Душелов. Том 3 - Emory Faded

Глава 23

Понятное дело, что плоды наших деяний в любом бы случае, рано или поздно, были бы найдены. Вопрос был лишь — «когда это произойдёт»? Наверное, нам даже в каком-то смысле, можно сказать, повезло, что это произошло спустя столь большой промежуток времени. Однако… вот именно что «в каком-то смысле». Ведь в нашем случае, произойди это хотя бы чуть раньше, буквально за десять минут до этого, — для нас всё было бы в разы лучше.

А по итогу же сейчас всё, что нам оставалось, — это, поддерживая и помогая друг другу, медленно и болезненно ковылять к выходу, про себя задаваясь одним единственный вопросом:

«Почему это произошло именно сейчас⁈» — и конечно же, сразу следом за этим, в моей голове промелькнула мысль: — «За этим стоит Хантер!» — но сколь быстро она появилась, столь же быстро и исчезла, затмившись куда более логичным выводом: — «Нет. Это навряд ли он — ему это делать попросту незачем. Он же явно не желает моей смерти, а скорее даже наоборот. А если даже представить, что он вдруг захочет убить меня или кого-то из моего отряда, то он мог сделать это буквально в любой момент — ему стоило просто пожелать этого. Так что ему, как ни крути, банально незачем идти на подобное. Вот и выходит, что-либо вмешалась какая-то третье сторона, либо… нам просто вновь не повезло…»

И пока я обдумывал это, на автомате продолжая двигаться вперёд, Катрин вышла на связь с остальными:

— Нам нужна помощь!.. — не теряя время, прямо заявила она. — На выходе встретили одержимого второго ранга, и он застал нас врасплох… Мы сильно пострадали… Боеприпасов так же почти на нуле. Выходим через задний выход склада…

— Принято, — раздался моментальный, удивительно спокойный ответ от Луиса, когда на заднем плане отчётливо было слышно закрытие двери машины. — Направляемся на машине к вам. Будем прикрывать ваш отход. Готовьтесь запрыгивать.

— Приняли… — с трудом дыша и корчась от пронизывающей её боли, отозвалась Катрин, стараясь не замедлять темп.

— Кит, — сразу же следом обратился Луис к нему, — прикрываешь нас, а когда закончатся патроны, — или мы отъедем на достаточное расстояние, — как и планировали, направляешься к точке эвакуации. Если нас там к этому моменту не будет, мы не будем выходить на связь и план к ещё не будет приведён в действия — используешь запасной детонатор и двигаешься к укрытию.

— Принял! — тут же ответил он.

Следующая минута, пока мы добирались до заднего выхода со склада, казалась невероятно долгой даже для меня, находящегося в этом состоянии с приглушенными эмоциями. Словно время в какой-то момент резко замедлилось.

Пока в этот же момент усилилось множество другого.

Звуки наших шагов, сердцебиений и сбивчивого дыхания раздавались всё громче, будто пытаясь оглушить нас. В нос же резко ударили витающие вокруг нас запахи — запах пыли, противных запах крови, которой особенно сильно заляпан я, противный запах нашего пота. Во рту откуда-то резко взялся до ужаса солёный вкус собственной крови, которой кашлял после нескольких полученных ударов от того одержимого с щупальцами. Из-за открытых ран и, как следствие, огромного количества потерянной крови зрение мутнеет, словно на глазах появляется какая-то пелена. Но самое главное — всё тело, с каждой секундой, с каждым пройденным шагом, становиться всё более тяжёлым.

Очевидно, регенерация не справляется с такими ранами. А само же тело уже давно достигло своего предела. Как ни посмотри, я продолжаю двигаться лишь из-за этого состояния и ранее принятых медикаментов.

Но это — что касается меня. А вот с Катрин, у которого из этого есть лишь медикаменты, дела обстоят в разы хуже.

С каждой секундой её кожа бледнеет всё сильнее, двигается она всё медленнее, а её глаза так и норовят закрыться. И это неудивительно с её-то ранами. Для обычного человека она держится на невероятном уровне. И дело тут не только в инстинкте самосохранения, что сейчас заставляет нас, несмотря на ни что, двигаться вперёд из последних сил. Я уверен, будь это так — она бы уже сдалась. Однако она продолжает сражаться. И за время этой миссии я отлично понял: пускай она и ведёт себя обычно, как инфантильная дурачка, но это лишь её маска. Не знаю, зачем она ей, но кое в чём я убеждён — она в этом отряде не просто так. Она, как и остальные его члены, сражаться с одержимыми и демонами, ради светлого будущего для всех остальных.

И это не может не восхищать.

Вот только… сейчас этого мало. Слишком мало. Скорость сильных одержимых первого ранга даже выше моей, когда я полностью здоров. Может сейчас, достигнув третьего этажа, я и буду примерно с ними наравне. Но это — лишь примерно, и что касается одержимых первого ранга. А прямо сейчас на нас наверняка охотятся и одержимые второго ранга. И так как бежать мы не можем и постепенно лишь замедляемся — вскоре они нас, бесспорно, настигнут.

«Нужно что-то придумать,» — одним ударом ноги открыв дверь, думал я про себя, выходя на улицу, прислушиваясь к звуку приближающейся к нам откуда-то с левой стороны машины.

— Брось меня… — неожиданно раздалось у меня под ухом.

— Что?..

— Не надо меня тащить… Иначе они нас догонят…

Сказать, что я не раздумывал об этом варианте — соврать. Попросту невозможно в такой ситуации не подумать о таком. Инстинкт самосохранения слишком уж сильная штука. Особенно у людей с Даром. Тем не менее…

— Я так не поступлю.

— Не надо геройствовать, тогда ты тоже…

— Плевать, — оборвал я её. — Лучше так, чем вновь ощущать угрызения совести из-за того, что кто-то погиб потому, что я не смог ничего сделать…

Мне действительно хватило того случая с телохранителями и родом Картер. Ещё и Виолетта тогда, после этого, неожиданно взялась развивать эту тему, когда я намеренно старался не думать об этом. Словно она в тот момент намеренно ковырялась в моей ране, чтобы хоть кто-то разделил с ней ту боль, что она тогда испытывала, потеряв дорогих ей людей.

Это невероятно противное чувство, и больше испытывать его — я не хочу. Поэтому я сделаю всё возможное, чтобы его избежать.

В этот момент наконец показалась наша машина. Сделав крутой поворот,