Мэй и Минато. Любовь в офисе. - Nil Магия и разум

не хочет этого знать и готовила себя к сюрпризу новой жизни. Я тоже не торопил события. Клал руку на живот и разговаривал с малышкой, или малышом, пел ей песенки и читал стихи.

Несколько раз я летал в Африку. Но тогда мой визит прошел более по-деловому и в волшебные подвалы я не попал.

Огр был взволнован не меньше моего. Он узнал, что с супругой у них будет первый малыш, и на радостях поувольнял всех своих сотрудниц «игровой комнаты».

Тем более та война, к которой готовились, разгоралась. При поддержке французов карликовое племя начало войну с его страной. Война пока шла на границах, но французы гнали все больше и больше оружия, и Корпорации приходилось отвечать, увеличивая наши поставки.

Мы поставляли его практически в открытую, все больше и больше проводя танки и вертолеты, как сельскохозяйственную технику.

Как правило, я останавливался в резиденции Корпорации. И руководитель офиса присылал мне симпатичных девушек. Но я отправлял их назад. Я был женат официально, и это могло быть использовано, в том числе и им против меня.

В стране было тихо, но я чувствовал, что это затишье может в любую минуту разразиться бурей борьбы.

Ездил я и на шахты и на рудники. Мы выезжали под охраной на десяти машинах. Над нами висел вертолет, и я ехал в клубах поднимаемой колесами пыли. Подъезжали к огороженному высоким забором офису, и я проходил внутрь. Смотрел документы, давал рекомендации и мы ехали дальше. Я не понимал, зачем я здесь. Ведь многое можно было решить дистанционно. Но таких вопросов Корпорации я не задавал. И мне никто не объяснял смысл.

Встречались мы и с родителями Акари. Отец сам не поднимал разговоров о Китае, а я как-то после ужина сказал ему, что думаю над его предложением, но считаю, что оно может быть реализовано, только после родов Акари. Я хотел, чтобы мой ребенок появился в Японии, под присмотром лучших врачей.

Ее отец принял эту аргументацию. Но несколько раз мы ездили с ним в огромные цеха, где производились катера, яхты и железные корабли для Сил Самообороны Японии.

Я видел несколько контрактов. В том числе он делал флот и для африканской страны.

Мне понравилось спокойствие железных линий этих надводных акул. Их скрытая мощь и сила. При этом я спросил, делают ли они защиту от беспилотных аппаратов, отец Акари нахмурился. Я рассказал ему об опыте боев, которые наблюдал в Африке.

После чего несколько дней мы посвятили разработке этой темы. То есть я приезжал и рассказывал его команде о своем опыте.

Помогло это или нет, но через неделю у меня на согласовании оказался дополнительный контракт на оборудование кораблей средствами радиоэлектронной борьбы.

Сумма была внушительная, и я пересчитал на сколько поднимутся акции Акари и согласовал его.

Я предвкушал, как стану отцом и не много волновался, кто же подарит мне ребенка первой. Я думал, что это будет Ямамото. Но разница в сроках зачатия измерялась примерно неделей, двумя, и первой могла стать мамой Мэй, или Акари.

Глава 21 Отцовство.

Звонок застал меня в баре. Вечером, после работы две хорошеньких таечки лакировали и без того блестящие части моего тела проворными язычками.

Одна из них знала мои привычки и учила вторую, как надо действовать, чтобы мне нравилось. Она то ускоряла напарницу, то замедляла движения ее головы, то присоединялась к процессу. Я почти не вмешивался, иногда только, играя ударял обоих по губам.

Они хихикали и принимались вновь жадно исполнять свою работу.

Было хорошо, и я не сдерживал их. Глядя их волосы своими руками.

Раздался телефонный звонок. В этот момент я оставил только срочные звонки, и мне могла позвонить только Акари, Ямамото, доктор или Юкио-сан.

Я не посмотрел на телефон и сразу ответил. Это был доктор. Он сообщал мне, что у Мэй отошли воды и ближайшие часы она должна родить. Это было высшее наслаждение и девочки получили желаемое. Не знаю, удивился ли он, услышав мое протяжное «О-о-о!» в телефон. Но думаю, он не удивился, ведь реакция отцов может быть разная. И, наверняка, он слышал и не такое. Девочки сглотнули. Вытерли мой флаг и приготовились снова начать свои «грязные танцы». Но я остановил их. И не скупясь выдал щедрые чаевые. Они встали, поблагодарили меня и вышли.

Я зашел в ванную, скрытую за панелью кабинки. Включил воду и залез под прохладный душ.

Эмоции переполняли меня, и я вымылся, почти не думая о процессе.

Размеренно вытерся и аккуратно, чуть сдерживая себя, оделся.

Но ехал я быстро, я спешил в больницу, к моей Мэй.

Я почти не думал, но Акари я позвонил и сказал, что буду поздно, либо вообще не смогу быть. Последние дни я задерживался, но всегда ночевал дома.

Я набрал Ямамото и приказал, чтобы она направила лучший букет в больницу. И на наш домашний адрес с Акари. Она кивнула и голос ее был уставшим.

Букет уже ждал меня на первом этаже, как только я приехал.

Я поднялся на лифте. Но в операционную меня не пустили. Мэй долго мучительно, тужилась, и врачи консультировались по поводу Кесарева сечения.

Решение было принято, и ей сделали эпидуральное обезболивание. И начали операцию.

Я мерил больничный коридор ногами. Считал плитки и ждал. Я не мог ничем помочь и это было самым волнительным.

Минуты для меня тянулись годами.

И вот из-за закрытой двери, я услышал громкий крик. Это родился мой ребенок.

Мой малыш, или малышка.

Через мгновенье я открыл дверь и увидел сестру, державшую маленький комочек плоти.

Доктор позволил мне пройти. Я помнил белое, измученное лицо Мэй и мне показали маленькое тельце моего сына.

На руки мне его взять не позволили. Роды произошли чуть раньше срока, и он был слаб.

Мэй показали малыша тоже. Я поцеловал ее, что-то говорил и малыша отвезли в отделение для новорожденных. Саму Мэй отвезли в палату. Я