Измена. Сказка (не) о любви - Аня Вьёри

замахивается, зажмуриваюсь в ожидании боли, только…

Грохот!

Крики!

Кажется, даже стрельба…

С треском вылетает закрытая дверь, и я слышу чей-то крик:

– Всем на пол! Руки за голову.

– Наташа, – бросается ко мне Антон.

Со мной истерика, я трясусь в рыданиях, вою. Меня уже успели приковать, я даже не могу обернуться.

– Да дайте же кто-нибудь ключи! – орет мой муж.

– Анто-он, – больше я ничего произнести не в состоянии, тычусь ему в грудь, прячусь в его объятиях, он подхватил меня на руки, куда-то несет. – Анто-он. Я не хотела, я не сама, они похитили, – я захлебываюсь в рыданиях. – Я бы без Сашки ни за что… Это Степаныч…

– Наташа, маленькая моя, успокойся, я прошу тебя, – он целует меня в висок. – Черт! Врач! Здесь есть врач?

Вторник. 1 июля. 9.32

– Приве-ет, – в палату аккуратно заглядывает Светлана Михайловна. – К тебе можно?

Я недавно проснулась. Мне вчера укололи что-то успокоительное. Я помню только, как я бормотала сквозь истерику, что я беременна, что мне нельзя, но врачи успокаивали: “Мы найдем такое, что можно”.

Если я правильно поняла, то я лежу в местной спецпалате. В Москву меня, конечно, отправлять не стали. Про вчерашний вечер я мало что помню. Урывками. Был рядом Антон. Кажется, Яр. А может, приснилось.

Сегодня с утра меня уже навестил терапевт, гинеколог, очень добрая медсестра аккуратно взяла у меня кровь на анализы. Чувствую себя китайской вазой. Вот принесли завтрак, только от него воротит. Отставила все в сторону, к себе подвинула лишь чай. И тут в дверь постучали. Заходит Юлька, Светлана Михайловна и Сашка с громадным букетом цветов.

– Привет, – я искренне рада коллегам. – Что, все уже в курсе, что я в больнице?

– Да ты что, – округляет глаза Юлька, – там у нас такое творилось!

Тут Светлана Михайловна толкает ее в бок, и она пристыженно затихает.

– Ну, в общем, Светлана Михайловна у нас теперь главред, – вступает Сашка. – Можешь ее поздравить.

– Что со Степанычем? – замираю я. – Ой, поздравляю, – смущенно улыбаюсь.

– Степаныча чуть твой Егоров вчера не убил, – тихо говорит Светлана Михайловна. – Сашка оттаскивал.

– Ой, – я прикрываю рот ладошкой. – Че, серьезно?

– Серьезно! Он прилетел уже после того, как тебя в больницу отправили, поймал его прям в коридоре, – Сашка качает головой.

– Тот пытался вопить что-то про оплаченные интервью, но лучше б молчал. Егоров на три этажа орал, что “ты мою жену извращенцу продал”, – добавляет Юлька.

– Ой, – я хмурюсь и тут понимаю, что уличена во вранье. – Ребят, простите меня, – смотрю на Сашку. – Я не специально, я правда еще в прошлую пятницу с ним разводиться собиралась.

– Дура, что ли?! – бесцеремонно восклицает Юлька и опять получает тычок от Светланы Михайловны.

Я лишь смущенно улыбаюсь.

– О! Проснулась, – дверь в палату снова открывается, и ко мне бесцеремонно заходит Яр. – Ну ты и напугала нас с Тохой вчера! – кивает моим коллегам. – Здравствуйте! Яр, – представляется мой друг, кивает дамам, пожимает Сашке руку.

– Слушай, ну я ж не специально!

Ярик плюхается на мою кровать, гладить по волосам, как ребенка.

– Я рад, что все обошлось.

– Ну вроде да! Ты что, утром приехал?

– Да не, я тут ночевал. Я вчера примчался, – хмурится мой друг. – Страшно было. СОС от тебя пришел, я перезваниваю, а там абонент – не абонент. Я давай Антону звонить.

– А обещал мне, что в полицию звонить будешь! – упрекаю я Яра шутливо.

– Слушай, ну я подумал, что если вы в выходные вместе тусовались, то есть шанс, что он знает, где ты, – хмурится мой друг. Мне остается только усмехнуться.

– Ну ты почти добился своего.

– Да ну вас к черту, вас пока помиришь! – возмущенно восклицает Яр, заставляя улыбнуться и меня, и всех окружающих.

– Мы с Антоном буквально в воскресенье разговаривали об Осипове, – задумчиво произношу я.

– Он сразу понял, – кивает Светлана Михайловна. – Он позвонил Сашке.

Я поднимаю взгляд на друга и коллегу.

– Ну да… Как-то странно было получать такой звонок от работодателя, но… Че-то мы сложили два и два.. Что меня неожиданно отослали и все остальное.

– В общем, твой благоверный ровно из кабинета главы администрации к Осипову и помчался, захватив ГНР по дороге, – кривится Яр, но я вижу в его глазах совершенно нешуточное беспокойство и волнение.

– Боже, ребят, – шепчу я. – Спасибо всем вам. Вы не представляете, что я вчера натерпелась.

– Тоху благодари, – хмыкает Яр.

– А он где? – спрашиваю друга.

– Там какие-то процессуальные мероприятия, – хмурится Светлана Михайловна. – С Осиповым и со Степанычем.

– Со Степанычем? – ахаю я.

– Ну да, – хмыкает Юлька. – Содействие похищению не приплести, но твой муженек нарыл на него что-то экономическое во время аудита. Сказал, костьми лягу, но посажу. И Крысу выкинул с такой записью в трудовой, что ей теперь только полы мыть.

– Опасный он у тебя человек, – пытается шутить Сашка.

– О да, – тяну я.

И все вдруг замолкают, потому что дверь снова открывается и входит Антон.

Эпилог

– Егоров, ты с ума сошел, какой Париж? – я ношусь по дому с ребенком в эргорюкзаке. Одним. Он уже тяжеловат, но, учитывая мой ритм, мне все равно так легче.

Сегодня мы с Сашкой едем к Маше-экологу. Я могу себе позволить не приглашать няню, потому что там обстановка более чем неформальная. Да и Антон обещался после мерии к нам подъехать.

Правда, он там будет, как и я, работать. У него там тоже уже свои интересы. Машины слеты превратились в международные конференции.

Год назад мы опубликовали ее исследования, добились того, что их осветило телевидение, откуда-то сами собой нарисовались специализированные журналы. И… Вуаля! В этом году на слет приглашены товарищи из Казахстана, Беларуси и Турции. Последнее меня дико удивило, но, оказывается, у них там есть похожие экосистемы. Я в этом уже почти разбираюсь.

Бросаю в здоровую сумку влажные салфетки, подгузник, ноутбук, диктофон, а сама продолжаю спорить с