Мой запретный - Виолетта Роман

своим видом. И лучше бы ей не раскрывать свой рот.

Спустя две секунды Лука рядом со мной. Возвышается огромной, восхитительной и дико раздражающей скалой. 

- Ты куда собралась? – смотрит на меня сверху вниз, пытаясь выглядеть строго. А сам едва смех сдерживает.

Задираю нос, нагло глаза его сверлю.

- Покурить...- бросив короткое, срываюсь в сторону Огинского. Но Лука хватает меня за руку.

- Сюда иди...

Ненавижу, когда он так делает!   Понимаю, к чему ведет, и от обиды в груди все сжимает.

- Только попробуй, Варламов. Только попробуй меня унизить при этой дуре. Я тебе глаза выцарапаю.. – цежу сквозь зубы шепотом, выставляя вперед кулак.

Он опускает на него взгляд, ухмыляется недобро. А потом, схватившись за затылок, вбивает мое тело в свое. Резко. Так что мой кулак врезается в его грудь. До чего же там твердо! Я замираю в его руках. Дезориентированная. Он застал меня врасплох!

- Посмотри на меня, - тихий, смеющийся голос над головой.

А мне расплакаться хочется. Потому что Катя все еще стоит напротив нас и с ехидством наблюдает за происходящим.

- Я просто не хотела тебе мешать. Что ты устраиваешь? – говорю с обидой.

- Я устраиваю?

Он постоянно смеется надо мной. Выставляет маленькой и глупой.  Мне это надоело.

-  Я вообще-то не к тебе пришла, чего выскочил?!

Его брови взлетают вверх.

- Ах, не ко мне? – вопрошает с наигранным возмущением.

Я делаю шаг назад. Мне надоел этот цирк. Я просто хочу выйти  и успокоиться.

- Дем, идем,  - поднимаю глаза на все еще стоящего в дверях Огинского.

Он переводит недоумевающий взгляд с меня на Варламова и обратно.

- Дема идет в клеть, а ты со мной.

Огинский пожимает плечами и направляется в центр зала. Предатель. Ну ничего, я еще припомню.

- Идем в кабинет, - я чувствую его за спиной. Горячая грудь Луки касается моего плеча. Он обхватывает мою талию и касается губами моего виска.

- Только глаза не царапай, а то драться не смогу, - смеется мне в волосы.

Окутанная его теплом и запахом, смотрю на блондинку, идущую к нам.

- Лука, так что? Мы договорились?  - она демонстративно смотрит только на него. И смотрит так... словно все еще имеет на него право.

Мне не нравится стоять с ней рядом.  Я пытаюсь отстраниться, но Варламов с легкостью преодолевает мое сопротивление, еще сильней прижимая к себе. 

- Завтра выходи. Обязанности ты знаешь. Убираешь зал и моешь снаряды после тренировок.

Катя кивает.

- Спасибо тебе, - на ее губах смущенная улыбка.

А у меня шок. Он берет ее на работу? К себе в зал? Варламов вообще в своем уме?!

Мне нужно с ним серьезно поговорить. Но не сейчас.  Потому что в гневе я могу натворить дел.

- Она будет работать здесь? – шепчу, когда Катя покидает зал.

А у него немой вопрос во взгляде. Мол, и что?

- Варламов, ей богу, тебе лучше выпустить меня, иначе...

- Лука! -  раздается громкий мужской голос, перебивающий мой гневный порыв.

Прикрываю глаза, считая до десяти. Дыши, Ия. Просто успокойся и отбрось желание пристрелить этого засранца. Ты ведь хорошая и добрая. Это все он. Он довел меня до белого каления.

Я чувствую, как Лука напрягается.

- Идем в кабинет. Поговорим там, - отвечает сухо мужчине. Удивленная столь резкой переменой в его голосе, оборачиваюсь и смотрю на собеседника Луки. Высокий брюнет. Я видела его несколько раз в ресторане, когда только пришла на работу. Если не ошибаюсь, его зовут Марат.

Варламов тянет меня за собой. Сейчас он действует уверенно.  Марат заходит вслед за нами в комнату и устраивается в кресле для посетителей.

- Садись, - толкает меня в свое рабочее кресло.

- Я не хочу... – начинаю было ворчать, но Лука тянется к краю стола и, достав несколько чистых листков, кладет их передо мной. Выдернув несколько ручек из подставки, бросает сверху.

- Вот тебе листочек, нарисуй пока солнышко и ослика. А взрослые поговорят, - направляется к Марату, в секунду потеряв малейший интерес ко мне.

У-у-у-у. Ну я тебе сейчас покажу, «солнышко с осликом».

Взяв одну из папок для бумаги с края стола, кладу на нее листок. Помню, в школьном прошлом хорошо рисовала. Вечно меня заставляли стен-газеты делать.  Вооружившись ручкой, делаю несколько штрихов. И будто черти распирают... Рисунок дается легко, так, будто я каждый день тренируюсь.

Отбросив в сторону папку, любуюсь на свое творение.  Огромный жилистый кулак с оттопыренным средним пальцем. Улыбаюсь довольно. Хороший такой ослик получился.

- Меня менты загребли, брат, - словно из тумана доносится нервный голос мужчины. Я так увлеклась рисунком, что пропустила мимо ушей практически весь разговор.

А теперь, когда я внимательно смотрю на Марата, замечаю, что его лицо бледное, а руки нервно сжимают какие-то бумаги.

- На кармане был товар. Я просто должен был перевезти его. Там товара на десять кусков! На меня дело хотели завести. Я порешал с ментами на месте. Но товар забрали. Исай порвет на куски, когда узнает... Мне нужны бабки, Лука.

Варламов задумчиво трет подбородок.

- Мы ведь разговаривали с тобой, Марат. И я предупреждал, если не бросишь эту дрянь, я вынужден буду расстаться с тобой... Я не имею дело с наркотой. Ни в каком ее проявлении, - голос Варламова спокойный и ровный.

- Ты серьезно? – кривится мужчина. – Ты хочешь сказать, что из-за какой-то х*йни готов выкинуть меня на улицу?! Сколько раз я твой зад спасал, да тут все держится только на мне! И это твоя благодарность?!

Варламова ничуть не трогают его слова. Он абсолютно спокоен. Снаружи. Уверенна, что внутри у него сейчас ураган.