Ребенок от лучшего друга. Мы не твои - Чарли Маар

однажды ей просто негде будет жить, никому она не будет нужна и останется одна. Ну я и придумал этот дурацкий договор. Чтобы поддержать и успокоить. Лишь бы Тася не плакала. Картинка прошлого чётко встаёт перед глазами, словно это вчера было.

И где она его взяла? Неужели хранила все эти годы? Правда, ненормальная.

Усмехаюсь, переведя взгляд на Маршанскую. Что ещё хранится в этой головушке? За годы дружбы с ней, я какие только пируэты от неё не вытерпел.

— Руслан Демидович? — в кабинет заглядывает секретарша и слегка шокировано смотрит на лежащую без сознания на моём диване Тасю. Новенькая. Не привыкла ещё к Маршанской. — Эээ... Там совет директоров... В общем, все ждут вас... Ваш отец тоже здесь...

Зажав пальцами переносицу, я тежло вздыхаю.

Как обычно, Маршанская в своём репертуаре. Сорвала мне совещание. И сколько раз это уже было? Хотя неправильный вопрос. Сколько раз такое ещё будет?

— Передай, что я немного задержусь. Чрезвычайное происшествие.

Кивнув, новенькая секретарша выходит из кабинета, а я снова подхожу к дивану и опускаюсь рядом с Тасей. Надо привести её в чувства. Головой сильно ударилась дурочка маленькая. Надеюсь, без последствий.

— Арес, — неожиданно стонет Маршанская.

— Что?

— Арес... Костров похож на Ареса из Зены — королевы воинов.

Шестерёнки в голове начинают отчаянно крутиться. Арес из Зены? Сильно, видимо, головой приложилась. Но из любопытства набираю в гугле, что там за Арес. Неплохое сравнение. Особенно умиляют скрины поцелуев Зены и этого самого Ареса. Маршанская смотрела этот сериал. Я её ещё Зеной называл. Это она после перепросмотра зарядилась идеей выйти замуж за Ареса, ну то есть за меня?

— Безумие тебе к лицу, — произношу вслух. Затем убираю телефон и склоняюсь над Тасей. Пальцами провожу по бледной щеке, слегка надавливая на скулу.

Маршанская мечтает выйти замуж и забеременеть. Это в голове не укладывается. Я её с мужиком-то ни разу не видел за последние лет десять. Всегда думал, что она из чайлдфри или как там это сейчас называется?

"Я просто хочу малыша".

Звездец, конечно.

Ну, не от меня же...

В целом, когда отец высказал мне, что пока я не женюсь и не заведу ребёнка, он не передаст мне президентский пост, я всерьёз задумался о своей холостой жизни. Меня она устраивает. Большую часть времени я отдаю работе, и на постоянную женщину, тем более на ребёнка, сил нет. Понятно, что однажды я планировал жениться, но не так скоро. И не на Тасе. Потому что... ну это же Тася. Просто Тася. Мы знаем друг друга сто лет. Как её возможно представить на месте моей жены? Любовницы?

Взгляд стекает к пухлым губам в форме сердца. Провожу по ним пальцем. Затем машинально ощупываю глазами её грудь, тонкую талию и узкие бёдра. Как тростинка. Маленькая, худая. Я бы её, наверное, сломал.

"Твою мать, Костров, куда повели тебя мысли?"

Отдёргиваю руку и шумно выдыхаю.

Я никогда не смотрел на Тасю как на женщину. Даже в юношеском возрасте, когда женщиной было всё, что дышало и шевелилось. А Тася всегда была "друг", "свой парень", "пацанка".

Какая из нас пара?

И мне всегда казалось, что Тася тоже меня видит исключительно другом, но, может, я ошибся?

— Маршанская, только не говори, что у тебя сотрясение? Я потом из тебя душу вытрясу за все эти твои выкрутасы, — снова чуть склоняюсь над Тасей. Вдыхаю запах. Мята? Никогда раньше не замечал, как она пахнет. — Тась?

— Поцелуй меня, Арес, — бормочет бедовая.

Интересно, это она уже в себя пришла или пока в забытие и не понимает, что говорит?

— Что, прям сейчас начнём ребёнка делать, Зена? А как же сначала пожениться?

Глаза Маршанской резко распахиваются. Пару мгновений она недоуменно хлопает тёмными пушистыми ресницами, затем подскакивает на месте и толкает меня ладонями в грудь. Подрывается с дивана, и практически сразу падает обратно, я лишь успеваю подхватить её к себе на колени, чтобы бедовая не ударилась головой ещё раз, теперь о подлокотник.

— Ты решила в травмпункт угодить или как? — жму девчонку к груди, а она почему-то так неистово начинает вырываться, что мне приходится плотнее