Нежеланная для серого волка - Александра Салиева

только и могла, что вновь задыхаться, раз за разом подаваться навстречу продолжающейся ласке, пока он постепенно растягивал меня изнутри.

Время почти остановилось…

Стёрлось.

Превратилось в ничто.

И взорвалось фейерверком новых впечатлений…

Не помню звук расстёгиваемой молнии, прежде чем мужчина крепко обхватил за бёдра. Приподнял, придвинул ближе и тут же резко опустил на себя.

— Моя… — выдохнул альфа.

Чувство наполненности зашкалило. Я напряжённо замерла. В ожидании боли. Но той не последовало. С шумом втянула в себя кислород и только теперь заметила, что до крови вонзила ногти в плечи Романа. Посмотрела на него, виновато улыбнувшись, и медленно разжала пальцы.

— Не больно, — зачем-то произнесла.

Получила в ответ жестокую ухмылку. Оборотень прижал к себе крепче. Глубоко и шумно вдохнул.

— Я знаю, — сказал, повторно толкнувшись в меня.

В его глазах будто лава разлилась, полностью скрыв серый цвет радужки. Умопомрачительное видение. И не менее умопомрачительное ощущение того, как он заново двинулся во мне. Набрала в лёгкие больше воздуха, в котором смешались наши запахи, наряду с возбуждением. Металлический привкус его крови до сих пор ощущался на языке и пробуждал звериные инстинкты. В эмоциях так и вовсе творилось сумасшествие — животная похоть затмила все остальные, окончательно разрушив мой самоконтроль. Наверное, именно поэтому, когда ладони альфы вновь сжали бёдра, приподнимая и тут же опуская на себя, я с лёгкостью подалась ему навстречу.

— Моя, — раз за разом повторял мужчина. — Только моя.

Хотела ответить, но из груди вырвался лишь стон напополам с рычанием. Я снова и снова следовала заданному ритму, позволив увлечь себя в ту реальность, где нет никого и ничего нужнее и важнее Романа и того наслаждения, которое сейчас закручивалось спиралью вокруг нас. Оно заключило нас в непроницаемый кокон, в определённый момент разлетевшийся на миллиарды мелких осколков, пронзивших каждую клеточку моего тела…

Когда пришла в себя, оказалось, что я до сих пор находилась в объятиях альфы серых волков. Он уткнулся носом мне в шею и шумно дышал.

— Помнишь, о чём я тебе говорил, там, в клубе? — проговорил хрипло.

— Что именно? — уточнила вяло.

Сознание ещё обволакивал туман удовольствия и говорить было откровенно лень, не говоря о том, чтобы ещё и думать. Сейчас я могла только глубоко вдыхать запах нашей общей страсти и мечтать ещё раз повторить произошедшее. Попозже. Когда в себя приду хоть немного.

— Что ты пожалеешь… — напомнил Роман.

Его пальцы впились в меня сильнее. Он поднял голову, приподняв моё лицо за подбородок, и заглянул в глаза. Взгляд, вопреки, веющему от оборотня ощущению расслабленности, превратился в цепкий и тяжёлый.

— Не, не пожалею, — помотала головой. — Мне понравилось, — хмыкнула.

В серых глазах вновь вспыхнули медные переливы.

— В таком случае… — отозвался альфа и провёл большим пальцем по нижней губе, слегка оттягивая её. — Хорошенько запомни этот момент.

Прищурился, задумчиво наблюдая за собственными манипуляциями, так и продолжая прикасаться к моим губам, а на его лице расплылась странно-довольная улыбка.

— По-моему, ты сейчас думаешь совсем о другом моменте, — пробормотала, покраснев.

Судя по вспыхнувшему в его эмоциях предвкушению, я угадала.

— Одно другому не мешает, — усмехнулся альфа, слегка толкнувшись.

Он так и не вышел из меня. И всё ещё был возбуждён.

