Игры мажоров. "Сотый" лицей - Дина Ареева

хоть и готовилась к уроку. А он явно плавает, и при этом рассказывает спокойно и уверенно.

На перемене Алька пытается меня разговорить, но я только рассеянно киваю, незаметно выискивая взглядом Никиту. Вот он стоит среди парней, потом куда-то уходит с Мамаевым. А когда возвращается, за его руку цепляется Милена.

Они что, снова вместе?

Ник ловит мой взгляд и отдергивает руку, а я поспешно отворачиваюсь. Не хватало, чтобы он думал, будто мне не все равно.

После уроков должен быть классный час, но наша Елена выглядит слишком загадочной и торжественной.

— Дети, сегодня классного часа не будет, потому что к нам пришел… — она делает паузу, как в детском саду, когда воспитатели просят позвать Деда Мороза.

Дверь открывается, и в класс входит Влад Коваль.

— Вау! — вырывается у девчонок, и я тоже вместе со всеми восторженно аплодирую Владу.

Он мне так нравится! Не так, конечно, как Никита, но все равно. Когда Коваль танцует, сердце стучит в такт музыке, будто из груди сейчас выпрыгнет.

— Ну что, мальчики и девочки, велкам на кастинг? — улыбается Влад.

Мы идем в спортзал, там как раз закончился урок. Влад говорит всем разбиться на пары.

— Вы уже люди опытные, вам вальсировать не в первый раз. Танцуем кто как может, а я посмотрю.

У меня нет пары, да и кто станет танцевать с аутом? Голик не танцор, Каменский тоже. Так что в пару мы становимся с Алькой.

Коваль удивленно выгибает брови, но ничего не говорит. Никита бросает на меня быстрый взгляд, но к нему подходит Милка и нарочно становится так, чтобы закрыть меня от него.

Начинает играть музыка, и пары по очереди проходят круг, а Влад делает пометки в блокноте. Елена стоит рядом и подсказывает. Наверное, фамилии.

Подходит наша с Алькой очередь вальсировать, у нас даже что-то получается. Я ходила на танцы, правда, на латинос, но вальс мы тоже разучивали, чтобы танцевать в школе на линейках. Алька приноравливается, и мы довольно прилично проходим круг.

Когда танцуют Милена с Никитой, я стараюсь не смотреть. Они очень красивая пара, это даже я признаю, как бы меня не бесила Милка. За остальными слежу с интересом, особенно интересно, кого Влад выберет для бала.

Наконец все проходят «кастинг», и Коваль просит несколько минут для раздумий. Он морщит лоб, вглядывается в список, скользит взглядом по нам и что-то черкает в блокноте.

— Я готов, — объявляет он спустя несколько минут. — Прошу прощения, если неправильно назову фамилии. Итак, первая пара…

Влад называет четыре пары, которых будет тренировать, и я озадаченно смотрю на Никиту с Миленой. Он их не выбрал?

— Пятая пара — Заречная и Топольский, — громко говорит Влад.

Алька тихонько ахает, а я ловлю прищуренный и немного торжествующий взгляд Никиты.

Хочу похвастаться обложкой для второй части нашей истории. Она будет 18+, потому что наши детки чуть подрастут))) Название не говорю, потому что в нём жирный-жирный спойлер!

Глава 17.1

— Как это? — возмущенно восклицает Милка. — Почему Топольский с Заречной? А как же я?

— А вы у нас… — Коваль заглядывает в блокнот. — Уварова, верно?

— Да, — отбрасывает волосы за спину Милка, — и мы с Никитой пара. Почему вы поставили его с Заречной?

— Вы слишком хорошо танцуете, — спокойно отвечает Коваль, — на вашем фоне этот молодой человек будет смотреться не слишком выигрышно.

Он отворачивается от разозленной Милены и улыбается мне. А я ничего больше не вижу кроме Никиты, который подходит и становится рядом.

Влад просит тех, кого он отобрал, остаться в зале, остальных — на выход. И это у него получается совсем необидно — он всех подбадривает, сыплет шутками. С девочками делает селфи и раздает автографы, так что даже надувшаяся поначалу Алька по итогу уходит счастливая и довольная.

— Ну что, — Коваль окидывает прищуренным взглядом оставшиеся пары и потирает руки, — начнем?

Все это время я ощущаю на себе взгляд Топольского. Он поворачивается ко мне и протягивает руку, другой рукой обвивает талию, и я замираю.

Мне кажется, все вокруг замирают, даже Коваль. Или это просто остановилось время? Не знаю, я как будто во сне. Начинаю двигаться, дышать, пытаюсь прислушиваться к Владу. И при этом упорно избегаю смотреть в глаза Никиты.

А он, напротив, глаз с меня не сводит. Я не вижу, чувствую, потому стараюсь слушать музыку и представлять, что я сама, что никакого Топольского здесь нет.

— Мария, отлично, — хвалит меня наш тренер, — а вот партнер твой не дорабатывает. Придется тебе его подтянуть до следующей тренировки.

Он хлопает в ладоши, и я поспешно отхожу от Никиты, пряча руки за спину. Так и не решаюсь посмотреть Топольскому в глаза, тороплюсь поскорее пробраться к выходу. Но он не идет за мной, я чувствую его взгляд, просверливающий спину, и выбегаю из зала.

Дома поменьше мелькаю у мамы перед глазами, почти весь вечер сижу над уроками. В голову ничего не лезет, приходится перечитывать одно предложение по нескольку раз. И когда пиликает телефон, хватаю его, даже не глядя на абонента. А вдруг Никита?

«Ваше задание: в среду вы будете просить деньги у прохожих на центральном проспекте. Предлог любой, сумма должна выйти не меньше, чем…»

Удаляю сообщение и кладу телефон обратно на стол. Ну хоть никого не придется бить, уже хорошо. В худшем случае меня сдадут в полицию, в лучшем, просто пошлют.

Начинаю раздумывать, под каким предлогом просить деньги. Возможность надеть на себя лохмотья и побираться отметаю сразу. Может, попробовать петь или читать стихи? Жаль, я не играю на скрипке или на гитаре, можно было бы сыграть. Или если бы умела рисовать, то рисовала бы портреты за деньги.

Но никакими особыми талантами я не обладаю. Ладно, до среды время есть, что-нибудь да придумаю.

За размышлениями время незаметно проходит, и когда мама заглядывает в комнату, чтобы узнать, почему я не ложусь, выясняется, что уже почти одиннадцать вечера.

— Быстро мыться и спать! Завтра снова будешь как зомби, — сердито выговаривает она, а я с удивлением обнаруживаю, что уже почти три часа не думаю о Топольском.

***

На следующий день по дороге в столовую меня окликает Никита.

— Заречная, стой.

Алька, держащая меня под руку,