Время Рыцарей - Светлана Алимова

тяжело, но я заслужила наказание за то, что пошла против твоей воли.

— Я смиренно молю быть запертым в убежище, как Сольвейн Винтер, — почтительно произнес Бернард.

— Вы совсем обнаглели? — возмутился Льюис. — Еще и наказание себе будете по вкусу выбирать? Обойдетесь!

Пастор Браун рассмеялся.

— Мне кажется, ты разбаловал их своей добротой. Иногда стоит применять и розги.

— Ненавижу насилие. Хм. А я, кажется, знаю, что делать. Пастор, вы поможете мне?

— Разумеется. Что от меня требуется?

Льюис сощурился.

— Эти трое нуждаются в наставлениях. Помогите им осознать их проступки и раскаяться. Весь следующий месяц они будут каждый день приходить к вам на проповедь и внимать ей не меньше двух часов. Справитесь?

Бернарда перекосило.

— Повелитель, можно я лучше навоз буду разгребать? Ненавижу проповеди.

— Отлично. Значит, именно они вам и нужны.

— Льюис, милый, но мы же друзья! — заныла Шарлотта. — Надо мной все убежище будет смеяться! Это унизительно!

— Зато ты прекратишь драться с пастором.

— Я останусь бойцом? — уточнил Рейвен.

— Да. Твой проступок оказался легче, чем я думал. На этот раз я тебя прощаю.

— Тогда ладно. Я помру со скуки, но вынесу это.

— Я ценю твое остроумие, сын мой, но ты только что наказал этих людей общением со мной, — вздохнул пастор Браун, — проповеди нужны, чтобы рассказывать о боге, а не наказывать непослушных детей. Но раз я не сумел доказать, что не таю больше зла, придется мне потрудиться, чтобы достучаться до их сердец. Я приложу все усилия и помогу им стать лучше, скромнее и порядочнее. Это будет полезно для нас всех.

Шарлотта застонала. Бернард скривился, но промолчал. Рейвен принялся вспоминать, чем развлекался во время проповедей в детстве.

Льюис оглядел их и удовлетворенно сказал:

— Хоть месяц вы будете под присмотром и дадите мне заняться своими делами.

Через месяц Рейвен, Шарлотта и Бернард дружно предпочли забыть о пасторе Брауне. Шарлотта игнорировала его, Бернард плевался при каждой встрече, а Рейвен успокоился. Во время тоскливых проповедей о раскаянии и милосердии он вспоминал, как повелитель вырвал сердце Белой Мрази, хоть и выглядел до того жалким и безобидным. У доброты Льюиса был предел и проходил он ровно у его собственного горла. Если новый Прекрасный Принц приставит к нему меч, Льюис убьет его без колебаний, как сделал это с Белой Мразью.

Что бы ни рассказывал окружающим о мире и нежелании убивать.

Глава 18. Будни Принца

Джек пришел на свою первую тренировку в качестве Прекрасного Принца. Склад, который Гийом предложил использовать, оказался пустым, просторным помещением, все окна которого были забиты досками. Гийом открыл одно из них, чтобы они не задохнулись, и расставил тренировочные манекены, прихваченные из участка стражи.

— Готово! Можем начинать.

Все это время он двигался, не снимая светлых блестящих доспехов, которые ему необычайно шли. Джек вспомнил легенду о Рыцаре-лебеде и подумал, что Гийом, с его изяществом, вполне бы подошел на эту роль. Арбалет у него тоже был изящным, сделанным из какого-то светлого металла, с великолепной узорной резьбой.

— Дорогая штука, — одобрительно заметил Джек, — я бы оценил его в две-три сотни золотых.

— Это оружие Рыцаря! — оскорбился Гийом. — Оно бесценно!

— Не думаю, что его можно продать, — заметил Нил, тоже «надевая» светлые доспехи, — это все — магия Прекрасного Принца. Она не будет существовать отдельно от тебя.

Он взвесил на ладони один из своих кинжалов и метнул в мишень. Попал в самый центр, а затем повел ладонью, и кинжал моментально очутился у него в руке.

— Ого! Как ты это сделал? — глаза у Гийома загорелись.

— Не знаю, — Нил помедлил с ответом, — будто кто-то направил мою руку, показывая этот прием. Кстати, у твоего арбалета нет болтов.

— Что? Погоди, ты прав, — Гийом задумался и вдруг вскинул пустой арбалет, прицеливаясь в один из манекенов.

Сверкнула серебристая молния, и голова манекена разлетелась на кусочки.

Гийом просиял.

— Ему не нужны болты! Он стреляет магией!

— Отлично. Только будь осторожен и не целься больше в голову, — приказал Нил, — многие Вороны будут нападать на нас не по своей воле, а по приказу их хозяина. Мы не должны убивать невинных.

— Понял тебя. Клинки проверять будем?

— Давай.

Джек с интересом наблюдал за их тренировочным боем. У Нила был длинный одноручный меч, у Гийома — короткий. Около минуты они сражались, потом Нил поднял руку, и Гийом остановился.

— Баланс отличный, проблем нет. А у тебя?

— Тоже.

— Закончим на этом. Тренироваться с боевым оружием не стоит.

Рудольф хмыкнул и погладил свой внушительный цеп.

— Я таким же воевал в юности. При должной сноровке никто подойти не сможет. А ну-ка, разойдись!

Джек, Нил и Гийом отступили, а Руди раскрутил цеп и швырнул шипастый шар вперед. Цепь растянулась на несколько метров, а потом легко втянулась обратно.

Джек присвистнул.

— Оно так и должно работать?

— Обычный цеп так не делает, — Руди почесал в затылке, — но волшебному-то что помешает? Нил, а у всех Рыцарей было такое же оружие? Твой дядя чем сражался?

— Длинным мечом, — голос Нила стал суше и холоднее, — и плотной золотой сферой. Она напоминала магический шар, но была настолько тяжелой, что я и в двенадцать лет не мог ее поднять. Дядя же метал ее с необычайной легкостью.

— А у остальных что было?

— Других Рыцарей я не видел.

— О, так Нил у нас — потомственный Рыцарь? — заулыбался Джек. — Дядя тобой гордится, да?

— Наверняка, — коротко ответил тот.

— А где он сейчас?

— Убит Великим Вороном семь с половиной лет назад.

Джек смутился.

— Извини. Он, наверное, был хорошим человеком.

— Не был. Но все, что я знаю о Рыцарях и наших способностях, рассказывал мне он. Доспехи защитят нас от чернильного пламени, а оружие не затупится и не сломается во время боя. Но дядя настаивал, что всегда нужно брать с собой и обычные клинки, не полагаясь на одну только магию.

— Зачем? — спросил Джек.

— Если ты погибнешь, мы моментально потеряем твои дары и останемся беззащитны.

Джек сглотнул. Гийом и Руди согласно кивнули.

— Давай посмотрим и твои силы, Принц.

Джеку уже не очень этого хотелось, но он послушно «надел» собственные сияющие доспехи и длинный белый плащ. Меч был не тяжелым, но почему-то держать одной рукой его было неудобно.

— Он двуручный, — определил Нил, — берись обеими руками и вложи побольше силы в удар. Попробуй с тем чучелом.

Джек подошел, размахнулся и ударил, представляя себя могучим героем, отрубающим злодею голову.

Чучело развалилось на две части: Джек промахнулся по шее и срезал «плечи» вместе с шеей