Девятнадцать сорок восемь. Том IV - Сергей Викторович Вишневский

отдельное такси. Так сказать, только для аристократов. Ну, а те кто СИЛЬНО побогаче — есть вариант купить недвижимость в столице и уже вполне вольготно передвигаться на собственном авто…

Тут Вешкин резко умолк, увидев на витрине какого-то бутика высокие красные сапоги, причем судя по форме носка и низкому каблуку мужские.

— Ты чего там? — толкнул его в плечо Фирс.

— Ты должен их примерить! — заявил брат, указав на сапоги.

Фирс взглянул на них, затем на брата и отрезал:

— Нет! Они женские!

— Они мужские! Ты на каблук посмотри и на форму!

— Они красные!

— Конечно! Именно по этому ты должен их примерить!

— НЕТ! Я не буду носить красные высокие сапоги! — отрезал Фирс и направился в другой магазинчик, витрина которого выглядела не так ярко и богато.

Вешкин с обидой посмотрел в спину брату, затем на красные сапоги и, тяжело вздохнув, направился за ним.

— Семьсот, — тяжело вздохнул Фирс, когда подошел к кроссовкам на полке. — Я понимаю, что столица, но не настолько же…

— Еще и выглядят ужасно, — закивал рядом Кирилл и сунул под нос брата открытые сандали с огромной ромашкой сверху. — Как на счет этих? Ты просто погляди на форму!

— Это сандали! Еще и с ромашкой! — возмутился брат.

— Ну, да! Зато сколько экспрессии! Какая форма!

— Нет! — отрезал Фирс, перейдя к другой полке, с ботинками. Пробежав глазами по ценам, он еще сильнее погрустнел.

— Слушай, если ты недоволен ценой, то я согласен оплатить твою обувь, — произнес заискивающим тоном Вешкин. — При условии, что обувь выберу я сам!

Фирс взглянул на брата, затем на сандали у него в руках и отрезал:

— Нет! Я это носить не буду!

— Что тебе в них не нравится?

— Может быть… Всё? — хмыкнул Фирс. — Сандалии для работы не годятся. Первый же дождь, и у меня будут мокрые ноги! Это я еще не говорю, что они ни разу не мужские.

— У тебя предвзятый взгляд, — недовольно буркнул Кирилл, отправившись к стойке, на которую вернул свой вариант.

Фирс же уже обреченно прошелся вдоль полок и подошел к небольшому стенду, в самом углу, с надписью «Уценка!».

Взяв серые кожаные ботинки и с грустью их осмотрел, заметив порванную подкладку внутри. Прикинув ценник в триста пятьдесят рублей он задумался.

— Вот! — заявил Кирилл сунув под нос брату высокие черные берцы с длинной шнуровкой.

— Что это?

— Это? Это максимально мужской вариант! Ну и в них можно хоть в дождь, хоть в грязь! — заявил Вешкин. — Что? Мужские? Мужские! Закрытые? Закрытые! Представь себе даже не красные!

— Они…

— Но не красные! И мужские! Более мужественной обувь может быть только в том случае, если из носка будут торчать человеческие зубы.

Фирс тяжело вздохнул и посмотрел на уцененные ботинки у себя в руках, а затем перевел взгляд на берцы.

* * *

— Ты уверен? — осторожно спросил Вешкин, поглядывая на одноэтажное круглое строение, по периметру которого располагались двери.

— Если честно, то нет, — признался Фирс. — Но другой вариант отсутствует. У меня в гоблине только два места. Твою Марину я не знаю куда девать.

— Ну-у-у-у…

— В багажник она не влезет, — отрезал Фирс. — Да и пихать невесту в багажник — не самая лучшая идея.

— А…

— Ты не влезешь тем более, — отрезал Фирс. — Поэтому, Гоблин останется тут.

— Хорошо… Но этот… Как это, кстати, называется?

— «Разлом-гор-транс», — хмурясь произнес Фирс и направился к зданию.

Когда они вошли в здание, то оказались в толпе идущих куда-то людей. Поддавшись течению, они подошли к ровному ряду турникетов, к которым люди прикладывали банковские карты или ложили в специальные круги мелочь, откуда та мгновенно испарялась.

— Делай как я, — произнес Фирс, Кириллу, подошел к турникету и приложил карту. Преграждающий барьер исчез и Фирс прошел за него, после чего обернулся. Брат повторил манипуляцию и оказался рядом с ним.

— Так, а что дальше?

— Дальше, нам в тот зал, — кивнул Фирс. — Наверное.

Они прошли в зал, в котором находилось с пол сотни столбов из черного мрамора. На каждом были высечены белоснежными буквами названия станций. Люди, просто подходили к столбу, прислоняли ладони и, спустя секунду исчезали с легкой вспышкой.

— Нам нужен столб с надписью «Васильевские горки», — произнес Фирс и взглянул на Кирилла, что уставился в телефон. — Ты чего там?

— Ты вкурсе, что «Разлом-гор-транс» — был создан первым имперским архимагом, — задумчиво произнес Вешкин. — Тут была великая аномалия, а архимаг Пересвет, совместно с архимагом Имам Шамилем разделили аномалию на три части. Через три века, ученики Пересвета смогли адаптировать разбитую аномалию и превратили ее в систему телепортов.

Фирс задумчиво оглядел зал, где появлялись и исчезали люди, и хмыкнул:

— А такое только у нас есть?

— Ну, да. Другие аномалии слишком опасны и эта система телепортов работает только в пределах столицы. По сути достояние империи… общественный транспорт, — произнес Кирилл и спрятал телефон. — Кстати, Васильевские горки вон там.

Парни подошли к черному мраморному столбу, переглянулись и приложили руки. У обоих, одновременно перед глазами смазался мир, а в следующую секунду они оказались в точно таком же зале. С виду ничего не поменялось, только люди изменили местоположение и одежду.

— Всё? — неуверенно спросил Вешкин.

— Вроде бы да, — пожал плечами Фирс. — Пошли на выход, проверим.

Выйдя из здания, через другие специальные турникеты, они оказались на большой просторной площади, с другого конца которой виднелся вход в парк.