Форточница - Натали Лавру

Так радостно мне стало на душе. Не зря я поливала этих дармоедов! Не зря!

Мои танцы возле цветочных горшков заметил Костя.

– Неугомонная. Даже помереть цветку спокойно не даёшь, – прокомментировал он.

– Ничего ты не понимаешь! – возразила я. – Это живительная сила любви!

– А, то есть твои угрозы сделать из его корней парик и поджечь – это такая любовь, да? – иронично уточнил Костя.

– Но ведь сработало!

– Ну да. А меня ты горячим чаем облила, – припомнил мне он случай в кабинете Эверест.

– С тобой тоже сработало… – тихо-тихо, себе под нос буркнула я и дала дёру, пока меня не изловили и не заставили пожалеть о вольнословии.

– Ах ты… хулиганка! – донеслось мне вслед.

***

Несмотря на новшества, связанные с моим появлением в Костиной жизни, старая жизнь не спешила его отпускать и периодически напоминала о себе.

Только он закончил перевозить урожай из деревни в кессон, как ему позвонили родители Юли и попросили о помощи.

Елена Николаевна сообщила, что они переехали в новую квартиру, неподалёку от нас, и попросила помочь повесить кухонный гарнитур.

Я сразу поняла, что это был лишь повод позвать нас в гости, потому что без причины Костя отказался бы.

Меня нисколько не удивило, что на помощь позвали нас обоих. Интересно, что задумали Юлины родители? Просто разведать о Костиной судьбе? Или сосватать его дочке подруги?

Нет уж, я ни за что не пропущу столь важное мероприятие!

***

В субботу мы с Костей отправились в гости.

Ремонт в квартире уже был завершён, осталось только подвесить кухонные шкафы. Так сказать, заключительный аккорд.

Встретили нас тепло. Елена Николаевна извинялась, что оторвала нас от каких-то гипотетических важных дел, говорила, как неловко ей было просить Костю… А у самой глазки хитренькие, сверкают.

Пока Михаил Васильевич с Костей один за другим подвешивали шкафы и подключали вытяжку, мы с Еленой Николаевной раскладывали посуду и прочие мелочи.

– Только вот приготовить я ничего не успела, – развела руками женщина. – Один мясной салат в холодильнике.

– О! А я тут нашла классный рецепт яблочного пирога – пальчики оближешь! – блеснула идеей я. – Нужны только яблоки, масло, сахар, мука и три яйца.

– Как хорошо-то! – поддержала меня Елена Николаевна. – У нас на даче столько яблок наросло – не знаем, куда девать. И всё остальное тоже есть.

И мы, скооперировавшись в уголке возле стола, чтобы не мешать мужчинам, принялись за стряпню.

– В каком ты классе учишься, Наташа? – спросила меня хозяйка квартиры.

– В десятом, – ответила я.

– Уже знаешь, куда хочешь пойти учиться?

– Ну, у меня подружка хочет пойти в педагогический вуз. Может, и я туда пойду. Ещё думаю. В принципе, водиться с детишками мне нравится. Я ничего больше и не умею: только с детьми да по сказам ползать… – пожала я плечами.

– Это уже много, – улыбнулась она. – Многие взрослые всю жизнь не могут понять, что им нравится, и работают на нелюбимой работе, пытаются соответствовать чужим стандартам. А когда приходит осознание, становится мучительно больно за потерянное в никуда время.

– А у вас разве нелюбимая работа? – поинтересовалась я.

– Увы. Работаю старшим документоведом, оформляю бумажки. Тоска зелёная. Сижу на работе, а на душе кошки скребут.

– Значит, вам в жизни нужна радость, – выдала я заключение.

– И то правда, – согласилась Елена Николаевна. – Вот вы с Костей к нам сегодня пришли – и я всей душой радуюсь. Это для меня праздник.

– Извините, что спрашиваю… Юля была у вас единственная дочка?

– Да, – кивнула женщина, – единственная. Больше как-то не получилось.

– А из детского дома кого-нибудь взять не хотите?

– Сложный вопрос… – вздохнула она. – Я недавно заходила туда повидаться с Ниной, а как увидела деток, гуляющих на площадке, так сразу слёзы на глаза навернулись. Мы с Мишей думали о приёмных детях, всерьёз думали. Но не решились. Страшно, что не справимся, что не сойдёмся характерами с ребёнком, что не сможем друг друга полюбить, в конце концов…

– Да, у нас много деток, которые любят и ждут из тюрем своих лишённых родительских прав мам и пап. Вот это и правда страшно. Вряд ли кто-то из них дождётся. Но есть и те, кто мечтает о любящих родителях, пусть и приёмных. Вон, взять хотя бы Гулю, которая мёртвой хваткой вцепилась в Костю, когда он забирал меня… – я усмехнулась, когда вспомнила свою носатую соперницу.

– Обычно взрослых девочек редко забирают из детского дома. Нина Алексеевна рассказала, что ты жила у них всего полгода до того, как тебя забрал Костя… – задала свой полувопрос она.

– Редко. Почти никогда. Но Костя сам меня туда притащил. Я ж бродяжкой была. На чердаках с голубями ночевала. Детдом представлялся мне ужасным местом, где детей бьют и унижают.

– Господь смилостивился над тобой и послал тебе хорошего опекуна, – улыбнулась Елена Николаевна.

– Это да, – согласилась я. – Я стараюсь его не огорчать… Правда, не всегда получается.

– Признаться, когда я впервые увидела вас в торговом центре, то подумала, что вы пара.

Невнятный звук, то ли удивления, то ли неловкости, застрял у меня в горле. И ещё я, кажется, покраснела. Упс!

Нож, которым я чистила яблоко от кожуры, соскользнул и резанул мне по пальцу.

– Ой… – пискнула я.

– Скорее под кран палец! – Елена Николаевна отвела меня в ванную, где ловко обработала и залепила мне порез пластырем.

– Извините, это я от удивления, – наконец, выдала нечто членораздельное я.

– Это ты извини. Глупость я ляпнула. Просто мы всегда относились к Косте, как к родному, а после трагедии он закрылся и ушёл в себя. Но ведь Юленьки больше нет, а мы-то остались. Жизнь продолжается. А сейчас Костик вроде как ожил…

– Ожил, ещё как ожил, – подтвердила я. – Издевается надо мной, над цветами моими смеётся, – припомнила ему алое.

Елена Николаевна с живейшим интересом выслушала мою историю про спасённый цветок.

– У нас Юля раньше любила цветы. У неё все подоконники были уставлены зеленью.

– А, так у Кости её щучий хвост стоит? – догадалась я.

– Думаю, её. Мужчины редко держат дома зелень.

– Единственный выжил, – вздохнула я. – Костя его и не поливал почти, беднягу. А теперь он зацвёл белыми цветами. Цветок, в смысле, – уточнила на всякий случай.

– У меня стоит щучий хвост десять лет – ни разу не цвёл, – удивилась женщина. – Надо же, видимо, цветы чутко реагируют на энергетику человека. А хочешь, я тебе замиокулькас подарю?

– Это что ещё за зверь такой? – не поняла я.

– Тоже цветок. Мы вот привезли его в новую квартиру,