На грани - Artemida

Через минут десять я слышу звук байка и собравшись с силами иду в сторону парковки.

— Нам надо поговорить! — выкрикиваю я и подхожу к Киру ближе, упираясь об его байк рукой. Черт, как же тело ломит.

— Привет веснушка! — лыбится он мне, словно ни в чем не бывало. Меня аж в нервную дрожь кинуло.

— Не называй меня так! — хмурю я брови.

— О чем поговорить? — глушит он мотор своего байка и слезает с него.

Он пользуется какими-то масками? Откуда такая идеальная кожа на лице? Так стоп, сейчас не об этом.

— Я никому не расскажу, что ты пытался спрыгнуть с обрыва и что ты плакал, только прекрати всем говорить, что мы встречаемся! — его лицо тут же принимает серьёзный вид, он делает шаг ближе ко мне.

— Я не плакал! — отрезает он, а мне хочется смеяться.

— У меня со зрением все хорошо Слава богу, и ты точно плакал! — усмехаюсь я и он нервно вцепляется в мои плечи, по телу проходит жуткая, терзающая боль и я на время прикрываю глаза, сжимая руки в кулак.

— Я же сказал, что не плакал! Тебе жить надоело что ли, а веснушка? — трясёт он меня и я через боль открываю глаза. Знал бы он, как надоело!

— Я никому не расскажу, только оставь меня в покое. — он сжимает мои плечи сильней и с моих губ вырывается стон. Проклятье!

— Эй, ты чего? Сильно сжал что ли? — отпускает он меня и я втягиваю носом воздух. — Дай посмотрю. — хватает он меня за локоть и вдруг начинает поднимать рукав.

— Не трогай! Отпусти! — начинаю я вопить, но он сильнее меня и силой поднимает рукав до предела.

— Твою мать….. - его глаза летят на лоб, а мне удаётся вырвать руку и я вновь спускаю рукав.

— Я никому не расскажу и с этого момента мы с тобой незнакомы! — я разворачиваюсь, но парень преграждает мне путь.

— Блять, веснушка, что с твоими руками? Как это произошло? Тебя избили? — начинает он допрос, блуждая по моему телу, словно ища другие следы. Черт, он не должен был это видеть!

— Тебя это не касается, не лезь в мои дела! — толкаю его и ухожу прочь. Слава богу на этот раз он не стал меня останавливать.

Я захожу в аудиторию и вижу Серёжу на последней парте. После вчерашнего я таила обиду к нему, совершенно не хочу с ним пересекаться.

Я сажусь рядом с Никитой, самым мирным и тихим студентом и приступаю к занятиям. Что бы у меня не происходило в жизни, а оценки поддерживать надо было. Иначе останусь без стипендии и тем самым средств для житья.

Когда звенит звонок я поспешно собираю вещи, но уйти не успеваю, на пути появляется Серёжа.

Глава 4

— Слушай, Грет… ты прости за вчерашнее. — вновь небрежно чешет он затылок, а мое сердце уже не замирает при виде его. Так сильно разочаровалась в нем? — Я просто даже и подумать не мог, что ты с Киром вместе… — усмехается он вдруг. Почему я раньше не замечала его эту черту? То, какой он омерзительный. Или я просто была слепа？

— А что? Я недостаточно хороша для него? — вопросительно поднимаю бровь. Что-то он меня достал.

— О чем говорим? — слышу я вдруг у прохода и перевожу взгляд. А вот и мой суженный! Как-то слишком много стало его в моей жизни.

Кир подходит ко мне и обвивает за талию, притягивая к себе ближе. Черт, какого Хрена, я же сказала, что бы отстал. Я со злостью смотрю на него, пытаясь испепелить.

— Я уведу свою девушку, если ты уже с ней наболтался. — он натянуто улыбается, а мне и слово пихнуть не даёт. Он тут же подталкивает меня вперёд и я слегка морщусь от боли.

Мы выходим из аудитории, но Кир продолжает держать меня за руку.

— Отпусти меня! Балбес! Я же сказала, что бы отстал, что никому не расскажу! Какого Хрена тебе надо?! — пытаюсь убрать свою руку, но он продолжает меня вести за собой, с лёгкой улыбкой на лице. Иногда кажется, что он глухой! Надеюсь Светы здесь нет…

На всякий случай оглядываюсь и не нахожу ее. Мы подходим к женской раздевалке и он вновь меня закидывает туда, закрыв за нами дверь.

— Эй! Ты чего творишь?? — пытаюсь пробраться к двери, но он хватает меня за руку и садит на стул.

— Снимай с себя толстовку. — вдруг заявляет, и моя челюсть падает на землю.

— Какого фига? Сдурел?! — тут же прикрываю я грудь от ужаса и глупых мыслей, словно я уже голая.

— Веснушка! Не заставляй меня насильно ее снимать! — опирается он руками по бокам от меня и заглядывает прямо в глаза. Я нервно сглатываю и глаза случайно падают на его губы, они такие идеальные, гладкие, он пользуется гигиеничкой？Вспоминаю вдруг поцелуй и начинаю трясти головой. Приди в себя! Я толкаю его и вновь бегу к двери.

— Не буду я снимать! Извращенец хренов! — он вновь перехватывает меня у входа и прижимает к стене, закидывая мои руки над головой, мое дыхание сбивается.

— Я тебя предупреждал. — он тянется к краю толстовки, а у меня глаза на лоб лезут. Резким движением он снимает с меня толстовку, оставив меня в одном лифчике. Я непрерывно смотрю в его глаза и он делает пару шагов назад, начиная осматривать мое тело.

Его лицо вдруг сменяется ужасом, шоком, и в конечном итоге злобой, и никак не желанием. Он разворачивает меня, словно я манекен, и тяжело вздыхает.

— Может ты скажешь мне, кто это сделал?! — говорит сквозь зубы, сдерживает крик.

— Насмотрелся? Теперь отдай толстовку! — тянусь я к кофте в его руке, но он не отпускает ее, а меня душит злоба.

— Говори! Кто это сделал! — хватает он меня за подбородок и я слежу за его дрожащими зрачками. Что это? Что на него нашло?

— Что тебе надо от меня? Даже если скажу, кто это сделал, то что ты сделаешь? Пойдёшь и побьешь этого человека? Да с какой стати? Кто ты вообще такой? Зачем тебе все это? — выкрикиваю я и он наконец отпускает меня. Опускает голову к полу и нервно потирает переносицу. Как же бесит!

— Ты права, мне нет никакого дела. — наконец заговорил он. Он тянется к карману и достаёт оттуда какую-то мазь. — Помажь хорошенько, иначе долго болеть будет. — кладёт он ее мне в руки и кидает толстовку на стул.

Он напоследок смотрит на