(Не)жестокая нежность (СИ) - Ирина Гутовская

мужем встречался пару раз. Теперь он мой новый партнер — поставляет продукты для ресторана.

— Но я, действительно, хотела видеть тебя.

— Зачем? — раздражённо выдохнул и отпустил её.

— Ребёнок, — напомнила она. — Ян, пожалуйста… драгоценное время уходит…

— Ты хоть понимаешь, о чём просишь… — я прислонился к стене, прикрыв веки.

— Понимаю… Но не уверена, что смогу выносить, здоровье не то и возраст неподходящий.

— Ребёнка не будет, — уверенно заявляю.

— Я же не прошу заниматься сексом со мной. Есть ЭКО и суррогатное материнство.

— Ты упорно не хочешь слышать, — открываю глаза.

Полина приблизилась и смотрит опять умоляющим взглядом.

— Давай попробуем? — прикасается к моей груди, обрисовывая контур мышц через ткань пиджака.

— Не трогай меня, — откидываю её руку и отхожу в сторону. Как же выбираться из этого дерьма? Я не могу помочь, но она так просто не отстанет.

«Что же делать?» — такой растерянности давно не испытывал.

— Пожалуйста… — она подошла и обняла со спины.

Резко развернулся, отталкивая Полину от себя.

— С ума сошла?! Можешь даже не пытаться соблазнить, — столь откровенные намёки взбесили. А ещё говорит, что не рассматривает беременность естественным путём.

— Ян… — заплакала снова. Сценарий наших встреч неизменен: просьбы, слёзы и ещё больше слёз.

— К моей жене не вздумай приближаться, — вышел, хлопнув дверью.

Надо уезжать, чтобы у неё не было возможности подойти к Тине.

2.5

— Что скажете? — перед тем, как вернуться домой, я заехал к психотерапевту, чтоб узнать результат разговора с Тиной.

— Ян, ты же понимаешь, в силу врачебной этики, не имею права делиться подобной информацией, — ответил Виктор Семёнович.

— Я бы не стал спрашивать, если бы состояние моей жены не вызывало опасений.

— Твои переживания более чем ясны… Но всё равно подробности приёма не могу рассказать, — отказал он.

— Подробности не нужны. Хоть что-нибудь проясните. Я же должен понимать, что с ней происходит?

— Ну, хорошо… — врач вздохнул, потом порылся на своём столе и достал карту, полистал, потом внимательно взглянул: — Если коротко, то не вижу явных расстройств. Разумеется, делаю выводы на основе беседы. Опять же, если Тина была откровенна со мной.

— Но ведь что-то её беспокоит? — его ответ меня не устраивает.

— Я назначил гипнотический сеанс, — сообщил он. — Попробую найти возможные причины в прошлом, в частности — детских годах, раз снится такой странный сон, где некий ребёнок зовёт…

— И это поможет? — как же хочется оградить мою девочку ото всех проблем. В то же время не покидает ощущение того, что всё происходящее с ней по моей вине.

— Это всего лишь способ узнать больше о психо-эмоциональном состоянии человека — потаённых страхах, тревогах, гнетущих мыслях… Так что попробуем.

— Ясно… — досадно выдохнул я, визит к врачу не внёс конкретики.

— Раз уж ты пришёл, то давай тоже общаемся? — предложил Виктор Семёнович.

— Со мной? — удивился я.

— А почему нет? Ты муж и многое знаешь. Иногда человек, нуждающийся в помощи, этого не осознаёт, в отличие от близкого окружения. Без поддержки семьи проблему не решить. Тем более, ты сам обратился изначально.

— Хорошо. Давайте, — я откинулся расслабленно на спинку кресла.

— Задам те же вопросы, что и Тине, — пояснил он, потом включил диктофон и, заметив мой нахмуренный взгляд, добавил: — Записываю все разговоры, чтоб проанализировать позже.

— Хотите сверить наши ответы? — меня напряг этот момент.

— Я не следователь, который пытается уличить кого-то во лжи и выявить преступника. Сравнивать — да, буду, без этого никак, но только с точки зрения врача.

— Извините, не это имел в виду… — стало неудобно за свои слова.

— Не извиняйся… Таким образом, хочу выяснить, как вы оба видите вашу жизнь. Когда люди счастливы, то их мысли не могут сильно отличаться.

— Спрашивайте всё, что угодно, лишь бы это помогло Тине.

— Тогда попрошу отвечать предельно честно, — Виктор Семёнович положил диктофон передо мной.

— Конечно, — согласился.

— Для начала расскажи об отношениях с женой? — прозвучал первый вопрос. — Есть ли между вами разногласия? Случаются ли ссоры?

— У нас нет проблем, — уверенно отвечаю. За исключением навалившегося прошлого, но Тину это не коснулось и не вижу смысла говорить об этом.

— Можно точнее? — он изогнул бровь.

— С сексом тоже всё в порядке, если вы об этом, — сразу пояснил, чтоб не развивать эту тему.

— Измены? — ожидаемый вопрос.

— Нет, измен не было: ни с моей стороны, ни со стороны жены — в чём не сомневаюсь.

— Работа? — дальше интересуется.

— Я занятой человек, часто задерживаюсь, но Тина — понимающая женщина и никогда не высказывала претензии, срываясь на истерики или скандалы. Она тоже работает и успешно ведёт свой небольшой бизнес.

— А дети? Есть какие-то сложности?

— В том то и дело: в нашей семье всё хорошо.

— Поэтому я уже сказал, что видимых причин, из-за чего стоит поднимать панику — нет, — подытожил Виктор Семёнович. — Если гипноз ничего не даст, то тоже помочь не смогу.

«Вот это и беспокоит…».

Мы пообщались с врачом ещё какое-то время, углубившись в те же самые вопросы. Только спрашивал он более точечно, даже с разных сторон интересовался одними и теми же моментами, пытаясь узреть взаимосвязь. А может поймать меня на нечестности? — такое тоже допускаю. Но придраться было не к чему.

Виктор Семёнович озадачился после моих ответов, которые, как я понял, хотя это не прозвучало прямым текстом ввиду врачебной этики, вторят ответам жены. Договорившись с ним встретиться через несколько дней, когда он проведёт сеанс гипноза, я поспешил домой.

Хочу приехать первым. И вообще давно мы не проводили совместные вечера, когда вся семья в сборе. Ведь зачастую даже к ужину не успеваю, не говоря о большем…

Тина удивилась, увидев меня, а лицо засияло от радости.

— Ого! — сказала она, оглядывая нашу весёлую компанию.

— А вот и мамочка, — иду к ней навстречу, вместе с дочкой на руках.

Меня опережают Макс с Марком, чуть не сбивая с ног свою любимую маму. Сыновья обнимают её, забирают пакеты, которые она держит, и идут на кухню.

Теперь моя очередь. Могу поцеловать, наконец. Что и делаю: целую нежно жену, под недовольные кряхтения Мии — маленькая ревнивица не желает делиться вниманием. И она сразу просится на ручки к мамуле.

— Привет… Ты дома, раньше меня — сделал настоящий сюрприз, — она забирает дочку.

— Исправляюсь.

Но это далеко не всё, чем собираюсь сегодня заняться…

И после того, как дети легли спать, у нас появилась возможность побыть вдвоём. Хочу любить мою сладкую девочку. Пусть ощутит безграничную любовь, которую питаю к ней, и забудет обо всём, что тревожит.

Я поймал Тину,