Чужая семья генерала драконов (СИ) - Мария Павловна Лунёва

судорогой. Юниль сползла с моих рук и спала завернутая в одеяло рядом на земле.

Амма лежала рядом. А Руни не было.

Покрутив головой, отчетливо услышала воду. Совсем рядом.

Разлив?

Замерев, вслушалась. Тихие отдаляющиеся шаги за спиной. И шум потока. Быстрого.

С трудом разогнувшись, встала на ноги. Цепляясь за стволы, прошла немного вперёд.

«Буди всех, — вспыхнуло в моей голове. — Река вышла из берегов. Мы окружены»

Покрутив головой, увидела брата. Он стоял на краю рощи и смотрел вниз.

— Руни? Насколько глубоко? — я хотела спросить тихо, но сорвалась на крик.

«Если подниматься наверх, то местами по пояс. Пройдем»

Выдохнув, я заспешила обратно.

Будить никого не пришлось. Амма уже сидела над Юниль и пыталась переодеть на ней свитер на менее влажный.

— Вода? — её голос дрогнул.

Ведьма же, наверняка почувствовала.

— Пока мы не в ловушке, — поспешила хоть немного её успокоить. — Но идти нужно немедленно.

— Вымокнем…

— Да, но живы останемся, — кивнув, я поспешила собрать все наши пожитки.

Юниль спросонья не могла ничего понять. Хлопала глазками. И вдруг закашлялась, да так сильно, что согнулась.

Остановившись, я испуганно взглянула на Амму.

— Не горячая, — она покачала головой. — Хорошо меня, дуру старую, не послушали и травок взяли. Только бы добраться до безопасного места и сразу запарим.

С трудом встав на ноги, она охнула и схватилась за поясницу. Я все отчетливее понимала, что побег был решением поспешным. Но нам уже не вернуться. Путь в деревню отрезан водой. Теперь только на юг.

Взвалив за спину большой холщовый мешок, подошла к дочери.

— Всё хорошо будет, Юниль.

— Мы пойдем искать дорогу домой? — её голос охрип.

— Нет, — я покачала головой. — Мы будем искать новый.

— Но… — на её глазах снова заблестели слёзы. — Я хочу домой, мама. К нам домой! Не хочу новый…

— Юниль… — я попыталась остановить назревающий плач.

Но ничего сделать не смогла. Она разрыдалась.

Поток слез прерывал лишь громкий нехороший кашель.

Подняв её на руки, обернулась в поисках Руни. Брат обошел рощу и позвал нас за собой. На его плечах висело два мешка, а в руках Аммы появилась найденная им большая палка, которая теперь служила ей посохом.

Мы снова пошли вперед. Сначала по влажной ненадежной земле, затем по щиколотку в воде.

А после и по пояс.

Оборачиваясь, я постоянно искала взглядом Амму.

Течение воды усиливалось и сопротивляться ему было все сложнее.

Глава 21

Выбравшись на неглубокий участок, снова обернулась на ведьму. Она сильно отстала. Передвигалась с трудом, постоянно наваливаясь на посох. Каждый шаг давался ей с трудом. Амма слабела на глазах. Слишком поздно я сообразила, что оборотни крепче. Там, где мы пройдем легко, она нет.

Мне бы к ней помочь. Но Руни побежал вперед, проверить что и как.

Я покрутилась. Вода доходила до щиколотки. Ботинки утопали в глине. Кое-где торчали ветки, но не было ничего высокого и надежного, на что можно было бы посадить дочь.

Сжимая в руках горячую Юниль, завернутую в промокшее одеяло, пыталась сообразить, как быть дальше. До сухого холма оставалось немного, пройти затопленную ольховую рощу в низине, но именно она меня и страшила.

Неровное дно. Сильное течение и откровенно ледяная бурлящая вода.

Опираясь на свой посох, Амма продолжала медленно продвигаться к нам. Позади нее что-то на миг всплыло из воды. Я не успела сообразить, что к чему, как бревно опять появилось на поверхности.

— Руни!

Одновременно с моим криком оно ударило в спину Амме. Ведьма согнулась и потеряла равновесие. Еще мгновение и ее скрыла вода.

Подлетев ко мне, брат пытался понять, что произошло.

— Держи и береги её.

Я втолкнула Юниль в его руки и поспешила туда, где последний раз видела женщину, которая эти два года пыталась заменить мне мать. Вмиг забылись все обидные слова, что она говорила, вспомнились мои, когда-либо произнесенные. Я пробиралась вперёд, не отводя взгляда от зацепившегося за небольшие стволы бревна.

Течением сносило в сторону.

За спиной громко мычал Руни, который, наконец, понял, что его бабушки нет.

— Мама! Мамочка! — заверещала Юниль, стоило мне оступиться.

Ботинки скользили по гниющей траве. Упав на колено, с трудом встала. Что-то запуталось в ногах. Отцепила. Пошла вперед, но куда осторожнее. Так быстро добралась до места.

Шарила руками в мутной воде, но никого не могла найти. Слёзы подступали к глазам. Паника затмевала разум.

— Помоги, — прошипела, призывая своего зверя.

Волчица откликнулась мгновенно. Тело охватило яркое свечение, и я погрузилась под черную воду. Грязно и ничего не видно. Проплыв немного, спешно развернулась. Что-то ударило по лапам. Бревно отцепилось от молодых стволов и двинулось по течению дальше.

Волчица вынырнула и покрутилась.

«Справа» — раздалось громкое в голове.

Повернувшись в нужную сторону, я снова нырнула.

«Я иду к тебе» — голос Руни был наполнен страхом.

«Нет, — рявкнул на него мой зверь. — Держи Юниль, если что…»

Не договорила, перед мордой мелькнул подол. Поднырнув под него, поднялась на поверхность, работая всеми четырьмя лапами. Нет, не зверь, а именно я. Мы словно стали единым. Мысли, чувства, даже контроль над телом.

Амма вздрогнула и вцепилась пальцами в шерсть. Закашлялась, сплевывая воду.

Сопротивляясь мутному потоку, я гребла к брату. Ведьма хваталась за мою шею, слегка сдавливая. Но я была рада этому. Значит, живая. Не захлебнулась.

«Ещё немного, — шептал как заведенный Руни. — Ещё чуть-чуть, сестра»

Вокруг была вода. Пусть и по щиколотку, но положить Юниль на землю он не мог. Она ребенок, кинется спасать нас и, не заметим, как с головой уйдет. Руни это понимал, поэтому и метался по небольшому участку, злясь от собственного бессилия.

Выбравшись, я припала на передние лапы. Силы ушли. Выдохнув, легко обратилась. Меня обнимала Амма, громко рыдая. Её трясло и от холода, и от страха.

— Дурная девчонка! — выдавила она из себя. — Зачем?… Ты зачем в эту воду за мной полезла? А если бы тебя ударило? Не смей больше… Не смей рисковать собой!

Она рыдала. Её челюсть дрожала.

— Прости меня, Грета, — Амма стиснула меня сильнее. — Прости, девочка. Вы все, что у меня есть. Мне, дуре старой, страх совсем разум затмил. Я же ведьма, могла понять, что вода близко. Могла, да не о том думала. Силу свою не слышала. А ты в воду… Не смей так больше делать… Не смей!

Какое-то время на маленьком участке земли был слышен лишь громкий плач. И старческий, и детский.

Отдышавшись, я обняла Амму и попыталась поднять. А то время шло, а мы сидели в воде. Слушая её