Зимние звезды - Наргиза Огненная

- Нет, это исключено, — также строго проговорил отец. Вот кто его просил влазить. Я ведь предупреждала, что мой отец гордый и не согласиться.

- Я лучше тогда отработаю у твоего отца, или найду вторую работу, но так денег не возьму.

- Давайте, я вначале попробую, а потом будет делить шкуру неубитого медведя.

Постаралась предложить компромисс. Ведь я лечу именно поступать и сдавать экзамены, может, всё выйдет, и я смогу выиграть их грант. Столько готовиться, неужели всё напрасно.

К слову, с Юлей они всё же развелись. Теперь мы с папой живём одни в квартире. Ну как живём, скорее эта та территория, где встречаемся. Ведь я всё время в университете, а он в командировках. Мачеха со мной совсем не общается, даже не здоровается, когда мы забираем Аню. Как потом сестрёнка призналась, Юля считает, что я виновата в их разводе, и ненавидит меня ещё сильней. А мне всё равно, она мне никем не была и стать не смогла, и так это и осталось. Насчёт того, что Юля любит свою дочь, он был прав через пару месяцев, всё же разрешила общаться, и мы даже созваниваемся с Анюткой. На выходные я даже без папы ее могу забрать и погулять. Это стало нашим ритуалом и, кажется, мы стали ещё ближе.

- А ты мне будешь звонить? — единственная кто не плачет, это как раз таки Анютка. Она рада за меня и мечтает, когда-нибудь тоже поехать учиться в Лондон. Артём ей рассказал столько всего интересного, что теперь она спит и видит, когда уже сможет туда поехать.

- Ну конечно, каждый вечер, если захочешь, — говорю и обнимаю её, буду по ней сильно скучать.

- Нет, каждый не надо, а то мама ещё больше злиться начнёт.

Мы улыбаемся друг другу. Смотрим в глаза и светимся, потому что теперь никакое расстояние и никакой родитель, нас уже не разделит. Мы просто сестры, пусть не по крови, зато душа родная. Стали уже снисходительно относиться к ворчанию Юли.

- Дочка, отпишись мне обязательно и, пожалуйста, скажи честно, если не поступишь, я пришлю деньги. Уже успел подкопить.

Отец сильно переживает за этот момент. Власов старший уговаривает, что это подарок, но мой отец не приклонён. Он уже с зимы стал брать дополнительные командировки, лишь бы заработать побольше. Потому что сказал, что Артём, точно не отступиться и это хорошо, а он постарается соответствовать их семье. Стимул, конечно, у моего отца стал хороший. Но мне жаль его немного. Нагрузка стала большая. Но он отшучивается, что возвращаться в пустую квартиру всё равно не хочет.

- Конечно, папуль.

Обнимаю и его.

- Ты самый лучший папа на свете, — шепчу ему.

- Так, дочь! Давай без этого, а то и я растрогаюсь, — говорит грубовато, но уже слышу, как дрожит его голос.

- Вы не переживайте, я о ней буду заботиться, - появляется мое чудовище сзади меня.

- Да я не переживаю. Ты уже доказал, Артём, что серьёзно настроен. Просто буду скучать по своему Васильку.

- Ну мы вам через лет пять внука привезём, и скучать не придётся.

Я резко бью локтем Артёма вбок, и он смеётся. А вот не все его шуточки понимают: папа онемел, девчонки тоже, одна Аня угорает. Блин, он как ляпнет что-нибудь, хоть стой, хоть падай. В такие моменты снова хочу прикинуться мёртвой козочкой.

- Он шутит, папа, — стараюсь привести в чувства родителя.

- Как-то я о внуках ещё не подумал, дал пищу для размышления. Буду готовиться. — отмирает он. И смотрит исключительно на Власова. Который всё ещё лыбиться и сияет как начищенная кастрюля.

Ой, всё! Какие внуки! С дуба рухнули.

Объявляют посадку, и я еще раз всех обнимаю. Атмосфера такая, что хочется и плакать, и смеяться. Почему-то все уверены, что теперь меня увидят только на новогодние каникулы.

Мы проходим зал ожидания, а после и в самолёт.

Занимаем места, и я шумно выдыхаю. Такое ощущение, что я начинаю жизнь с чистого листа и впереди столько неизведанного. Единственное, что меня успокаивает, это что со мной весь путь будет проходить мой любимый человек. И он уже поддерживает меня. Вот сейчас взял мою ладонь, пропустил свои пальцы между моими и поцеловал тыльную сторону ладони.

- Всё будет хорошо, Эльф. Я рядом.

- Я знаю, просто немного волнительно.

Хочу уже чмокнуть его, но он меня останавливает, подставив палец к губам. Я с недопониманием смотрю на него.

- Оставь последний чмок для нашей свадьбы, - улыбается этот кошмар.

- Ты, что считал? - искренне удивляюсь. Чмокал и правда только он меня. Мне кажется, это у него переросло в привычку.

- Да, конечно. Я хочу, чтоб на свадьбе именно ты меня поцеловала.

- Так, я и так тебя поцелую, — снова тянусь к нему, но он снова меня останавливает. Я сейчас прибью его.

- Ну что опять?

- Ты когда злишься такая смешная, — издевается ещё надо мной. - Я хочу именно тот самый чмок.

Да, Господи!

- Хорошо. — сажусь уже ровно и скрещиваю руки на груди.

Артём склоняется ко мне и начинает шептать на ушко:

- Василиса, поцелуй меня так, как если бы признавалась любви этим поцелуем.

Я хмыкаю. А моё чудовище всё ждёт всё же от меня признания. Также важно услышать от меня эти три заветных слова, как и мне. Только вот он давно их сказал, а я всё тяну.

- Боюсь, что на борту самолета слишком много людей для такого поцелуя, - поворачиваюсь к нему и почти касаюсь его носа своим. Он не улыбается, наоборот, слишком серьёзен, а голубые омуты, начинают темнеть.

- Артём... — делаю паузу и окунаюсь в его пучину почти с головой, до таких уже знакомых мурашек от нашей близости, что, кажется, нет самолёта, нет людей рядом. Есть только голубое небо с перистыми облаками.

- Я люблю тебя.

Столько эмоций я заметила в его глазах после этих слов, что, кажется, новые звёзды в них зажглись. И дыхание стало одно на двоих.

КОНЕЦ.