Развод. А я тебе верила - Мария Андреевна Владыкина

уходя в спальню, будто бы желая пить на ходу.

Зайдя в спальню, я бросила взгляд на прикроватную тумбу, где все обычно оставляли телефоны, потом на остальные предметы мебели, но, так ничего и не обнаружила.

— Севир, а где телефон лежит? Что-то я его не вижу.

— Ой, Алёна, представляешь, он у меня в кармане оказывается! Надо же, даже не ощущал его. Вот я растяпа, прости. — Донеслось до меня из гостиной и я замерла.

Шестое чувство подсказывало мне, что лучше бы мне было быстрее отсюда уйти…

42 глава

Я не торопясь вернулась в комнату к Севиру. Он выглядел нормально. Ни взволновано, ни как-то странно. Может, я просто сходила с ума?

Сев напротив Севира, я уставилась в окно, глядя, как тут и там зажигаются огни ночного города. Это зрелище меня всегда завораживало.

— Как думаешь, кого по итогу выберут «Рига»? — мне захотелось ещё раз услышать мнение Севира, хотя сегодня мы уже обсуждали этот вопрос.

— Я не знаю, но надеюсь, что нас. Наше предложение более чем конкурентно способное. Плюс, у нас хорошая репутация, что не маловажно. — Он продолжал описывать плюсы своей компании, в сравнении с компанией Богдана, и в какой-то момент я даже запуталась, о компаниях ли вообще речь, или об их руководителях?

— Ты знаешь, я, пожалуй, пойду. По-моему, десять минут истекли.

— Настолько неприятна моя компания? Это просто чай, что тебя так тревожит, Алёна?

Я пожала плечами.

— Обычно руководители компаний не гоняют чаи со своими секретарями или ассистентами, Севир. — Он встал и подошел к креслу, в котором я сидела, поставив руки на на подлокотники, тем самым заключив меня в своеобразную ловушку.

— А мы и не просто руководитель и ассистент. В первую очередь мужчина и женщина. — Он говорил вкрадчиво, смотря мне в глаза. А на последней фразе облизнул губы, что от меня не укрылось.

— Севир, я прошу, не надо. — Попробовала дать заднюю я, понимая, что он планирует делать дальше.

— Что не надо? Я ничего не делаю. Просто стою.

— Я ещё не до конца пережила свой развод. Он был слишком недавно, и тебе не стоит сейчас так на меня смотреть, и так близко стоять. Это неправильно.

— И как по-твоему я стою и смотрю?

— Будто собираешься меня поцеловать. — Тихо ответила я, опустив голову. Ну вот. Я призналась Севиру, что чувствовала, что он был ко мне как-то неравнодушен.

Несмотря на мои слова, он начал наклоняться, а я отвернула голову в бок. Ему пришлось оставить поцелуй на моей щеке.

— Я тебя понял, Алёна. — Уже без улыбки сказал он. — Что ж. Если устала, можешь идти. Я тебя не держу. — В его голосе начали проявляться стальные нотки. Ему не понравилось, что я его отвергла. Да и какому мужчине понравилось бы.

Но, как только я собралась встать с кресла, он рванул мою руку на себя, и резко впечатал моё тело в своё.

— Помни, что Богдану ты не нужна. Он отказался от тебя, и в твой самый трудный час, я тебя выслушал и принял. Нужно хоть иногда вспоминать, что такое благодарность, и видеть не слова, а поступки.

У меня внутри всё сжалось, но буквально через секунду Севир ослабил хватку, и я смогла высвободиться из его объятий. Я не стала терять время, и сразу пошла на выход из номера, почти выбежав оттуда.

Заходя к себе в номер, я даже слегка вздрогнула, увидев Богдана, всё ещё находящегося здесь. Поведение Севира выбило меня из колеи, и я забыла обо всём на свете.

Богдан сидел на самом краю кровати, облокотившись о свои колени, и закрывая ладонями лицо.

— Ты ещё не ушёл?

— Глупый вопрос. Как видишь — нет. Надо было уйти, но я хотел узнать, когда ты вернешься, и это было выше моих сил. Было умно вывести его из комнаты, чтобы я ничего не услышал.

— Тогда можешь уходить сейчас, раз убедился, что я с ним не сплю. Вали, Богдан. Мне кажется, я устала от всех мужчин на свете!

— Я думаю, что кто-то в моей фирме сливает информацию Севиру. И, возможно, теперь я допускаю эту мысль, что тебя подставили.

Я замерла, а он говорил всё это, смотря куда-то в пол.

— С чего вдруг такие мысли? Когда я тебе говорила, что это всё чушь, не хотелось верить? А сейчас вдруг появились доказательства весомее моего честного слова?

— У меня были фотографии, Алёна. Твои фотографии, где ты общаешься с Севиром, задолго до того, как вы, с твоих слов, встретились в первый раз. А ещё, фото тебя и сотрудников, которые, как потом оказывалось, работали на два фронта. Чему мне было верить? Фактам или словам?

— Что изменилось?

— Теперь я не верю ни фактам, ни словам. Только себе. Поэтому и сюда приехал. Даже не знал, что ты тут будешь. Марго сказала, что Севир пытался перехватить нашего клиента, и…

— Постой, а как фамилия у твоей Марго?

— Она не моя.

— Не придирайся к словам, просто скажи.

— Гайнуллина, а что?

— Я видела письмо от Риты Крапивиной на почте компании. Там говорилось как раз про «Ригу». И я подумала… Но, значит не она.

— Слушай. — Севир подскочил, доставая телефон. — У неё Гайнуллина по первому мужу фамилия. Я сейчас узнаю, какая девичья была.

Он посмотрел на телефон в руках, тот светился. Ему кто-то звонил.

Богдан поднял на меня глаза.

— Даша звонит…

Сердце сразу пронзили словно тысячи игл, и я бросилась к нему, взяв за руки, в которых он держал телефон.

— Пожалуйста, позволь мне с ней поговорить! Ты позволишь? Меня без неё словно только половина существует…

43 глава

Я сидела на полу, в ногах у сидящего на кровати Богдана, и в мольбе смотрела на него. Я видела, сколько сомнений отражалось в нём.

Он медленно поднёс телефон к уху.

— Да, котёнок? — сказал он, и я услышала, как с другой стороны ему ответила наша дочь. Моё сердце почти выскочило навстречу её голосу. Как же я скучала… но пока я не могла ничего сделать, я просто старалась запирать свои чувства где-то глубоко внутри. — Слушай, тут мама со мной, она