполнить задуманное. Кто знает, не ты ли являлся моей матери в облике Асмодея?

Я хмыкнул. Признаться, эта мысль не приходила в голову. Я, не отрываясь смотрел на демона и ждал ответ. Мартин сидел на полу, прислонившись ко мне, и дремал.

— Нет, девочка! Я понимаю, тебе стало бы легче свалить беды на меня. Однако я только утром познакомился с вашим семейством и не жалею об этом. Я получил персональное задание и выполню его.

— Оберегать Мартина? Но не меня?

— Ты в силах позаботиться о себе. Твоя бабка — сильная ведьма. Она передала тебе свой дар, ведь так?

Нэнси задержала дыхание и прикусила губу. Я вспомнил вскользь брошенные девчонкой слова о видении.

«Надо бы расспросить подробнее».

— Ох, Мартин, ты утомился! — Нэнси склонилась, подняла малыша на руки и направилась в детскую. На ходу обернулась и бросила через плечо, — я займу комнату рядом с детской, а ты, Окто, выбирай любую. Увидимся утром!

— Девчонка не промах! Быстро смекнула, с кем лучше связи наладить, — заметил демон и спустился по лестнице в подвал. — Посмотрим, что бабка оставила в наследство.

Я скользнул следом и осмотрелся. Подвал оказался добротным, ведьма проводила в помещении достаточно времени и обустроила его с комфортом. Вдоль стены стояла кушетка и старинный буфет, за стеклами которого угадывались многочисленные пузырьки и баночки со снадобьями. По другую сторону приютился комод и небольшой колченогий стол, одну ножку которого подпирала стопка из трех книг.

По левую сторону подвал оставался свободным от мебели, однако половину каменного пола украшала пентаграмма и свечи. Демон присвистнул, обошел небольшое помещение и прилег на кушетку.

— Обоснуюсь я здесь. Мне нравится. А ты, Джек, пошел вон! Займись прямыми обязанностями.

Я фыркнул в ответ, но спорить не стал.