Вредная. Запретная. Моя - Алина Ланская

Да задрали они меня. Теперь только простые, честные и бесперспективные парни. Как ты, Смирнов.

Глава 32

К папе я так и не поехала. Ни в тот день, ни на следующий. Знала, что опять поругаемся. Я не могла ему простить, что он со мной как с вещью обращался, будто я винтик в его дурацких махинациях, а он… он явно был зол на свою «неблагодарную» дочь, которая мало того, что на его бабки столько лет жила, так еще и отказывается отрабатывать каждую копейку. А ведь раньше он таким не был, ну или я просто не догоняла. Мы ругались, но так или иначе я всегда делала так, как он хотел. Вот только со свадьбой осечка случилась.

Чем больше я думала, тем больше убеждалась в том, что папа — это некий облагороженный вариант Артурчика. Аракчеев станет таким же лет через двадцать лет, заматереет, но суть его от этого не изменится.

Лишь когда я поняла, что одежды тупо не хватает, то засобиралась домой. Нервничала, психовала, мысленно готовилась к разговору, но уже в прихожей почувствовала облегчение.

— Борис Сергеевич уехал вместе со своими адвокатами, вернется поздно.

Я кивнула и пошла собирать вещи. После той ревизии, которую мы провели с Иркой, шмота у меня заметно поубавилось, но не настолько, чтобы не собрать три чемодана с одеждой, один с обувью и еще кофр с сумками и аксессуарами.

Ждать папу не стала. Попрощалась с экономкой, села в такси и поехала к Смирнову. По дороге просматривала объявления о сдаче квартиры. С папой я жить не буду, но и халупа Леши тоже не вариант на длительный срок. Да, денег у меня даже на самую стремную студию не было, но это только пока.

Я смахнула слезы и запретила себе вариться в собственных эмоциях. Решила, что никто и никогда больше не будет попрекать меня своим баблом!

Вечером, сидя на раздолбанном, но почти родном диване, я заявила Смирнову, что собираюсь от него съехать.

— В смысле? — Он нахмурился. — Зачем? Ты же только вещи все привезла. Случилось чего?

Окинул взглядом комнату, в которой теперь было сложно обнаружить что-либо кроме моих вещей. Да, барахло Смирнова отныне жило не в шкафу, а на шкафу.

— Ну ты же не думал, что я останусь здесь навсегда. Мне нужно нормальное жилье.

— Ладно. — Леша пожал плечами. Меня словно кольнуло в сердце — слишком легко согласился, даже не стал спорить. — Мы можем снять что-то другое. Тебе необязательно делать это самой.

А вот это приятно. Очень.

— Леш, ты и понятия не имеешь, сколько стоит то, что я хочу. Так что даже не пытайся…

— Саш, мы вроде договаривались. — Смирнов устало улыбнулся. — Если ты со мной, значит, со мной. Не парься, я сниму нам новую квартиру, если дело в этом.

Я довольно открыла рот и тут же его захлопнула.

— Что не так?

Смирнов встал из-за стола и присел рядом со мной. От его близости захотелось прикрыть глаза и уткнуться носом в шею, втянуть в себя любимый запах мяты…

Стоп!

— Нет, Лешенька. — Я обняла своего стажера за шею и заглянула ему в глаза, боясь увидеть в них расчет. — Квартиру я буду снимать сама. И платить за нее тоже.

Расчета не увидела, лишь растерянность. Какой он все-таки милый, хоть и не альфа-самец, как Артурчик или папа.

— Что случилось? С отцом поругалась или… или он дал тебе денег?

Я резко отпихнула от себя Смирнова.

— Охренел? Думаешь, я взяла у него бабки и теперь тебя бросаю?! Черт, почему никто в меня не верит?!

Вот сейчас реально стало обидно. Смирнов никогда не давал мне повода считать, что относится ко мне снисходительно, как к тупенькой мажорке.

— Я верю. — Леша потирал ушибленное плечо. — Но я только не понял, как ты собираешься платить за квартиру? Да, мы можем снять ее на двоих, каждый платит половину.

— Деньги будут! — Я уверенно мотнула головой. — И я ни у кого их клянчить не собираюсь.

Смирнов покорно кивнул, расспрашивать больше не стал, а лишь попросил еще раз прощения. Он явно не понимал, за что извиняется, но взгляд все равно был покаянный.

Простила. Не сразу, конечно, часам к трем ночи, когда глаза слипались и сил заниматься приятным делом уже не было…

Утром первым делом вытащила из «аквариума» Горячеву. Ирка сегодня вырядилась в винтажное платье «Армани», через его тонкую ткань был виден жирок на боках.

— Да, я знаю, надо похудеть, — взволнованно затараторила она. — Я уже три дня ничего не ем, но так хотелось его надеть… Хорошо же, да?!

— Не очень, но лучше, чем то, что ты носишь обычно. На сколько продала?

Горячева покраснела и шепотом произнесла:

— Почти на четыре миллиона! Саша, я понятия не имела, что это может столько стоить! И главное, что это все раскупят. Это же сколько бабла у людей!

— Не завидуй! — одернула я Ирку. — Точную сумму давай и что именно продала.

— Да почти все уже забрали. В общем, у нас, то есть у тебя, три миллиона восемьсот девяносто три тысячи. У родителей дача в Подмосковье стоит в два раза меньше.

Я мысленно прикинула, сколько стоило то платье под «де ла Ренту», и кивнула:

— Деньги можешь на карту скинуть, можешь налом. Лучше налом, конечно. И еще есть к тебе задание.

— Да, у меня наличными, но, Саш. — Ирка снова замялась, ей явно было неловко. — Саш, вот ты реально мне так доверяешь? Я же могла тебя кинуть, такие бабки…

— Не могла, — усмехнулась я. — Профессиональная гордость не дала бы. Ты же так гордишься, что лучший клиентский менеджер в компании. Ну и далеко бы все равно с моим баблом не свалила бы. И потом ты же много чего и так себе взяла, больше, чем мы сначала договаривались. Так вот, нужно найти номер одной девчонки. Позвонишь в свадебный салон и все выяснишь…

Я давала указания Ирке. Та сосредоточенно все записывала, а когда закончила, неожиданно зачастила:

— Только не бесись, ладно? Ты говорила, что не хочешь светиться, но ко мне пришла одна телка и спалила тебя сразу. Типа такой эксклюзив по пальцам руки в Москве, и, скорее всего, это ты распродаешь.

Я пропустила мимо ушей