На предельных скоростях - Ники Сью

решение Арта, – возразила я. Нет, в душе мне тоже в какой-то степени казалось, что Крис виновата, но я понимала – она лишь косвенный участник конфликта. Если бы Сергей сам не подошёл, не вмешался, его бы никто не тронул.

– Знаешь, – Крис прикусила губу, она больше не смотрела в мою сторону. – Никто и никогда не заступался за меня и не говорил так, как Серёжа. Я… я все думала, что хотела бы сходить с ним на свидание. Он был не такой как все, он был настоящим, искренним. Я… мне так плохо.

– Нам тоже плохо, – честно призналась я. Без Арти жизнь, будто кто-то поставил на паузу. – Но тебе не стоит винить себя. И вообще, может, зайдешь?

– Что? – глаза её расширились, словно Крис услышала нечто удивительное.

– Зайди, там его родители. Я думаю, им будет приятно знать, что тебе не все равно. И что ты тоже по нему скучаешь.

Кристина хотела что-то еще сказать, но тут Ярик вернулся, схватил меня за руку и потянул к машине. Я не стала сопротивляться, было бы глупо настаивать и давить на человека в такой ситуации. Однако уже на парковке, прежде, чем сесть в салон, я все-таки оглянулась и увидела, как Кристина вошла в зал.

– Ты чего? – спросил Ярик, заметив улыбку у меня на губах.

– Ей не все равно, – прошептала я.

– Да какая разница? – насупился Громов. Он вообще после разговора с матерью Саши словно колючками оброс, хотя и утверждал обратное.

– Арти был бы рад знать, что девушка его мечты думает о нем.

– Абрамова, – вздохнул Ярик.

– Что?

– Какие же вы с Серым все-таки романтики.

– Что есть, то есть, – с грустью ответила я.

***

За последние два месяца в нашей жизни много чего успело произойти. Ярослав окончательно завязал с гонками, и решил поступить в ВУЗ, правда, на заочное отделение, чтобы совмещать с работой. Его бывший тренер предложил ему попробовать обучать детишек играть в хоккей, то есть тоже стать тренером. Ярик сперва сопротивлялся, полагая, что где он и где навыки преподавания, но в итоге под моим напором сдался. А после первого урока ему самому понравилось, вышел из ледового такой довольный, жизнерадостный. Он вообще стал потихоньку меняться: чаще улыбался, почти не грубил, и даже затеял дома сделать ремонт на скопленные деньги. Сперва хотел сам: обои отодрал, старую мебель выбросил, но потом понял, что это слишком хлопотно и нанял бригаду. Они ему за неделю сделали все на высшем уровне в спальне, а потом мы вместе выбрали туда мебель, недорогую, конечно, зато новую.

Жизнь постепенно налаживалась, за исключением одного момента – моей мамы. Она как узнала про Ярика, так сразу встала в позу. Мол, плохой он парень, меня бросил в школе, и с ней так огрызался тогда. Видеть его рядом со мной она категорически не хотела. Мы с ней несколько раз серьёзно поругались на этот счёт. В какой-то момент я решила – наша семейная ветвь навсегда разломиться. И тут неожиданно вмешался Ярослав. Он пригласил меня с мамой и Юрием в кафе поужинать. Мама, конечно, опять пыталась отказаться, однако здесь нам помог Юрий. Он каким-то волшебным образом убедил её перестать ругаться и попробовать зарыть топор войны.

Кафе Ярик выбрал обычное, без особых изысков, потому что позволить себе рестораны, куда привыкла ходить мать с Юрием, он пока не мог. Тренерство приносило деньги, да только не особо большие. Мама носом покрутила, по фыркала, но в итоге молча пришла на встречу.

– Добрый вечер, – Ярослав приехал первым и еще почти полчаса ждал нас. Он был необычно одет, что я аж невольно засмотрелась: рубашка цвета слоновой кости без воротника, темно-синий пиджак и джинсы. Последнее добавляло в его образ немного хулиганства. Волосы он причесал на бок, сделав пробор, хотя обычно причесывался иначе. В голове промелькнуло: “какой он все-таки красивый, а уж в деловом стиле особенно. Такой взрослый, уверенный”. А когда на нем заострила внимание официантка, я даже от ревности цокнула.

– Добрый, – Юрий протянул руку первым. Мамин жених в последнее время удивлял меня, все-таки первое мнение о нем было крайне ошибочным. Хотя не сказать, что я воспарила трепетными чувствами к нему.

– Добрый, – любезно произнес Ярослав. Мама ничего не сказала, молча кивнула и, не дожидаясь пока все сядут, отодвинула кресло и села сама. Мы с Громовым переглянулись, я подняла руку, зажала ее в кулачок и тихо прошептала “все получится”, в ответ он закатил глаза.

– Добрый день, прошу, – к нам подошла официантка, разложила меню и удалилась.

– Тут неплохие стейки, и салаты, – сказал Ярик.

– Тогда я возьму крем-суп, – заявила мама. Да с таким тоном, словно принять подсказку от Ярослава ей было неприятно.

– А я буду салат, – улыбнулась и отложила меню.

– Я тоже остановлюсь на горячем салате, – вдруг поддержал меня Юрий. Мама недовольно глянула в его сторону, но комментировать не решилась.

– Чем занимаетесь, Ярослав? – Юрий облокотился на спинку кресла и внимательно посмотрел на Громова.

– Сейчас тренирую детскую группу в ледовом дворце. Летом планирую, подать документы в институт, ну а дальше видно будет.

– Подавать документы на первый курс? – произнесла мама с таким высокомерием, что мне стало за нее стыдно.

– Учиться никогда не поздно, – спокойно ответил ей Ярослав.

– Это правильно, – согласился Юрий. – Я вот в вашем возрасте три раза поступал.

– Почему три? – спросила я. Пожалуй, это был первый раз, когда мне стало действительно интересно узнать немного о мамином женихе.

– Потому что погулять любил. У нас еще такая компания была, обалдуи. – Он улыбнулся, и на полных щеках выступили ямочки. – Первый раз, я решил, что не хочу ходить на высшую математику. Такая она мне скучная казалась, ну и меня отчислили а многочисленные прогулы. Отец тогда вставил по самое не хочу, и отправил слесарем работать на завод. Ну а я и там умудрился вместо работы, найти себе другое занятие. В итоге, опять меня выгнали.

– Юрочка, ну то годы такие были, – запела мама. Очередь хмыкнуть перешла по мою душу.

– Да прям, Анют. Родители дружили с другой семьей, вот там пацан был, Игорь Рагозин, он как поступил, так и отучился до конца. А я шаболадался… Помню, в двух тысяча втором году, пацаны меня надоумили компьютеры выкрасть из института.

– Украсть? – переспросила я. У мамы аж лицо покраснело, словно она не ожидала таких откровений.

– Ага, – запросто признался Юрий.

– И как? – подал голос Ярик. – Получилось?

– Да, потом еще родители отмазывали. Отец, царство небесное, долго мне припоминал