Древнее сокровище - Зинаида Порох

ж практически бессмертна. Так, развлечётся немного, косточки разомнёт.

Арония, метнулась в кухню и заглянула за кресло. Крысёнок сидел там и напряженно вслушивался в шум наверху. Но из угла не выбирался — видно, считал более важным «девки» дождаться и знак подать.

Арония, выхватив из кармана ремешок, накинула на него. Однако тот, оказавшись сишком велик, соскользнул вниз и лёг вокруг зверька на полу бесполезным кольцом. Да и слова сказать она замешкалась. А крысёнок оказался шустр и мгновенно сиганул вверх, будто пружина, выскочив из амулета, и исчез за плинтусом.

Вот незадача!

Заглянув в угол, Арония обнаружила в нём дырку. Как теперь его оттуда достать? Да и, возможно, Силантий снова сменил свой облик, превратившись в червя или мокрицу.

«А, некогда! Пусть он сам меня ищет! Если не струсит! — решила Арония. — Зря говорили, что он лют. Ошибались, наверное. Крыса крысой!»

И вот, кинув в карман ошейник — пригодится ещё, девушка бросилась на помощь домовому. И неожиданно у неё получилось взлететь наверх, за потолок! А ведь до этого момента девушка и не подозревала, что умеет это делать. А всего-то шепнула слова, открывающие пространство, которые вдруг сами пришли ей на ум и сделал небольшое усилие. Спасибо ведовскому роду — подсказали…

На чердаке оказалось темно.

Маленькое грязное окошко почти не давало света — видно, Михалап специально его маскировал. Да и кошка с домовым, сцепившись и катаясь по глинянному полу, подняли тут пыльную завесу.

«Оба теперь как пыльные мешки. Явдоха — тоже!» — усмехнулась Арония.

И девушке пришлось, закрыв глаза, подключить своё «третье око». Впрочем, эта парочка так шумела, что их и слепой бы в потёмках нашёл.

Возникшая в голове картинка не обрадовала:

Евдокия явно брала верх — в прямом и переносном смысле, зажав Михалапа в угол и, встав на него, терзала его стальными когтями. Клочья рыжей шерсти — патлы, как их неуважительно назвала недавно Явдоха, так и летели во все стороны. Но Михалап не сдавался — так что клочьев чёрной шерсти, клубящейся рядом, тоже было навалом.

Аронии к ним приближаться не стала. Умения, накопленные Прошей, сработали автоматически. С помощью приёмов бесконтактного боя она легко скинула огромную кошку с Михалапа. Всего-то и надо было — повести подбородком и ту будто ветром сдуло. Пролетев кубарем по чердаку, та рухнула в углу крыши на другой стороне чердака.

«Не иди только лишь по пути силы, — удовлетворённо подумала девушка, сунув руку в карман — за волшебным платком. — Знания могут их заменить».

Однако набросить на Евдокию платок не получалось из-за Михалапа. Этот неугомонный вояка, бросился вслед за ней и продолжил потасовку. Насев на распластавшуюся кошку, он принялся азартно её мутузить. Но Полуночница, придя в себя, возобновила атаку и они снова переплелись в тугой узел.

Как быть?

Что-то Аронии не везёт сегодня. Бессонная ночь и вчерашние волнения, наверное, дали себя знать. Не станет же она и к Михалапу применять приёмы бесконтактного боя? Чтобы отпихнуть его в сторону. Ведь он, без сомнения, обидится. М-да.

Но тут внутренний «сокол» подсказал, что за её спиной возникло чьё-то опасное присутствие. Арония мгновенно развернулась — позади стоял огромный медведь. Расставив когтистые лапы, он стремительно надвигался.

«Надо же, шустрый какой стал!» — усмехнулась Арония.

И, мгновенно метнувшись, оказалась в торце крыши, стоя спиной к окну.

«Никогда и никому не доверяй свой тыл. Ошибка может стоить тебе жизни».

Хорошо, что Михалап занят — отчаянный вояка, не задумываясь, мог бы кинуться на эту гору мускулов и этим только помешал бы ей. К счастью, в этот момент он мстил кошке, заодно отвлекая её.

Удачненько вышло!

Скаля страшную пасть, медведь уже стоял рядом, норовя когтистыми лапами разорвать девушку в клочья. Его огромная пасть была оскалена, а из неё валила жёлтая пена. Мол — разорву, голову откушу! Арония ощутила жуткую вонь, источаемую этой пастью.

«Применяя силу, действуй на опережение. Иначе опередят тебя. Ошибка может стоить тебе жизни».

Арония, не заморачиваясь, просто ударила в эту свирепую медвежью морду связкой ключей, очень кстати оказавшихся в кармане. Этот приём, бывало, не раз выручал безоружного Прошу. Нет ключей, годится пыль или камушки, а не успеваешь их схватить — используй натренированные пальцы. Гавное — ослепить противнимка. Зверь злобно взревел и рефлекторно прижал к морде когтистые лапы. Арония выхватила из кармана ошейник и снова набросила ему на шею — теперь он был впору. Да и слова сами произнеслись. Оборотень ещё громче взревел и замер на месте под действием амулета. Огромная, под потолок, ревущая махина.

Ничего, оклемается. Арония видела, что крови под лапами нет, значит, глаза и переносица Силантия целы. Вернётся к Фаине, она его подлечит.

«Будь справедлив, даже если это тебе невыгодно».

«Ну, как там Михалап? — обернулась девушка на шум. — Ого! Кажется, дела его снова плохи!»

Евдокия брала верх — прижав домового к балке, она злобно рвала на нём — зубами и когтями — пыльную одежду. Надо поспешить!

Арония снова повела подбородком и, откинув Евдокию от Михалапа, сделал жест — рукой к себе. А когда огромная кошка, кувыркаясь, оказалась рядом с ней, легко набросила на пыльное чудище плат. Рычание мгновенно смолкло, а скалящийся зверь, окаменев, распростёрся на полу. Шепнув нужные слова, девушка уменьшила это чудище до размеров маленькой статуэтки. Теперь эту беглянку можно возвращать Старейшинам: за многичсленные преступления против Покона, за нападение с целью захвата силы, за бегство из-под Суда ей там отвешают хо-ороший приговор. И за преступный сговор… Ну, это пусть уж они сами разбираются — с кем.

Арония осмотрелась и чихнула.

По чердаку летала туча пыли и облака шерсти. У подслеповатого оконца, смирно сидя, рычал огромный медведь; под ногами скорчилась Полуночница, занимая сейчас довольно мало места. А у балки непдвижно валялся, сливаясь с пыльным полом, Михалап. Но сопение оттуда доносилось. Всё в порядке! Атака отражена. С небольшими сложностями и неприятностями, но вполне удачно. Что домовому сделается? Нежить. То есть — вечо живущий своей таинственной жизнью.

«Холодно здесь, — приходя в себя, потёрла руки девушка. — Надо ещё этого огромнго медведя уменьшить. А то придётся крышу разобрать да подъёмный кран подгонать, чтобы вынуть это чудище на белый свет, — усмехнулась Арония, представив эту картинку. — То-то соседи удивились бы!»

Поскольку девушка подумала о них — о соседях, её «сокол» тут же доложил, что из дома напротив за Акимовой хатой ведётся наблюдение. И Арония увидела их: Людмилу с мужем Николаем и тремя сыновьями-школьниками. Припав к окнам, они с