Древнее сокровище - Зинаида Порох

же больше нету! И булок с сырниками — тож, покончилися, — сожалеюще глянул он на жостовский поднос с пустыми тарелками и чашками.

Арония растерялась — про плюшки для Кузёхи она тоже забыла. А с ними напряжёнка — придётся идти в кулинарию. Может, сырники ему сойдут — в холодильнике у бабули замороженцелый стратегический запас — на завтрак. Но, с другой стороны — нужны ли они Кузёхе? Он и плюшками-то брезгует.

И тут девушка вдруг представила чинные реверансы с домовым-качком Кузёхой, одетым в голубой клубный пиджак, и задумалась…

Его рафинированность, его высокомерие, его крутые лестницы…

И необходимость объяснять суровому главе безопасности и блюстителю законности на территории его домовладельца появлениина этой территории её странного попутчика — порыкивающего карликового медведя Силантия. Полуночницу, допустим, она по-тихому пронесёт в сумочке. Практически ведь это — нелегальные перевозки через частные границы…

— А что, если я к Фаине скоренько по-пластунски метнусь, — вдруг осенило её — не все мозги ей тёмный маг «затуркал». — Просто «мигну» туда и обратно, как Проша делал с донесениями! Чем Силантий с Явдохой не донесение Совету… утерянных подсудимых, — криво усмехнулась она — вечно с ними проблема. — И всё! И за плюшками не надо бежать!

«А что? Учитывая опыт, приобретённый мной за посещения полицейского отделения, должно получиться! А нет, — вздохнула девушка, — придётся тогда с Кузёхой встречаться. И плюшек ему таранить. Хоть он и приятный молодой че… домовой, но общаться с ним немного… не комильфо… Чувствуешь себя очень несовершенным, что ли. Уж лучше я «метнусь».

— Дело говоришь, Аронея! Давай — по пластуньски! Так скорийше! — обрадовался домовой. — Гони отсель ентих ведьмаков! К… Фаине! — махнул он рукой куда-то вдаль. Да так, что в лучах солнечного света, падающего из окна, по комнате тут же полетел от его рукава клуб пыли. — Без их здеся будя по мене пыли и криков!

— А ты за это время скинь-ка свои «куфайки», Михалап, — посоветовала Арония, покосившись на пыльное облако. — Да одевай свою мурмолку, что ли. Или что там есть почище. Кстати, подходящего чемодана у меня нет, Михалап. А фибровые уж лет пятьдесят как не производят, — объявила она. — Но зато есть косметичка — в виде сундучка. Подойдёт? Она ж размером почти что с твой оклунок! А, учитывая, что домовой — как люди говорят, и в поддувале может спрятаться, ты вполне там поместишься.

— Кочко-метичка? Видом с сундучка? — заинтересовался домовой. — Годится! Там иь спать сподручней, чем в оклунке.

А про поддувало — злые люди врут, — не преминул он добавить. — В печной саже токмо малые домовята любят прятаться да шалить, а я с того возраста ужо вышел.

23

Оставив домового — примерять свои мурмолки и юфтевые сапоги, Арония «мигнула» к Фаине. Дорогу она теперь хорошо знала — запомнила, когда в автобусе ехала: и снежные квадраты полей, ограниченных озябшими лесополосами; и населённые пункты, обозначенных вывесками — при въезде и выезде; с парой мостов через реки, абсолютно непохожими — один железный, гулкий, второй — деревянный и глухой на звук; и с какими-то вышками — то тут, то там, илиниями ЛЭП. Специально, что ли, для пластунов, все эти меты по наставили? В общем, до места добралась она, вернее — мигнула, долетела, «аки птица» — мгновенно. Не составили труда и улицы, где она запомнила каждый поворот, добираясь к Фаине с бабулей на маршрутке. Память, как видно, срабатывала автоматически.

«Не иди только лишь по пути силы. Знания могут их заменить».

А вот и знакомый забор…

Калитка распахнулась и в ней появилась Фаина Петровна. В руках она держала маленькую леечку. Видно, поливала свои роскошные цветы. Зимой? Ну, у волшебниц свои причуды.

— Чую — гости у меня! — сказала она лукаво. — Отзовись, покажись, именем своим назовись!

И Арония почувствовала, что в тот же миг утратила свою невидимость.

— Ой! — поневоле вскрикнула девушка. И пробормотала: — Я и не заметила, что Проша включил щит невидимости! Наверное, чтобы Ратобор не узнал, куда делись его посланцы, — указала она на топчущегося с ней рядом медведя Силантия, к ошейнику которого она — на всякий случай, прицепила свой кожаный поясок.

Тот возмущённо попытался взреветь — по привычке, но вышло только поскуливание. Полуночница, скульптурку которой Арония держала в другой руке — в обычном магнитовском пакете, промолчала. Нет у неё теперь права голоса.

— А, это ты, Арония? Рада тебя видеть! Пойдём! — сказала Фаина Петровна, поворачиваясь и ведя её по цветной дорожке — мимо качающих роскошными головками цветов, к кухоньке. — Знатная добыча! — заявила она, остановившись на порожке и пока не входя в дверь. — Сейчас я приберу оборотней, дорогая. Как ты недавно сказала — от греха подальше! — лукаво заметила она.

И щёлкнула пальцами — кошка с медведем исчезли вместе с пакетом и пояском.

— Теперь-то надёжно? — спросила Арония и, наконец, почувствовала то, какой тяжёлый груз она тащила, «мигая» сюда вместе с оборотнями. И потёрла усталые руки — Не сбегут уже?

— Надёжней не бывает! — уверенно заявила чародейка. — Учтён предыдущий опыт, — подмигнула она. — . А ты, я вижу, торопишься? На свидание, что ли? — пошутила она, входя в дом и маня следом девушку.

Теперь это была уже не старушка, а красавица в казачьем наряде.

— Эх! Если б на свиданье, — вздохнула Арония, входя следом. — Ратобор привязался! Зовёт в соратники или супруги — на выбор, переговоры будут на Мальдивах, а бабуля…

— Больше ни слова! — остановила её речь Фаина, пристально взглянув. И указала на кресло. — Садись, дорогая! — Это, конечно, твоя битва, как я понимаю. И довольно давняя — ещё Аринаной начатая…. - усаживаясь напротив, задумчиво проговорила она. — И выпало так, что противник у тебя… не слабый. Но и ты не проста, дорогая. Так что — действуй! Вижу, ты проходишь ускоренный курс обучения, — усмехнулась она. — Это трудно, но эффективно. И, если уж совсем прикрутит — зови меня, я тебе помогу! — заявила она.

Девушка растерялась — какая ж она её битва, если Фаина всё время подставляет плечо? Но поблагодарить надо.

— Спасибо, Фаина! Я очень рада, что у меня есть поддержка! Домовой Михалап, вот, тоже собирается со мной на Мальдивы…

— Знаю! И правильно делает! — кивнула Фаина, ставя перед ней чашку с уже налитым чаем — заранее, что ли, приготовила? Её ждала? — Если назвал себя чьим-то товарищем, так и помогай нести его ношу! — сказала она, отхлебнув из другой чашки.

— Так он, вроде, не назывался так, — удивилась девушка, беря угощенье: плюшку и чай — рука сама