Однажды 30 лет спустя - Лия Султан

— С Игорем — это мой мужчина — мне было очень хорошо. Наверное, потому что я влюблена в него. Но я не получила оргазм. Ни разу пока. И он расстроился. Я это вижу, он же мужчина.

— Так-так, — гинеколог снова берет в руки ручку и стучит ею по столу.

Глава 33

— Все плохо? — рвано вздыхаю и слышу навязчивый стук в висках.

— Нет, почему? — пожимает плечами гинеколог и вновь смотрит мои анализы. — По гормонам все в порядке, климакса еще нет, там, — показывает взглядом на живот, — все тоже тип-топ. Может, у тебя все в голове?

— В каком смысле?

— Такое бесследно не проходит. Когда это случилось?

— Тридцать лет назад.

— Ну вот, — она быстро считает в уме. — В девяносто пятом, да? Ой, — морщится. — Тогда ни о какой психологической помощи жертвам насилия не говорили. Все сами выкарабкивались. Кто-то радикально даже. Помню, случай в общежитии мединститута был. Двух девчонок мужчины в машину закинули на ходу, всю ночь над ними издевались, а утром привезли к крыльцу. Я сама-то жила с родителями, а подруга моя из общаги рассказала, что видела их. Избитые, платья порванные, на ногах кровь запекшаяся. Комендант полицию вызвала, а те мужики дело замяли. Мол, девчонки сами согласились с нами поехать и все по обоюдке было. Ублюдки конченные.

Бэлла Борисовна все это рассказывает, а я заново переживаю свою историю. Я была не одна, я знаю. И я понимаю, что эти девочки чувствовали тогда. Грязь и ненависть. Нет, даже не столько к насильникам, сколько к себе.

— А что потом?

— А потом одна из них поднялась на крышу пятиэтажной общаги и спрыгнула. Насмерть. А вторая забеременела, сделала аборт, но начались осложнения. Умерла от потери крови.

— Боже мой, — опускаю лицо в ладони. У меня все могло пойти по этим двум сценариям. Если бы соседка не сняла меня с петли, я бы умерла. Если бы врач не предупредила, что у меня проблемы со свертываемостью, то я бы пошла на аборт, не задумываясь.

Нельзя плакать на людях и показывать свою слабость, но не получается. И я заново проживаю все, что со мной случилось.

Чувствую на плече руку своего врача. Она гладит меня по спине и говорит участливо:

— Вот так бывает, Лиза. А сколько ко мне за всю мою практику приходило девочек с такой же болью. Кто-то беременел, кого-то нехорошими болезнями заражали. Разное было. А ты молодец, сильная, справилась, дочь родила.

— Я очень долго не могла быть с мужчиной. Я ненавидела их, не могла даже выносить их присутствие, запах. Когда училась на парикмахера еле-еле тренировалась на добровольцах и поэтому решила, что буду только женским мастером.

— Это нормально.

— А сейчас, — поворачиваю голову и смотрю на нее влажными глазами, — когда я люблю и меня любят, я не могу до конца расслабиться.

— Это тоже нормально. Психологический фактор. У тебя барьер стоит из-за перенесенного стресса. Могу посоветовать хорошего психолога-сексолога. Пойдешь?

— Пойду, — киваю я.

— Ну вот и молодец.

Бэлла Борисовна возвращается на место, снова берет из органайзера квадратный листок и пишет на нем имя и фамилию врача. В процессе, продолжает рассказывать:

— А вообще, знаешь, сейчас столько полезной информации есть об этом, не то, что во времена нашей молодости. Книги, передачи в интернете, подкасты. Я вот недавно посмотрела советы одного известного российского сексолога. Она считает, что нам, — она показывает ладонью на меня, потом на себя, — надо научиться расслабляться. Мы же как в жопу ужаленные, да? Извини за мой французский. Там помыть, тут приготовить, здесь стирку затеять. А надо иногда быть эгоисткой, набрать горячую ванну с пеной или лепестками роз, полежать при свечах, себя потрогать, — взгляд шаловливый, голос низкий. — Я вот знаешь, какую практику использую? — и не дав мне ответить, продолжает. — В ванную сходила, чуть обтерлась полотенчиком, и потом встаешь перед зеркалом вся как Маха Обнаженная и любуешься собой при свечах. Телом своим восхищаешься, волосами, руками-ногами. Погладить себя надо, похвалить. Твое тело — твой храм. Это ТЫ соглашаешься на близость, ТЫ возбуждаешь мужчину, ТЫ устанавливаешь правила. Понимаешь о чем я?

— Не совсем, но я постараюсь.

— Постарайся, и к сексологу сходи, — она вновь протягивает мне лист. — А пока дуй на УЗИ, красавица.

УЗИ показало, что у меня все в порядке и Бэлла Борисовна даже присвистнула, что при моих вводных данных, внутри у меня все хорошо, потому что у многих ее пациенток в сорок восемь то миомы, то кисты. А у меня чисто. Ну хоть с чем-то повезло.

Вечером делаю все, как велела Бэлла Борисовна. Набираю горячую ванну с солью, лежу при свечах, которые сто лет назад подарила коллега на 8 марта, провожу руками по телу. Тяжело дыша от жара, я решаюсь на более смелые ласки, но как только накрываю ладонью лобок, тут же убираю руку, будто обожглась. Я еще не готова так радикально меняться.

Ну а потом приступаю к еще одной практике от доктора. Встав напротив зеркала в ванной, я смотрю, не отрываясь на свое обнаженное отражение.

Пламя трех свечей играет бликами на влажной коже и я безумно нравлюсь себе в этот миг. Нагая, загадочная, открытая только для себя. Провожу ладонями по шее, спускаюсь вниз, поглаживаю полушария, задевая чувствительные соски. Хочу понять себя, научиться получать удовольствие и подарить его мужчине, которого люблю. И правду говорят: лучше поздно, чем никогда.

Глава 34

Игорь

Из-за задержки рейса прилетаю домой на два час позже. Встречает водитель, а я сажусь сзади и глядя в окно на заснеженный город, погружаюсь в привычные мысли.

В эти дни я взвинченный, нетерпеливый, нервный. Всю поездку из головы не выходила Лиза, наша ночь, прощание утром. У меня смешанные чувства: разочарование, непонимание ситуации, совершенная растерянность, вопросы к себе и к ней. Я впервые не знаю, что мне еще сделать, чтобы женщине было хорошо. Игра в одни ворота дважды меня не устраивает, а ее нежность и одновременно отстраненность, как тепло и холод пронизывали душу.

Я люблю ее всем сердцем, она открыла мне свое. Но ее тело по-прежнему закрыто. Лиза позволяет целовать и ласкать себя, но временами отстранена. А после извиняется за то, что снова не получила. Я не довел, а она извиняется.

По пути домой звонит Лев и говорит, что у него есть для меня важная информация. Он может подождать меня в офисе, поэтому я прошу водителя