Гулко сглотнула, осознавая, что тоже снова начала возбуждаться.

— Может, я сперва в ванную схожу? — отозвалась сконфуженно, думая о том, что кажется это самый дебильный вопрос из всех, какие только возможно было задать в данной ситуации.

Отголоски предвкушения в его эмоциях стали ярче, когда он поднялся с кресла вместе со мной, наспех поправил свои джинсы и направился к смежному помещению.

— Может и так… — проговорил запоздало.

Дверь в обозначенную мною комнату он открыл с ноги. Полотно ударилось о стену с ощутимым грохотом, а закрывать её он не посчитал нужным. Аккуратно поставил меня на ноги и развернул к себе спиной. Подобрал мои волосы и перекинул их через плечо.

— Ты хотела в ванную, — пробормотал неразборчиво, намеренно задел губами мочку и слегка прикусил. — Мы в ванной…

Кончиками пальцев ласково погладил шею и спустился ниже к ключице, вырисовывая только одному ему известный узор. Я следила за его действиями, не в силах отвести взора от смуглых пальцев. Даже забыла ответить. Важнейшим остались только действия моей пары и ожидание дальнейшего.

Роман прижался губами к плечу, попутно включая воду в ванной. Едва слышный рык вырвался из моей груди — череда нежных неспешных ласк продолжилась, быстро сменившись на более настойчивые, а я буквально плавилась от подобной нежности и страсти.

— Сними… Всё… Сама… — пробормотал малоразборчиво. — Хочу видеть тебя… Всю.

Закусила губу и ничего не ответила. Молча избавилась от нижнего белья и пояса с подвязками, оставшись в чулках и обуви. И только после этого повернулась лицом к моему волку. Даже нашла в себе смелости посмотреть ему в глаза.

— Поможешь? — попросила тихонько, выставив одну ногу вперёд.

Пылающий медью взор смотрел неотрывно, жадно, голодно. Роман опустился на одно колено, поочередно обхватывая обе лодыжки, приподнимая, развязывая шнурки на ботильонах и стаскивая их.

— Совершенная… — выдохнул хрипло, смутив меня подобным комплиментом.

Стянул чулки, отбросив те в сторону. Выпрямился, так и не отрывая от моего лица пристального взгляда. Его ладони накрыли грудь и сжали, а из горла оборотня вырвался приглушённый рык. Я же непроизвольно выгнулась ему навстречу, вновь цепляясь за плечи…

— Почему не зажило? — нахмурилась невольно, разглядывая тонкую паутинку из оставленных мною ранее царапин. — Что у тебя с регенерацией вообще творится?

Провела массирующими движениями ладоней по его обнажённому торсу и вернулась к плечам. Несмотря на то, что мои прикосновения ему явно нравились, в глазах Романа поселилась мрачность. Так и не ответил на мои вопросы.

— Присядь, — попросила, подталкивая его к краю ванны.

— Вообще-то на сегодня мой лимит подчинения исчерпан, — ухмыльнулся желчно.

Перехватил за руку, опуская к поясу джинс, прибавив многозначительный взгляд.

— Ты просто невыносим, — пробормотала, закатив глаза, и принялась расстёгивать ремень, от которого оборотень, оказывается, так и не избавился.

Интересно, как вообще умудрился тогда джинсы расстегнуть до этого?

Впрочем, данная мысль надолго в сознании не задержалась. Пряжка никак не желала поддаваться моим жалким попыткам с ней справиться.

— И зачем тебе вот надо было надевать эту идиотскую штуковину?! — выругалась в итоге и со злости просто-напросто порвала ремень, вынув и откинув его в другую комнату.

Со стороны альфы послышался негромкий хмык.

— Как-то раньше ни у кого с ней проблем не возникало, — обронил негромко.

Я даже воздухом поперхнулась от подобного заявления. Герда так и вовсе вознамерилась наказать нашего альфу и даже способ