Демон со вкусом клубники - Александра Шервинская

дочка совершит ритуал призыва именно сегодня, не было, но хотелось верить в лучшее. Тем более, что часть необходимых ингредиентов имеет очень ограниченный срок хранения. Например, кровь летучей мыши (которая, кстати, в список необходимых составляющих попала по совершенно непонятным причинам, так как для призыва не нужна абсолютно) через два дня сворачивается, и её можно спокойно выбрасывать.

Листая оставленную кем-то мучившимся здесь до меня газету, я узнал много нового о последних веяниях в области косметики для рогов, выяснил, что в соответствии с гороскопом северных друидов меня ждёт финансовое благополучие и успех на сердечном фронте, что в западных провинциях лето ожидается засушливым, в связи с чем всем совершенно необходимо запастись последней моделью акваутилизатора (знать бы ещё, что это такое).

Экран оживился в тот момент, когда я изо всех сил пытался придумать, какая именно геометрическая фигура состоит из семи букв, при этом вторая И, а последняя С. Все возможные варианты я уже перебрал и теперь пытался перебирать невозможные. Услышав знакомое до боли жужжание, я быстренько заглянул в ответы, пожал плечами, понял, что спокойно мог прожить, не зная, что есть такая фигура – биконус, и переключил внимание на экран.

Зеркало приёма устроено так, что до тех пор, пока принимающая сторона не нажмёт на кнопку «принять вызов», нас не видно. И тот, кто по тем или иным причинам решил, что всё настолько плохо, что помочь ему может только демон, видит исключительно туманные чёрно-красные воронки. Над их дизайном долго трудились наши самые креативные художники, и в результате получилось нечто настолько инфернальное, что даже нас впечатляло.

Туман рассеялся, и я увидел комнату, скорее всего, в общежитии, так как и стены, и мебель – всё несло на себе неистребимый отпечаток казёнщины. Ни одно нормальное существо в твёрдом уме и трезвой памяти не станет у себя дома красить стены в такой унылый серый цвет, а в качестве мебели использовать двустворчатый шкаф с покосившейся дверцей, узкую кровать с покрывалом все того же жизнерадостного мышиного цвета и неустойчивое даже на вид кресло.

И кто-то хочет мне сказать, что это – Академия Процветания? Интересно, здесь во всех помещениях «процветает» такое убожество, или это конкретно императорской дочке так повезло?

Боковым зрением я заметил какое-то движение в углу экрана, а затем в поле зрения возникла сначала темноволосая макушка, а затем достаточно привлекательная мордашка с плотно зажмуренными глазами. Я заинтересованно наблюдал за тем, как императорская дочурка постепенно появляется перед экраном и как на её лице сначала проступает выражение удивления, затем его сменяет разочарование, а потом – отчаяние. Ведь вряд ли туманные завихрения – это именно то, что она надеялась увидеть в зеркале. Уж не знаю, что она предполагала: что я с жутким воем выскочу к ней в комнату или материализуюсь в воздухе над начерченной на полу пентаграммой? Кстати, судя по устойчивому изображению, начерченной чётко и грамотно.

Я вздохнул, глядя, как глаза девушки наполняются слезами, и принял традиционную, освящённую вековыми традициями, но безнадёжно устаревшую боевую форму. Почему-то все вызывающие предпочитают видеть призванного ими демона именно таким: с крыльями (мешают, кстати, страшно, и спина от них чешется), горящими красным глазами (потом капли приходится закапывать неделями), когтями (просто перчатки) и распространяющими запах серы (специальный спрей).

Нажав кнопку «принять вызов», я встал во весь немаленький рост, поморщился, увидев в отражении свою громоздкую и в чём-то даже смешную фигуру, и шагнул в мир людей.

В комнатке, где всё свободное место на полу занимала действительно мастерски вычерченная пентаграмма, сразу стало тесно, а девица, придушенно пискнув, запрыгнула на диван и съёжилась в уголке. Интересно, а что она хотела? Демоны – существа по умолчанию крупногабаритные.

Я молча смотрел на девицу, она таращилась на меня, тоже не произнося ни звука и только тихонечко всхлипывала. Вот ведь странная человеческая логика: сначала потратить кучу времени на то, чтобы найти способ призыва и добыть все ингредиенты, а потом испуганно молчать. А она точно дочка императора? Какая-то она пугливая даже для полукровки.

– Ну, доброй ночи, что ли, призывающая… – первым не выдержал я, но не потому что волновался, а просто ужасно надоело бессмысленное молчание.

– До… доброй… – робко ответила умница-красавица-отличница, – вы демон?

– А ты кого призывала? – знаю, что отвечать вопросом на вопрос невежливо, но её логика как-то озадачивала.

– Демона, – послушно ответила девица, – высшего.

– Ну вот, – я показал на себя когтистой лапой, – призывала – получи. Высший. Выше практически некуда. Всё, как заказывала. В чём проблемы у тебя, рассказывай. Быстренько их порешаем, и я вернусь к себе, у меня отпуск вообще-то.

– Как отпуск? – глаза императорской дочки стали совершенно круглыми, и я заметил, что они достаточно редкого зелёного цвета, – у демонов отпусков не бывает, – уже чуть более уверенно добавила она.

– Это ты мне рассказываешь? – я сложил крылья и с опаской сел в кресло, недовольно скрипнувшее и подозрительно качнувшееся подо мной, – ты так хорошо знаешь жизнь демонов? Если у нас нет отпусков, то что есть? Расскажи, мне правда интересно…

– У вас вечная тьма, огненные вихри, монстры и страдающие грешники, – как на экзамене, отбарабанила девица, – раскалённые пески и кровавое солнце, которое никогда не заходит.

– И откуда у тебя такие удивительные данные? – я вспомнил белоснежный родительский замок, стоящий в центре великолепного изумрудно-зелёного парка, и ухмыльнулся: здорово же здесь победившие светлые пофантазировали. С огоньком, так сказать…

– Из учебника, – успокаиваясь и почти перестав трястись, сообщила зеленоглазка, – и на лекции мэтр Корвин рассказывал.

– Прекрасно, – я кивнул, подумав, что неплохо бы потом с этим мэтром побеседовать: не нравится мне, когда мой мир представляют таким… странным образом, – а зовут тебя как?

– Не скажу, – девица подозрительно прищурилась и снова сжалась в углу кровати, – демонам нельзя говорить своё имя.

– Почему? – кротко спросил я, приготовившись выслушать очередную страшилку, и не ошибся.

– Если демону сказать своё имя, то он может утащить тебя в свой мир, – порадовала меня девица.

– Это тоже мэтр рассказал? – уточнил я, чувствуя непреодолимое желание снять перчатки, почесать спину и вообще принять нормальный облик.

– Да, – кивнула императорская дочка, – демоны сами не говорят своих имён, а чужие имена используют, чтобы получить неограниченную власть над человеком.

– Как интересно, – я повернулся в кресле, и оно угрожающе заскрипело, – а мэтр не уточнил, зачем конкретно демонам власть над человеком? Тем более – неограниченная. Что с ней делать-то?

– Пользоваться, – удивлённо подняла тёмные брови девица, – в своих интересах…

– В каких? – продолжал допытываться я, – вот смотри, узнаю я, например, твоё имя, –