Мой друг - домовой (Дилогия) - Гектор Шульц

- Да? – раздался голос девушки из динамика.

- Алин, это Андрей. Я подъехал, – домофон пискнул и впустил меня во чрево подъезда.

Алина жила на четвертом этаже семиэтажного дома. Простенькая железная дверь в квартиру была открыта и на пороге стояла хозяйка в невероятно милых штанишках с героями мультфильма Симпсоны.

- Привет, проходи, - девушка поцеловала меня и, пропустив внутрь квартиры, ненавязчиво прижалась к моей груди.

- Привет. А я соскучился, – томно улыбнулся я. – И у меня тут целый пакет вкуснятины, надеюсь, ты не против?

- Круто, конечно не против. Раздевайся и проходи в комнату.

Комната была очень милой. Обои в желтых цветах, современная мебель, и большая стеклянная перегородка, разделяющая комнату и кухню. За размытым стеклом угадывался силуэт девушки, которая ставила чайник и насвистывала Имперский марш.

В ожидании Алины, я присел на небольшой диванчик. На нем уже лежал бежевый плед, подушка, и книга. С любопытством, я взял книгу в руки. «Сетевой роман», гласила надпись на обложке. Я хмыкнул. Очередная любовная история, которые так любят романтичные девушки.

- Хорошая книга, – улыбнулась Аля, увидев, что я держу в руках. – Читаю запоем второй день. Вроде обычная романтичная проза, но на деле очень добрая и милая. Советую. Да, кстати. Твой чай. Сахар на твое усмотрение.

- Спасибо, – я взял кружку с горячим чаем. – Ой, с бергамотом! Мой любимый!

- Я тоже люблю его, – засмеялась в ответ, девушка. – Как прошел день?

Я рассказал, что случилось на работе, и каким суматошным было мое существование.

А говорили мы много и не только о работе. Обсудили новинки фильмов, решив сходить вместе на очередной силиконовый блокбастер маститых американцев. Алина включила фоном мягкий джаз, и я начал клевать носом. Пока в коридоре не хлопнула дверь.

Аля, побледнев, вскочила с диванчика и помчалась в коридор. Я прислушался. Девушка что-то тихо выговаривала кому-то. Как ни пытался я напрячь слух, подслушать не удалось. Тихий шепот был довольно разъяренным.

Спустя минуту она вернулась обратно.

- Забыла дверь закрыть, и забрел соседский кот. Глупая животина не хотела уходить, – смущаясь, протянула Аля.

- Это точно. Порой питомцы такие глупые, – поддакнул я, вспомнив своего буйного соседа. На кухне что-то загремело. Ругнувшись сквозь зубы, девушка бросилась на шум. Я удивленно потер переносицу.

- Андрей! Я должна тебе кое в чем признаться, - растрепанная Аля стояла у входа в комнату. – Я живу не одна.

- Что случилось?

- Ты только не пугайся, – протянула девушка и отошла в сторонку. Я побледнел и без сил рухнул обратно на диван. Посередине комнаты стоял домовой. Такой же мохнатый, как Нафаня, но с более редкой шерсткой и платьицем в горошек. В отличие от Нафа, губы были не толстыми, а довольно тонкими, да на голове торчал одинокий хохолок с бантиком.

- Твою же мать, – прошептал я, и бухнулся в обморок, когда домовой навел на меня палец…

- Вот видишь, Алинушка. Малахольный твой, вообще хиляк, – пропищал знакомый голосок, слегка похихикивая.

- Перестань. Думаешь, люди каждый день видят домовых? – шикнула Алина. – Он очнулся. Не испугай его снова.

Приоткрыв глаза, я забрался с ногами на противоположную сторону дивана. На другой стороне сидела Алина, а на руках у нее было удивительное существо. Домовой был похож на Нафаню очень сильно. Только шерстка была аккуратно причесана и отливала желтоватым оттенком.

- Привет, человек, – буркнул домовой. – Меня зовут Чуча. А тебя Андрей, как я уже знаю.

- Ага, – выдохнул я, все еще помня чужого домового, объявившегося в моей квартире.

- Боишься? – оскалился Чуча, забавно переминаясь с ноги на ногу.

- Это же ты меня облил помоями в тот вечер, когда я впервые провожал Алину домой? – вопросом на вопрос ответил я.

- Облила. Я домовиха. Алинка на меня потом долго ругалась, мол кавалеров ее со свету сживаю, – гордо подняв вверх мохнатый палец, ответило чудо. Ну да, домовиха. Сарафан в цветочек. Нафаня бы никогда не стал одевать женские вещи.

- Аль, ты ее видишь тоже? – спросил я. Девушка кивнула, с тревогой следя за моей реакцией. – Ну, дела. Домовиха. Самая настоящая домовиха.

- Конечно, настоящая. Экий ты глупый, – удивленно присвистнула Чуча, подбираясь ко мне поближе. – А ты симпатичный. Девонька права была. Падучий правда, но это поправимо.

- Он хороший, Чуч. Не обижай его, – вставила девушка, беря меня за руку.

- Все хорошо. Рад знакомству, Чуча, – улыбнулся я, протягивая руку пушистому чуду. Чуча трогательно взяла меня за большой палец и немного потрясла руку в знак приветствия. Пока странное шипение не раздалось от окна.

В открытой форточке сидел Нафаня, переводя удивленные глаза на всех, кто был в комнате. Домовенок был в моей каске для пейнтбола и замусоленной майке с принтом Удавки во всю грудь.

- Барин, ты жив? – прошипел Нафаня, не сводя черного взгляда с чужого домового. – Вставай медленно и иди ко мне. Не испужай страховидлу в сарафане.

- Сам ты страховидла, - оскалилась Чуча, закрывая собой хозяйку. – Пошел вон, безродный дух!

- Это я-то безродный? – удивился Нафаня, осторожно пробираясь в комнату. Но идти дальше домовенок не решился и уселся на подоконнике. – Я чистокровный дворянин, ты - цветочное пугало. Обращайся ко мне, как положено! И добавляй, «Ваше сиятельство».

- Я тебе сейчас так добавлю, обалдуй, – завыла Чуча и кинулась на моего соседа. Мы с Алиной, голося и ругаясь, кинулись разнимать пушистый клубок. Пока Нафаня, в порыве ярости, не укусил меня за палец.

- Довольно, Наф. Чуча стой! – заорал я так, что чуть не выбил стекла звуком своего голоса. Домовые мгновенно стали по стойке смирно.

- Алин, это Нафаня. Мой домовой. Наф, это Алина и ее соседка – Чуча, – представил я конфликтующие стороны. – А теперь успокойтесь и давайте поговорим нормально. Без криков и драк.

Чуча быстро вернулась к Але на руки и оттуда буравила Нафаню злым взглядом. Мой сосед вразвалочку подошел ко мне и без церемоний вскарабкался на плечо, став похожим на взъерошенного филина. Я осторожно присел на краешек дивана.

- Так у тебя тоже живет домовой? – спросила девушка, посмотрев на духа круглыми глазами. – Очень рада знакомству, Нафаня.

- Я тоже, красотуля, – безапелляционно заявил Наф, выставив