Сказания пыльных миров. Том 4. Громовержец - Ярослав Кожедуб
— Поняли, что не успевают, да?
— Не знаю, — качнул я головой, нехотя расслабляясь. — Мне кажется, могли и успеть. То ли мой Шторм их потрепал сильнее, чем я думал, то ли что…
— Сколько уведомлений? — заинтересованно повернул голову уже отдышавшийся Леон.
— В интерфейсе? Девять. Но даже с учётом раненых, там ещё половина отряда должна была остаться. Минимум.
В этот момент наш разговор прервали. Пересечение барьера незамеченным не осталось, сигналка сработала мгновенно — и хорошо ещё, что по нам не вдарили на автомате чем-нибудь помощнее, прежде чем разбираться. Хотя не должны были — в барьере было в том числе встроено и распознавание «свой/чужой», по крайней мере на уровне «человек-нечеловек». Как раз в день моего ухода помню обсуждение на совете этой функции: Риман с Пушистиком что-то перемудрили во время очередного сеанса улучшения замковой защиты и она начала барахлить — то не хотела пускать возвращающиеся отряды бойцов, то пускала их, но принимала за орков, тут же активируя общую тревогу.
Судя по всему, эти проблемы уже уладили — по крайней мере, противного верещания сирены я не слышу. Вместо этого со стены замка вниз спрыгнула знакомая фигурка. Спланировав по дуге и притормозив своё падение у самой земли, Риман приземлился прямо передо мной и выдохнул, переводя взгляд с меня на Энигму и обратно:
— Вернулись!
— Неужели боялся за меня? — ухмыльнулся я. Шагнул вперёд и обнял брата, хлопнув его по спине. — Или опасался, что сбегу?
— Я — не особо, — поморщился Риман от моей тяжёлой руки и передёрнул плечами. — Мы же наблюдали за твоим боём и последующим побегом. После того, как ты под ускорением умчался, тебя потеряли, конечно. Думали, что ты восстановишь силы и вернёшься, но ты двинулся к Белой Речке, и из-за этого начались некоторые… брожения. Генссен почему-то начал упорно считать, что ты сбежал. Мы его пытались переубедить, я почти сразу предположил, что ты пошёл навстречу армии, да и остальные не верили, что ты на такое способен, но барон очень упрямый человек. Не знаю, на какую мозоль ты ему наступил…
— А откуда вы вообще узнали про то, куда… а, точно, — я прищёлкнул пальцами и посмотрел на собственную руку. — Кольцо?
— Ну да, — Риман тоже бросил взгляд на тонкий железный ободок артефакта. — Правда, я в итоге не уверен, что с моей стороны было хорошей идеей раскрывать этот момент. Я это всем рассказал без всякой задней мысли, уже после спохватился…
Леон, усевшийся прямо на узкой полоске земли между рвом и стеной, вытянул ноги и расслабленным тоном сказал:
— Прошу прощения, что вмешиваюсь, но Грегори, ты не упоминал, что наше прибытие… гм… не согласовано с бароном. Это несколько усложняет дело. Не для меня — мне на всё плевать с высокой башни, пока ты меня лечишь. Для остальных.
Я поморщился и, поймав вопросительный взгляд брата, представил их:
— Риман — это Леон, один из армейских магов, согласившихся нам помочь. Леон — это Риман, мой брат.
— Насчёт барона не беспокойтесь, — кивнул Риман, пожав протянутую Леоном руку. — Мы сейчас любой помощи рады, так что какими бы ни были ваши договорённости — уверен, барон их подтвердит. Главное, сильно не наглейте…
Пока они общались, я присел возле лежащей Барсиль. Как раз откат кончился и в резерв накапало достаточно, чтобы подлечить её ногу.
— Не притворяйся, — хмыкнул я, увидев, как дрогнули её ресницы после каста Восстановления. — Не так уж сильно тебя потрепало.
— Не так уж сильно⁈
Девушка вскинулась на локтях и возмущённо уставилась на меня. Перевела взгляд на ногу и поморщилась: выглядела та всё ещё крайне неприглядно. Штанина была сожжена вплоть до колена, и всё, что ниже, было покрыто засохшей кровавой коркой с вплавленными кусочками ткани, вытолкнутыми заклинанием осколками костей, поднятой в воздух пылью и землёй… Но под этой толстой коркой я ощущал уже сформировавшуюся местами тонкую кожу, так что, несмотря на общий вид, девушка действительно была вне опасности.
— Как по мне, «сильно» — это когда нужно использовать больше пяти кастов моего заклинания, — пояснил я, вновь поднимая девушку на руки. — У тебя нога придёт в окончательный порядок уже после третьего. Ну, может, четвёртым сверху заполировать придётся. Вот если бы её оторвало с концами — тут да, пришлось бы повозиться.
Барсиль гневно запыхтела, но смолчала — видимо, вспомнила про свою привычную маску хладнокровной принцессы. Я же повернулся к остальному отряду — те, присев прямо на землю по примеру Леона, как раз успели немного отдышаться после суматошного забега:
— Передохнули? Подъём, господа маги. Мы тут, конечно, в относительной безопасности, но окончательно расслабляемся только за стенами замка.
Общий стон был мне ответом.
Глава 19
Орки пошли на штурм спустя два дня. Честно говоря, могли бы и раньше, но… они вдруг резко перестали куда-то торопиться. Неспеша расчистили полосу для штурма, огрызаясь на наши попытки вставлять им палки в колёса. Неспеша перенесли большую часть лагерей в пределы города. Неспеша начали обстреливать барьер, пробуя его на прочность.
Впрочем, учитывая их совместные делишки с гномами — не особо-то и удивительна их неторопливость. Ведь теперь они прекрасно осознают, что помощи нам в ближайшее время можно не ждать. Мы тоже это прекрасно осознавали, и атмосфера в замке царила… сложная. Генссен поначалу и вовсе хотел скрыть информацию, которую мы принесли — мол, чтобы не разлагать гарнизон, — но я попросту послал его лесом. И не считал себя неправым. Что знает трое — знает и свинья, что уж говорить о целой дюжине посвящённых в «тайну»? Рано или поздно кто-то, да проговорится, и в неприглядном свете окажутся все, кто знал и молчал. Так что лучше уж сразу рубануть с плеча.
Неудивительно, что в замке царило уныние. Многие, вдохновившись моим примером, начали перешептываться, что стоит бросить замок, собрать все силы в кулак и прорываться на юг. На резонные возражения товарищей, что, мол, одно дело прорываться небольшим отрядом сильных магов, и совсем другое — огромной толпой, по которой эти самые маги размазаны тонким слоем. Пусть даже толпа почти целиком будет состоять из воинов, ведь откровенно беззащитных в замке почти не осталось (разве что лекари и некоторое количество слуг вроде того же кастеляна и поваров). Всё равно — потерь не избежать, причём потерь огромных, а успех не гарантирован от слова совсем.
Но шепотки продолжали ходить.
Я на это
