(не) Предал тебя - Кира Сорока

не так нужно реагировать на комплименты, но я ничего не могу поделать со своим смущением.

– Нет, не знаю, – произношу застенчиво.

Он качает головой.

– Да брось. Ты самая красивая девочка в школе. А твои веснушки...

Опять он об этом! Мне снова хочется его треснуть. Картинно закатываю глаза.

– Ну ладно-ладно... Дело не в веснушках, конечно, – продолжает Дамир. – Ты просто от всех отличаешься. Такая... светлая.

– Ааа... Ты о моих волосах! – посмеиваясь, провожу по прядке возле лица.

Дамир подаётся ко мне, протягивает руку через весь стол и убирает эту прядку за ухо.

– Дело совсем не в цвете волос, – понижает голос до шёпота.

Успеваю поймать его руку до того, как он отстранится. Положив её на стол, накрываю своей. Веду пальцем по татуировкам.

– Что означает якорь?

Сейчас я отчётливо вижу, что это якорь, хотя рисунок очень размытый. Дамир смотрит на своё запястье. Сглатывает.

– Тебе интересно?

– Очень!

– Якорь – для того чтобы меня не унесло течением жизни.

– Круто! – выдыхаю с восхищением.

– Серьёзно? – вскидывает одну бровь парень. – Я думал, ты скажешь, что это глупо.

Он правда так думает? Фыркаю.

– Глупо – это когда девушка накалывает на руке имя возлюбленного, а потом они разбегаются. Вот что такое глупо!

Дамир расплывается в хитрой улыбке.

– Пожалуй, затащу тебя в тату-салон. Свяжу – и пусть мастер нарисует на тебе моё имя. Тогда ты со мной не расстанешься. Чтобы не быть глупой.

Мне хочется опрометчиво выпалить: почему я вдруг должна с ним расстаться?! Но я вовремя прикусываю язык. И не знаю, что сказать. Да уж... Неловко.

– Ну а я, конечно, наколю твоё имя, – продолжает веселиться Дамир. Проводит пальцем по груди. – Вот здесь. Ева! Коротко, но очень звучно. Кто назвал тебя так?

– Папа. Мама хотела назвать в честь бабушки, Ольгой.

– Ева мне нравится больше.

– Да, мне тоже, – улыбаюсь. Не выпуская его руки, продолжаю водить пальцем по линиям татуировок. – А твоё имя? Кто тебя так назвал. Оно ведь нерусское?

– Мама так назвала, – как-то неохотно отвечает Дамир. – И в нашем роду все русские. Ну, мне так кажется. Просто мама захотела и назвала так. Проехали.

Ясно, о своей маме он говорить не хочет. А мне хотелось бы узнать, где она. Ведь Дамир вроде бы живёт сейчас с братом.

Нам приносят пиццу, и от аппетитного запаха живот начинает урчать. Мы буквально набрасываемся на неё. Я съедаю два куска и чувствую, что сейчас лопну. Дамир с лёгкостью разделывается со всеми остальными.

– Мы с отцом иногда по воскресеньям готовили пиццу...

Неожиданно на меня накатывают воспоминания. Такие приятные, тёплые. Ими хочется поделиться. Дамир молчит и просто ждёт продолжения моего рассказа.

– Папа ужасно готовит, – улыбаюсь, переводя взгляд на улицу за окном. – Именно поэтому нужна была я. Чтобы сначала руководить процессом, а потом ещё и всё помыть, потому что он оставлял после себя на кухне настоящий хаос. Мама всё время ругалась...

Замолкаю. Потому что там, за окном, внезапно вижу мамину машину. И её саму. Она не одна, с каким-то мужчиной. Напряжённо вглядываюсь в его спину. Высокий, крепкий, темноволосый. Мой отец явно проигрывает этому типу в телосложении.

Тут же ругаю себя, ведь мама наверняка здесь по работе, а это её клиент. И сейчас он просто провожает её до машины.

– Ева, – Дамир касается моей руки.

Не реагирую. Всё моё внимание устремлено на маму.

Её спутник галантно открывает дверцу, и мама садится за руль. Он наклоняется, заглядывает в салон. Мне плохо видно, что они там делают, но почему-то кажется, что целуются. Наконец мужчина разгибается, захлопывает дверь и отступает.

Я вскакиваю.

– В чём дело, Ева?

Дамир тут же оказывается рядом и нежно обнимает за талию. Я продолжаю пялиться в окно.

– Там моя мама. С этим...

У меня язык не поворачивается сказать, что она с любовником. Как она может так просто с ним разгуливать? Она ведь замужем! Пока ещё!

– Прости, Дамир, – наконец смотрю на парня. – Я хочу поехать домой. Нам с ней надо поговорить.

– Всё нормально, – говорит он. – Пойдём.

Выходим на улицу. Этот тип как раз идёт по парковке. Наверное, к своей машине. Я всё ещё не вижу лица мужчины, но мне это и не нужно. Пусть для меня он так и останется безликим. Мамин автомобиль медленно трогается. Дёргаюсь в его сторону, но Дамир придерживает меня за руку. Оборачиваюсь.

– Ты позвонишь мне?

Его глаза кажутся чертовски грустными.

– Да, попозже...

Он притягивает меня к себе, быстро целует в висок и отпускает. Я бегу наперерез маминой машине, она замечает меня и останавливается. Вижу, как её лицо становится виноватым. Горько усмехнувшись, открываю дверь и плюхаюсь на сиденье.

– Как ты здесь оказалась? – спрашивает мама, вновь трогаясь места.

Я сверлю её щёку взглядом и отвечаю вопросом на вопрос:

– А что здесь делала ты?

Глава 19

Дамир

Смотрю вслед машине её матери до тех пор, пока она не теряется в потоке других авто на шоссе. И сразу иду прямиком к Ниве своего брата. Она припаркована на другом выезде с парковки. Под удивлённым взглядом ББ забираюсь в салон.

Я всё видел! Я отлично разглядел, как он сажал ту женщину в тачку! Как он наклонился и поцеловал её!

Внешне очень молодая женщина, на вид не больше тридцати двух. Невысокая, стройная. Блондинка, как и её дочь...

И это мама Евы!!

– О-о, брателло! – треплет меня по волосам ББ. – Какими судьбами?

Он весь сияет! Бесит!

– У тебя хорошее настроение? С чего бы?

– Погода – супер, на работе всё норм. Дела идут! – воодушевлённо произносит Боря. – Сейчас мороженое купим, Ваньку из садика заберём и домой.

Заводит мотор и выезжает с парковки. И я спрашиваю без лишних предисловий:

– Ты спишь с замужней женщиной?

Поперхнувшись от неожиданности, он прокашливается. Тут же натягивает на лицо безэмоциональную маску бывшего военного и отрезает:

– Не твоё дело!

Ни хрена не угадал! Потому что Ева – моя! А это её мама! Но вместо этих слишком громких слов я разваливаюсь в кресле поудобнее и начинаю размышлять вслух:

– Было довольно странно, что