(не) Предал тебя - Кира Сорока

смирился, что между мной и Дамиром что-то происходит. Хотя в первые дни так рьяно «отстаивал мою честь»... Но стоило Дамиру стать частью команды, ещё и показать, что играть он умеет – всё! Честь Евы теперь, видимо, в безопасности.

– Ну ладно тебе, – мурлыкает Дамир, уткнувшись носом в быстро пульсирующую венку на моей шее. – Не отпущу, пока не поцелуешь.

– Дамир! – шиплю возмущённо.

– Один поцелуй, – он непреклонен.

Чёрт! Ладно. Быстро прижимаюсь губами к его губам и сразу сбегаю к своей парте. Буквально за секунду до прихода училки.

– Садитесь, – говорит она, проходя к столу.

Едва поднявшись, все снова плюхаются на свои стулья.

Переглядываемся с Дамиром. Улыбаемся.

В животе – пресловутые бабочки, а в груди буквально жар-птицы порхают...

Дамир помогает забыть о том, что дома полная задница. С ним мне хорошо. Я влюбляюсь всё больше и больше. Буквально растворяюсь в этом чувстве. И не могу, и не хочу останавливать этот процесс.

Глава 21

Дамир

Я не знаю, как так вышло.

Утром, после почти бессонной ночи, я решил, что буду пытаться отдалиться от неё. В первую очередь из-за Грозного, который оказался в курсе наших отношений, но пока не открыл свои карты, продолжая разыгрывать какую-то свою партию. Я тоже не стал болтать, иначе слил бы Макса.

Во-вторых, дело в брате. Ну а в-третьих – в том, что мы с пацанами тогда натворили... Вторжение в её дом, поджог...

Короче, тьма всего, почему я не должен даже смотреть на эту девушку.

Но вопреки всяческой логике я целую её на глазах у всего класса. А потом мы обнимаемся на переменах, сидим вместе в столовке, снова целуемся, когда выпадает такая возможность.

Где мои мозги? Явно отключились, и всем теперь управляет какой-то другой орган. Этот орган в самом центре груди. И он почему-то отвергает даже мысль о том, чтобы закончить с Евой. Этот орган, кажется, и бьётся-то теперь только благодаря связи с ней. Ева – батарейка для моего сердца.

Разрулю с Грозным. Как – не знаю, но сделаю. Пусть с её братом разбирается, а не с ней. И я со своим братом разберусь. Выясню, насколько всё серьёзно у них с матерью Евы. А проникновение в дом и поджог она должна мне простить. Потому что я тоже ей чертовски нравлюсь. У нас это взаимно, чёрт возьми!

Уроки в пятницу заканчиваются быстро. Ева зовёт меня пойти с ней в студию, но я не могу, потому что ББ попросил забрать Ваньку пораньше – в садике тоже короткий день.

Я перевожу Еву через дорогу, и мы прощаемся. Подхожу к остановке, и тут же подъезжает мой автобус. Пялюсь в окно на то, как Ева идёт к своей улице, постоянно оборачиваясь. Маршрутка битком, она меня сто процентов не видит. Изловчившись, достаю из кармана телефон и строчу ей сообщение: «Когда увидимся?»

Походу, я умом тронулся, потому что уже по ней скучаю. Ева сказала, что у них с мамой генеральная уборка на все выходные, и мы вряд ли увидимся. Но меня это не устраивает. Сейчас я это понял очень чётко!

От Евы приходит ответ с грустным смайликом: «В понедельник».

Ну нет, я не согласен.

«Нет, раньше. Завтра вечером».

«Постараюсь».

А вот это уже что-то.

Вставляю наушники, врубаю музыку. И сорок минут трясусь в маршрутке.

Завтра в первой половине дня я сам немного занят. Нашёл подработку. В гипермаркете возле дома требуются грузчики. Оплата почасовая. Меня устраивает.

Забрав Ваньку из садика, бреду с ним по тротуару. До дома пилить минут двадцать. Но это с Ванькой, один я дохожу за двенадцать.

– Дамил, ты купил мне конфеты?

– Купил-купил, – извлекаю пачку ММ, открываю, отдаю Ваньке. – Лопай, – взъерошиваю волосы на его макушке. – Пока папка не видит.

Племянник запихивает в рот целую горсть и долго-долго жуёт. Потом внезапно заявляет:

– Тётя Таня длугие купила, с олешками. Тоже вкусные.

– Тетя Таня? Какая тётя Таня? – внезапно напрягаюсь.

Мелкий пожимает плечами.

– Подлуга папы.

Подруга папы? Как зовут мать Евы? Неужели Татьяной?

Выяснить это оказывается довольно просто. Пока Ванька жуёт драже, я на ходу шерстю интернет и быстро нахожу информацию. Золотарёва Татьяна – юридическая консультация. И даже номер имеется. И очень много шансов, что это действительно мать Евы.

Теперь я не просто зол на своего брата. Я в панике. Он сына с этой Таней познакомил! Значит, там всё очень, вашу мать, серьёзно!

До вечера сижу как на иголках, дожидаясь его. А потом снова жду, когда он поест. Потому что задевать моего брата голодным – это практически играть со смертью. К тому же мы всё ещё в ссоре. И он поглядывает на меня недовольно. Но это, скорее всего, он меня зеркалит, потому что я тоже сверлю его свирепым взглядом.

Когда брат принимается неторопливо заваривать себе чай, моё терпение всё же лопается. Проверив Ваньку, который играет с конструктором в своей комнате, сажусь напротив ББ и прыгаю с места в карьер.

– Насколько у вас с ней серьёзно?

Брат морщится.

– Мы не будем говорить об этом.

– Потому что?

– Потому что это не твоё дело.

– Но я же твой брат!

– И как мой брат ты не должен лезть, – с ходу выдаёт он, подводя черту под этим диалогом.

Как у него всё просто... Но я ещё не закончил.

– Так уж вышло, Борь, что твоя личная жизнь сильно пересеклась с моей. Моя девушка – дочь твоей «подруги», – делаю кавычки в воздухе и, увидев недовольство на лице брата, тут же объясняю: – Твой сын так называет «тётю Таню».

– Ты говоришь об этом с Ваней? Очень умно, Дамир. Очень.

– Я не говорил. Он сам.

– Ладно, давай дальше, – подгоняет меня ББ. – При чём здесь твоя личная жизнь? Заметь, я даже не лезу в её подробности. В отличие от тебя.

И смотрит он очень укоризненно. И я даже понимаю его. Ну какое я имею право вмешиваться? Но всё же...

– ББ, ну найди себе другую! Помоложе, без мужа, детей и всяких проблем. Ну что тебе стоит?

Вашу мать! Да я готов его умолять об этом!

Отхлебнув чай, брат ненадолго задумывается, потом спокойно отвечает:

– Окей, найду другую.

Так просто? Но я же не