Хуже, чем ничего - Екатерина Юдина

Боль от ушибленного бедра новой волной пронеслась по телу, но я ее даже не ощутила. Оглушенная барабанной дробью моего сердца, попыталась как можно скорее подняться, как кто-то внезапно схватил меня за волосы и потянул вниз.

— А ну на место, — зашипела Ивет. Это ее ладонь сейчас чуть ли не вырывала мне клоки волос. — Попытаешься встать, все волосы, повыдираю. Агас, фоткай быстрее. О, или лучше видео снимай.

— Отпусти, — я стиснула зубы и попыталась отодрать ее руку от своих волос. Было ли мне больно? Еще как. Но это не имело значения перед унижением, которое я испытала валяясь на полу. Слыша смех и мерзкие издевки. Оно впитывалось в кожу, как грязь. Смешивалось с кровью.

Мысли рвало на части, а я все еще не верила. Думала, что все не так. Я что-то неправильно поняла.

Я ведь знала, что друзья Дега еще те ублюдки, но не до такой же степени.

А Астор… он их сейчас остановит. Точно же остановит. Иначе быть не может.

Глаза начало печь. Не плакать. Не тут. Не сейчас. Не при них!

— Встань опять на колени, — Ивет, резко наматывая мои волосы на кулак потянула вверх. Причиняя такую боль, будто отрывая у меня часть головы и я дернулась. Попыталась ударить ее ногой, а затем рукой. Получилось. Попала по лицу. — Дрянь, да как ты смеешь?! — Ивет сильнее дернула за волосы и я вновь замахнулась. Терпеть не могла насилие в любом его проявлении. Не понимала, как вообще можно ударить человека, но была на грани.

Вот только, вновь ударить Ивет я не смогла. Моя рука была перехвачена.

На запястье сжалась огромная ладонь.

Поднимая взгляд, я посмотрела на того, кто меня удерживал и увидела Астора.

— Смотри на кого руку поднимаешь, — сказал он, отшвыривая мою ладонь, словно она была грязной. — Еще раз попытаешься ударить Ивет и я тебе пальцы переломаю.

Не плакать… Не тут… Только не тут…

По щеке все же скользнула слеза.

— О, она разревелась, — Ивет засмеялась. Будто развлекалась и ей нравилось это веселье. — Кто ставил на то, что она заплачет, как только все узнает?

— Ой, ну тут спорно, — Агас качнула головой. — Она не разревелась сразу же. Может, ущербная плачет потому, что ты ее за волосы оттаскала.

Агас и Ивет начали спорить, но я уже не слышала их. Подняла голову и посмотрела на Астора.

У меня мир плыл перед глазами, но его я все еще видела отчетливо.

— Зачем? — спросила у него. Не узнавая собственный голос. Чувствуя, что по щеке скользнула еще одна слеза, хоть и внутренне я запрещала себе плакать. Не получалось. — За что ты так со мной?

— Потому, что мне было скучно, — Дега ответила так, словно мой вопрос был идиотским и ответ на него самый очевидный.

— Скучно? — голос сорвался. Я ощутила еще одну слезу. — Ты нашу дружбу порвал на части потому, что тебе было скучно?

— Какую дружбу? Ты лишь бесившая меня прилипала. Но, Вив, ты знатно повеселила, когда призналась мне в любви. Хоть бы уже молчала и не говорила такой бред. Хочешь отношений? Иди встречайся с наркоманами со своего района.

Дега опять потер губы тыльной стороной ладони, а я только сейчас поняла, что все остальные слушали наш разговор, ведь после слов Астора прозвучала новая порция смеха. Громкого. Унизительного.

— О, я тоже такого же мнения, — Ивет хохотнула. — Я вчера бомжа видела около мола. Сразу мысль, что она бы ему подошла.

Хотелось зажмуриться. Закрыть глаза. Исчезнуть. Но я кое-как держалась. Правда, уже из последних сил.

— Ради развлечения решил зайти настолько далеко? Заставить меня тебе…

— Нет, конечно. Я член не засовываю лишь бы куда. Слишком большая для тебя честь.

Вновь смех. Я больше ничего спрашивать не хотела. До конца не понимала, в чем заключалось их финальное развлечение. Что было бы, если бы я их не заметила. Но и знать не хотела.

— Поехали в бар? — спросил Жан-Поль.

Его предложение всем понравилось и, продолжая обсуждать дальнейшие посиделки в баре, компания пошла прочь. Наверное, их машины стояли где-то ниже по горе.

Астор бросив на меня лишь один взгляд, сказал:

— Сама доберешься домой. Я тебя в свою машину больше не пущу.

Он тоже пошел прочь. Рядом осталась лишь Ивет со своими подружками и, хватая меня, они решили отомстить за то, что я ударила девушку.

Сопротивления не помогли. Я мелкая. Они выше, больше, сильнее. И их три, а я одна.

Пока подружки Ивет удерживали меня за руки и за волосы, она что-то подводкой написала на моем лице.

— Готово, — пропела она, возвращая подводку в сумочку. — Вот теперь идеально.

— Побежали. Остальные уже уехали, — Агас отпустила меня и толкнула. Сильно. Так, что я не удержалась на ногах и опять упала на бетон.

Но даже не вставала. Лежала. Слушала то, как они смеясь и цокая каблуками, покинули площадку.

Глубокий вдох и шумный выдох. По щекам потекли слезы и я лицом уткнулась в асфальт.

Ему было лишь скучно, а у меня сердце вдребезги и чувства в ошметки.

Для Астора лишь развлечение, а для меня конец не просто жизни. Скорее, всей вселенной.

Глава 5. Вдохи

Глубокие вдохи, но ни одного выдоха. Полная нехватка кислорода и едкое ощущение того, что я задыхалась. Захлебывалась слезами, которые не прекращая текли по щекам и были подобны кислоте оставляющей на коже глубокие ожоги.

Я и не знала, что может быть настолько больно. Словно я постепенно, но изощренно разрушалась. И сердце билось гулко. Быстро и болезненно. Желая разорвать грудную клетку. Вырваться наружу.

Астор уже давно уехал. Мне казалось, что прошла целая вечность с того момента, как смотровая площадка опустела, а я все еще не находила в себе сил даже подняться с асфальта.

— За что?.. — сорвалось с моих губ надрывное и еле слышное. Заглушенное моими всхлипываниями.

Нас связывали не только годы дружбы. Скорее, целая жизнь. И в каждом новом дне казалось, что человека ближе просто нет и быть не может. Вернее, что он и есть сама жизнь. Что без него дышать даже невозможно.

Я вновь закрыла лицо ладонями, а затем вовсе скрутилась калачиком.

Дега единственный человек перед кем я раскрылась настолько сильно. И он сегодня прекрасно показал насколько хорошо меня знает. Например, то, что я не могу находиться в ресторанах. Превосходная манипуляция. Чтобы я ничего не заподозрила и с самого начала чувствовала себя виноватой, отказываясь от изначального его подарка — заранее