Любовь не предусмотрена - Виктория Рогозина
Глеб Викторович махал рукой, его лицо искажала смесь злобы и обиды, он почти трясся от напряжения. Но Лера только моргнула. Ни дрожи, ни слёз, ни возражений. Словно он говорил сквозь нее, мимо. Она устала. До такой степени, что даже боль не отзывалась. Однако рядом с ней медленно шагнул вперёд Шейдон Лекс.
— Я бы попросил, — холодно, тихо, но с пугающей чёткостью произнёс он.
Глеб Викторович осёкся.
— Мисс Гордеева — мой сотрудник. Все обвинения, ранее выдвинутые против неё, официально сняты. У вас нет ни морального, ни юридического права бросать в её сторону такие слова.
Голос Шейдона звучал спокойно, но под этим спокойствием таилась сталь. Он стоял между Лерой и её отцом, как невидимая преграда, как стена.
Глеб Викторович что-то ещё пробормотал, отступая на шаг. Но его пыл погас, наткнувшись на ледяной взгляд Шейдона. Он резко развернулся и пошёл прочь, сжав кулаки.
Лера всё это время стояла молча. Не поблагодарила. Не произнесла ни слова. Только мельком взглянула на Лекса — и её лицо снова стало закрытым.
Эта победа не принесла ни мира, ни света. Она просто... случилась.
Шейдон скользнул по Лере взглядом — она выглядела бледной, ссутулившейся, будто усталость лежала на плечах тяжёлым мокрым пледом.
— Мисс Гордеева, — негромко произнёс он, подойдя ближе, — вы выглядите вымотанной. Хотите — поезжайте домой, отдохните. Все формальности я улажу сам.
Он говорил почти мягко, в его голосе была небрежная забота, тщательно скрытая за привычной деловой интонацией.
Лера встретилась с ним взглядом на краткий миг, кивнула коротко:
— Спасибо. Было бы неплохо.
— Водитель отвезёт вас, — добавил Лекс, уже доставая телефон.
— Благодарю, — ровно ответила она. Сухо, по-деловому, так, как будто между ними не было ни турнирных выходных, ни ужинов, ни взгляда в полумраке кухни.
Она развернулась и спокойно вышла из зала, не оглядываясь. Сев в машину, Лера пристегнулась и сказала почти шепотом:
— В офис «Эриды», пожалуйста.
Водитель, как и всегда, молча кивнул. Машина мягко тронулась. За окнами промелькнули улицы, вывески, лица прохожих — всё как будто шло мимо, не касаясь её.
Офис встретил её тишиной. Привычный холл, слегка гудящий лифт, серо-синие стены. Она поднялась на верхний этаж, шагнула в свой кабинет — светло, чисто, немного прохладно.
Лера положила на стол всё, что символизировало её причастность к «Эриде»: смартфон, ноутбук. Минуту стояла в нерешительности, а потом села. Потянулась к ящику, достала лист бумаги. Писала быстро, коротко. Не то заявление, не то благодарность — всё вместе. Последний вздох уходящего.
Склонилась над листом, перечитала. Ровный, ясный почерк. Ни капли эмоций, как и должно быть в финале. Сложила лист, положила поверх ноутбука. Посмотрела на всё это ещё раз. В кабинете было спокойно. Чересчур спокойно.
Медленно вышла, не оборачиваясь. Захлопнула за собой дверь и, постояв на крыльце, оглядела вечерний город. Серое небо, неоновые блики, прохожие с зонтами. В груди сжалось — здесь ей нравилось. Здесь она была собой. Здесь работала, доказывала, верила, надеялась.
Но всё кончилось.
Он — не из её мира. Слишком блестящий, сильный, свободный. А она... она просто девушка, которая однажды подумала, что может быть рядом с кем-то вроде Лекса.
Лера вытерла щеку ладонью — когда успела прослезиться? — и быстрым шагом направилась прочь. Нужно было идти вперёд. Нужно было начать всё заново. С чистого листа.
***
Лекс закрыл за собой дверь, сбросил пиджак на спинку стула в прихожей и, расстегивая ворот рубашки, прошёл на кухню. Он ожидал увидеть Леру — усталую, но уже с чашкой кофе в руках, возможно, с тем рассеянным выражением лица, которое появлялось у неё после сложного дня. Но кухня встретила его пустотой и тусклым светом лампы над столом.
— Где Гордеева? — бросил он, даже не глядя на Уолтера, который как раз вынимал из духовки запечённые яблоки.
— А её и не было, — спокойно ответил дворецкий. — Она домой не возвращалась.
— Значит, опять в офисе, — хмыкнул Рихтен, удобно устроившийся у окна с бокалом. — Трудоголик. Такая точно в отпуск не поедет.
— Совсем девчонку замучили, — пробурчал Самюэль, ковыряя зубочисткой что-то между зубов. — Не удивлюсь, если в обморок грохнется от переутомления.
Лекс усмехнулся — натянуто и коротко. Что-то внутри сжалось, едва ощутимо, но тревожно. Он потянулся за смартфоном и набрал Леру. Раз, два, три гудка… Четыре… Пять. Без ответа.
Он посмотрел на экран, потом медленно выдохнул.
— Съезжу в офис, — бросил через плечо. — На всякий случай.
— Ужинать не будете? — спросил Уолтер, но тот уже выходил.
Хлопнула входная дверь. Через минуту двигатель автомобиля взревел, и черный седан выехал за ворота.
Он ехал быстро, хотя казалось, что каждая секунда тянулась невыносимо долго. Красные огни светофоров раздражали. Люди на пешеходных переходах казались нарочно медлительными. Что-то не давало покоя. Словно воздух сгустился. Словно в груди поселился беспокойный зверь, который царапал изнутри.
Лекс крепче сжал руль, нахмурился и прошептал себе под нос:
— Только бы всё было в порядке, Гордеева…
Глава 44
Двери лифта с лёгким звоном раскрылись, и Лекс вышел на этаж. В коридоре, как обычно, было тихо — вечер всё-таки. Только слабый свет из-за стеклянных перегородок кабинетов да шелест бумаг, доносившийся откуда-то с конца коридора. Почти сразу он заметил знакомую фигуру — Ольга, секретарь Леры, стояла у кофемашины с кружкой в руке.
— Мисс Гордеева у себя? — спросил он небрежно, словно между делом, хотя сердце уже колотилось.
Ольга вздрогнула, обернулась слишком резко, будто он застал её за чем-то постыдным.
— А… Мисс Гордеева? — Она нервно вздохнула, опуская глаза. — Приезжала... Минут на десять, не больше. Потом ушла. Никаких указаний не оставила, ни записок, ни звонков…
Шейдон коротко кивнул и, не дожидаясь продолжения, быстро зашагал в сторону кабинета. Открыв дверь, он замер. В кабинете было пусто, но на столе всё лежало слишком аккуратно — не как обычно. Смартфон, лежащий экраном вверх, рядом — закрытый ноутбук. И… лист бумаги, сложенный вдвое.
Лекс подошёл, развернул лист. Читал быстро, но каждое слово будто ударяло под дых.
«Благодарю за возможность стать частью команды «Эриды». Мы выиграли тендер, как я и обещала. Это было важно для меня. Особенно важно — Ваше доверие. Прошу считать эту записку моим заявлением
