Мой запретный - Виолетта Роман

Он мокрый после душа. Значит, с раннего утра тренируется. А может и не спал вовсе.  Угробит себя перед боем, упрямец.

Вчера Лука сам не свой был. Сушка всегда дается ему тяжело, даже если нужно сбросить всего пару килограмм. А перед этим боем  он нервничает как никогда.

- М-м-м, - потянувшись, обхватываю его шею и притягиваю к себе, касаюсь губ своими.  Лука углубляет поцелуй, буквально врезаясь в мой рот языком.  От него пахнет жвачкой и гелем для душа, и я хочу его прямо сейчас. С утра.  Растрепанной, с нечищеными зубами  и сонным лицом. Мне плевать, как я выгляжу. Главное то, как видит меня он, и кем  я ощущаю себя в его руках.

- Эй, тигрица, после боя, - смеется, когда я запускаю руку ему в штаны. Перехватывает запястье и возвращает обратно.  Отстранившись, нависает надо мной, опираясь руками по обе стороны от моей головы.

- Ты со мной поедешь? Или доберешься с Марикой?

Касаюсь ладонью его щеки колючей, по голове веду, царапая кожу о ежик волос. Он заставил меня его подстричь. С ума сойти, и как я могла согласиться? Ни разу в руках машинку не держала, но он так уверенно всучил ее мне. Опомнилась только когда Варламов оказался с коротким ежиком волос, а на полу ковер из его волос.

Не хочу его отпускать. Ни на секунду. Мы так мало видимся, последние дни он пропадал на тренировках, готовился к бою. А я в ресторане с Марикой. Но если днем мы далеко друг от друга, то ночи были нашими. Каждая из них -бессонная, наполненная страстью и горячим сексом. Сегодня Марика устроила нам выходной. Весь ресторан идет на бой, болеть за ребят. За обоих.

- Мне придется заехать в ресторан. Твоя сестра просила проверить все ли там в порядке. Мы встретимся с ней и вместе приедем к октагону.

Он целует мои губы.

- Только не опоздай. Я буду ждать в раздевалке.  Не хочу идти на бой, не поцеловав своего ослика.

Подмигнув, поднимается с кровати,  направляясь в гардеробную. А я глаз от него не отвожу. Смотрю на то, как переодевается, как застегивает манжеты на рубашке. В груди волнение тугой спиралью крутит. Не знаю, чем закончится этот день. Победа любого из них станет для каждого трагедией.

Все ребята в последние дни в напряжении. Это чувствуется по внезапной молчаливости Марики, по еще большей нелюдимости Илая. Даже Дема ходит какой-то хмурый. И когда я смотрю, как он обувается в коридоре, меня начинает подташнивать от тревоги. 

- Все ведь хорошо будет? – спрашиваю, когда Лука притягивает к себе за шею и целует в нос.

- Это ты мне скажи, Ослик? Все будет хорошо?- ухмыляется, проводя пальцами по скулам. – Я могу надеяться, что этой ночью ты повторишь вчерашнюю тему с бельем? Я *б*ть как завелся... – он заползает рукой под подол футболки и сжимает мою ягодицу.

- Эй, - отскакиваю, недовольно фырча. – Не наглей, Варламов. Я на кураже была. А сейчас мне... стыдно.

Он начинает смеяться. Притягивает к себе за плечи, целует в висок.

- Капу взял? – бурчу, стараясь скрыть смех за показной обидой.

 Обижаешь,  улыбается довольно, доставая из кармана коробочку. – Всегда со мной.

На ямочку смотрю его прямо посредине подбородка. На шрамик небольшой на скуле, на мелкую россыпь канапушек на лице. Любимый. Весь до последней капли. До сантиметра кожи. И я не хочу, чтобы ему было больно.

Мы еще раз целуемся. Он прижимает меня к себе, вдавливая в стену. И простояли бы так чертовски много времени, если бы не его телефон. Огинский, чтоб его... Неймется ж.

Лука уезжает, а я следующий час бесцельно слоняюсь по квартире. Внутри странное возбуждение. Ожидание чего-то... Хорошего или плохого – не знаю. Привожу себя в порядок и неспеша пью кофе. Встерча с Марикой через полчаса в ресторане.

Заплетаю волосы в две объемные косы  и накинув кожанку, выхожу из квартиры. Закрываю за собой.

Пока спускаюсь по лестнице, на телефон приходит сообщение от Марики. Она уже в ресторане, ждет меня. Улыбнувшись, набираю ей ответ. А когда выбегаю из подъезда, едва ли не налетаю на мужчину в черном.

- Простите, – бросаю, поднимая глаза и застываю, улыбнувшись.

- Оскар? Но что... – удивленно озираюсь по сторонам. Неподалеку на подъездной дорожке припаркован его автомобиль. Мужчина хмурится, сверля меня напряженным взглядом.

- Ия, привет. Я звонил, ты не брала трубку.

Звонил?

- С пяти утра уже телефон твой оборвал.

Я снимаю блокировку и проверяю входящие. Точно. Дестья звонков от Оскара. Ну, Лука!

- Что-то случилось? – по телу разливается свинцовая тяжесть, оущещение тревоги петлей затягивается на шее.

- Да, случилось, - кивает мужчины. Я вижу насколько оннапряжен. Скулы напряженнее, лоб нахмурен.

- Ты должна поехать со мной в одно место. Это очень важно, Ия.

Лука

Бросаю тачку на парковке. В зале, где будут происходить бои еще пусто, расставляют стулья и столы. Октагон сейчас сонный – стоит в тени, в полной тишине. Прохожу мимо, чувствуя, как это место уже с первых минут наполняет меня адреналином.

Со стороны раздевалок появляется Гаранин. При виде меня, он улыбается  и идет ко мне с распростертыми руками.  Ублюдок толкнул нас в яму своими требованиями. А теперь делает вид, будто мы лучшие друзья.

- Надеюсь, вы в форме, Варламов. Мои гости ждут кровавой бойни. Вы с Нейманом выходите последними, поэтому сделайте завершение дня фееричным, - он жмет мне ладонь, притягивая к себе.

- Я помню свои обещания. Надеюсь, и ты помнишь свои.

На его губах искрится улыбка.

В зал входит Демид. Заметив промоутера, он хмурится.

- Он все еще с вами? – спрашивает удивленно Славик, косясь на Огинского.

- Дема будет выступать в турнире.

Я не хочу продолжать этот разговор. Сославшись на необходимость