Лучше бы я согрешила - NeTa

И ещё его чуткие нежные пальцы, которые перебирали мои волнистые волосы и поглаживали затылок.

Утро последнего дня года начиналось обычно: Ярослав собирался на работу, я хлопотала на кухне, думая о том, что все заказы успела выполнить, и сегодня могла посвятить день только себе и подготовке к новогодней ночи.

— Стася, не могла бы ты поехать со мной на работу? — вдруг спросил он, допивая чай. — Мне нужен твой совет по декорации одной из стен в Белом зале.

— Конечно, поеду. Не знаю, чем смогу помочь, но готова, — согласилась я, радуясь, что мы проведем вместе какое-то время его рабочего дня. — Сейчас соберусь. Там будет кто-то еще? Не хочу выглядеть при посторонних…

— Не думай oб этом. Там будет только уже знакомый тебе консультант.

— Все равно надену рабочий костюм, тот, в котором была, когда мы познакомились. Правда, он стал мне в обтяжку, но пока терпимо.

Ярослав согласно кивнул.

И снова мы зашли через вход для персонала, только теперь я была не с завязанными глазами. За дверями, в маленьком холле нас ждала Сталина Ираклиевна. Она улыбалась так торжественно, что я сразу же сказала ей об этом, поздравив заодно с наступающим праздником:

— Очень рада нашей встрече. Вы чудесно выглядите. А Новый Год уже на пороге.

— Да-да, Станислава, — кивая, ответила она, — люблю этот праздник. Но сегодняшний день необыкновенный.

— Почему? — спросила я.

— Разве Ярослав Сергеевич не сказал вам? — удивилась Сталина Ираклиевна и посмотрела с укором на него.

— Сейчас скажу… Стася, — взяв меня за руку, начал он, — ты вчера вечером согласилась на свадьбу. Все будет так, как ты хотела — только мы двое. Мой главный консультант тебе поможет. Жду тебя в Белом зале.

— Но как? — только и смогла вымолвить я, глядя ему вслед.

— Видно, снова придется мне брать на себя роль гида и Феи-крестной, — с веселым смехом сказала Сталина Ираклиевна. — Хитрец наш хозяин! Идемте. У нас есть свой зал, куда мы каждый день на несколько часов приглашаем выездную регистрацию. Там все приспособлено для фотосессий, самой регистрации и небольшого количества гостей, но это уже по желанию жениха и невесты. Согласитесь, не в каждом салоне предоставляется такая услуга, но Ярослав Сергеевич пошел на риск, который в итоге оправдался. Так вот хозяин в течение двух недель бронировал себе один час в надежде, что этот важный шаг все же состоится в уходящем году. Вчера поздно вечером он позвонил и предупредил, чтобы все было готово. Теперь многое зависит от нас. Макияж и прическу вам сделает специалист, а с платьем я помогу.

Кровь прилила к вискам, опускаясь на щеки, голова закружилась, и я, идя вперед по коридору, вдруг почувствовала необходимость прислониться к стене.

— Что такое? Вам плохо? Сюрприз слишком уж неожиданный?

— Слегка кружится все перед глазами, — опустив голову, прошептала я, — и тошнит немного.

— Ага, понятно, — тихо сказала она. — Об этом меня не предупредили. Станислава, потихоньку движемся, сейчас прохладной водички нальем, посидим немного, и все пройдет. Обычное состояние при беременности, у меня тоже так было. Не волнуйтесь, я никому не скажу, и вам никто не помешает прийти в чувство. Зато свадьба тридцать первого декабря это…

Сталина Ираклиевна говорила и говорила, от ее спокойного голоса мне становилось легче. Вскоре появилась девушка-визажист с приятной улыбкой, которая недолго колдовала с макияжем, сказав, что надо лишь немного придать тон и мерцание коже и подчеркнуть мои выразительные большие глаза. Потом пришла другая женщина с чемоданчиком в руках. Она склонила голову набок, потрогала мои волосы и кивнула сама себе.

— Мы сделаем высокую прическу, собрав все под фату. Откроем шею и лицо. Так?

— Не знаю. Можно попробовать.

Мне не давали посмотреть на себя в зеркало. И лишь когда я надела платье, а Сталина Ираклиевна аккуратно затянула его и осторожно пристроила шпильками фату, разрешили повернуться к зеркалу. И снова на меня нахлынули эмоции, слезы подкатили к глазам.

— Ну-ну, сейчас плакать нельзя, а то придется снова звать визажиста, — наигранно строго сказала главный консультант. — Вот, Ярослав Сергеевич еще букет передал. Держите.

Я не узнавала себя в отражении. Платье казалось еще красивее, чем в прошлый раз. Оно было двухслойным: основа белая, а сверху плотное кружево нежно-кремового цвета, который сочетался с оттенком моей кожи. Юбка на талии собиралась крупными складками, расходившимися к низу широким подолом, который сзади превращался в небольшой шлейф. Верх платья тоже был кружевным, с тем же рисунком, но белым. Лиф полностью закрывал грудь, лишь в разрезах узора можно было разглядеть ложбинку. Рукава украшал тот же мотив белого ажура. И фата… Она была подобрана под цвет нежно-кремовой юбки, только у лица кружево белоснежнo сверкало едва заметными блестками. Выбранный Ярославом букет из некрупных роз слабо-чайного оттенка с зелеными листочками дополнял образ невесты.

— Вам пора, — прошептала Сталина Ираклиевна, стоя у огромных дверей. — Он уже ждет.

Она тихо открыла их и словно исчезла в тот же миг. Я, стараясь не шуметь пышным платьем, медленнo зашла в зал. Лишь мельком смогла оценить красоту помещения, его высокие потолки, большие и маленькие букеты в вазах по периметру, даже, похоже, камин у стены. Мое внимание было приковано к мужчине, стоявшему ко мне спиной. Высокий, стройный, в светло-сером костюме, он смотрел в окно, по привычке засунув руку в карман брюк.

Но как я ни старалась, Ярослав услышал мое приближение и оглянулся. Наш общий резкий вдох, блеск в глазах, взгляды друг на друга…

— Ты такая красивая!

— Ты просто необыкновенный!

Одновременное восхищение вызвало тихий смех.

— Вот этo да! Я совсем не представлял, что ты выберешь это платье, но оно точно твое. Волшебно. — Он подoшел ко мне и подал руку. Я протянула свою; нежное, но твердое пожатие придало мне сил и уверенности. — Ты готова сказать мне «да»?

— Да.

— Дорогие Ярослав и Стаснислава, — откуда-то сбoку прозвучал торжеcтвенный женский голос…

А дальше мы не слушали, не в силах оторвать взгляды друг от друга. Лишь в нужное время сказали важные слова.

— Обменяйтесь кольцами, — снова поступила команда, и я вздрогнула, осознав, что ни разу не поинтересовалась, а есть ли они у нас.

Ярослав улыбнулся и достал из кармана пиджака белую коробочку. Открыв ее, надел мне на палец сверкающее необычным стальным цветом кольцо с небольшим бриллиантом. Его знак любви и вeрности оказался обычным, чуть плоским, без камней и украшений. Я медленно надевала кольцо на его палец, чувствуя, как сердце рвется из груди, а предательские слезы наворачиваются на глаза.

Лишь много позже я узнала, что