Любовница отца. Исступление - Лена Голд

которая привлекает взгляды окружающих, женщина, которая должна вызывать восхищение. Только я совершенно равнодушно смотрю, как она приближается к машине такси.

– Что-то случилось? – спрашивает Марина, садясь рядом со мной.

Вот уж пресловутая женская интуиция. Или это Маринино бизнес-чутье. В общем, плевать.

– Устал, – отмахиваюсь я.

Больше мы не говорим. Но, заходя в ресторан, я вешаю на лицо деловую улыбку. Кто захочет вести переговоры, глядя на мою недовольную мину?

Но какое-то странное ощущение, будто чей-то взгляд прожигает затылок, не покидает. Оглядываю мельком зал – никого знакомого не вижу.

Марина кладет руку мне на плечо, спрашивая, в порядке ли я, и ощущение усиливается.

Шарю взглядом по банкетному залу – обзор хороший. И тут… Черт побери! Вот надо же… Уткнувшись взглядом в девушку в красном, даже поначалу думаю, что сошел с ума и это плод воображения уставшего мозга.

Вроде она, а вроде и не похожа…

Столкновение взглядов – и у меня не остается сомнений. И не знаю, что меня больше раздражает: парень рядом с ней или это откровенное платье. Пацан явно из местных мажоров, и такие, как он, получают все и всех по щелчку пальцев.

«По себе судишь?» – снова просыпается внутренний голос, который в последнее время напоминает настоящее альтер-эго.

Вижу, как Диана поднимается и направляется в сторону коридора с туалетами.

– Извините, я на минуту, – говорю, поднимаясь.

Иду следом. Так долго думал, что ей сказать, но сейчас все будто испаряется из головы. Снова вижу это платье с открытой спиной и несу полную чушь. А еще больше злости добавляют ответы Дианы.

Она дерзит мне, черт возьми! И кстати…

– О какой невесте ты говоришь? – спрашиваю тихо после отчаянного крика о том, что больше я ее не сломаю.

– О той, что сидит рядом с тобой с кольцом на пальце!

Марина? Я смеюсь под ничего не понимающим взглядом Дианы. Тоже мне, невесту нашла. Да у Марины все пальцы кольцами обвешаны. Но Диана заметила только кольцо на безымянном пальце.

– Ревнуешь, что ли? – спрашиваю, преграждая путь, когда пытается меня обойти.

– Вот еще! – вздергивает подбородок. – Но запомни одно, – тычет пальцем мне в грудь, но не касается, – меня ты не получишь. Никогда!

Она кого сейчас убеждает? Женскую ревность я узнаю среди любых эмоций. Но этот взгляд, полный ненависти, злости и обиды, я тоже понять могу.

Диана все-таки, ловко скользнув мне под руку, почти выбегает из туалета. Я выхожу следом, но иду на улицу. Надо немного остыть. Марина, я уверен, очарует моих московских знакомых, что они даже не заметят моего отсутствия.

В компании Дианы я увидел и сына Павлова, что взбесило еще больше. Может, поэтому и нес такую околесицу. Марк сказал днем, что наш главный конкурент снова занялся своими привычными делами. Незаконными делами!

Черт, неужели я теперь стал параноиком и везде ищу подвох? Может ли Павлов использовать Диану против меня? Несмотря на то, как она смотрела сегодня с вызовом на меня, все еще остается той же наивной и неискушенной девчонкой.

Ладно, подумаю об этом позже. Возвращаюсь в душный зал и сажусь за столик, сообщая:

– Прошу прощения, важный звонок.

Уже хорошо подпивший Сергей Михайлович улыбается, глядя на Марину, и отвечает:

– Мы тогда выйдем покурить. Не могли оставить такую прелестную даму одну.

Когда мы остаемся за столиком вдвоем, Марина перестает расточать улыбки и спрашивает:

– Тео, что с тобой сегодня происходит?

А действительно, что со мной происходит. Вместо ответа снова поворачиваюсь в сторону банкетного зала, но Диану не вижу. На танцполе ее тоже нет.

– Кого ты там высматриваешь? – задает Марина очередной вопрос.

– Давай не сейчас, – с раздражением отвечаю. – Я дико устал в командировке, не успел приехать, снова рабочие встречи.

– Тогда поедем ко мне, расслабимся.

Не хочу. Ни черта не хочу. Голова раскалывается от мыслей, и их надо разложить по полочкам, а потом подумать, что делать дальше.

– Нет, Марин. Я мечтаю только о здоровом мне.

Она усмехается и тянется за бокалом. Женщины все-таки чувствуют отношение к себе, но только такие прожженные, как Марина. Иначе мне не удалось бы обвести Диану вокруг пальца.

Встречу заканчиваем через час. Уходя, я еще раз окидываю помещение взглядом, но за это время Диана так и не появилась.

Сбежала… Что ж, это на нее похоже.

Москвичи, вызвав себе такси, отправляются в гостиницу, и только после их отъезда я вызываю машины для себя и Марины.

– Мне кажется, в ближайшее время от тебя звонка можно не ждать, – спрашивает она, пока мы ждем.

Вот только сцен мне не сейчас не хватает. Нормальные же были отношения, зачем портить? Все-таки женщины есть женщины.

– Марин, давай поговорим потом.

Она кивает и подходит к подъехавшей машине.

Дома я сбрасываю наконец-то осточертевший костюм и, налив виски, думаю.

Диана упирается и даже слушать меня не хочет. Но я тоже хорош. Начал явно не с того. И как же мне с ней поговорить? Номер, как я понял, она сменила, на кого он зарегистрирован, черт знает.

Твою ж! Одна идея приходит в голову. Но я чувствую себя еще большим козлом только за то, что подумал об этом. Ладно, ничего плохого же не случится. Мы просто поговорим…

Глава 26

Подготовив последние документы, откладываю их в сторону и собираюсь ехать домой. Время не идет, а из головы не выходят слова Теомана: «Какая невеста?»

Та, черт возьми, в красной шапочке! Как же он меня бесит! Как же я злюсь. Но больше всего, конечно же, на себя. Потому что после всего, что он со мной сделал, я все равно не могу выкинуть его из мыслей.

Ну не может быть такого… Не могу я вот так взять и забыть, как он со мной поступил. Жестко, бессовестно и больно!

– Уходишь? – выныриваю из мыслей, услышав голос Виктора Георгиевича. От неожиданности даже вздрагиваю. – Не хотел напугать. Видимо, вместо работы ты думаешь о своем, – недовольно бросает мужчина. – Зайди ко мне перед уходом.

Поджав губы, я киваю. Как только дверь захлопывается, тяжело вздыхаю, садясь в кресло. Боже, этот мужчина и Макс – будто вовсе не отец и сын.

Виктор Георгиевич такой жесткий и прямолинейный. Ему плевать на людей. Мне кажется, что даже на собственного сына. А Максим, по словам Вики, похож на свою мать. Добрый такой и всегда старается помочь друзьям. Я же вижу, как ему больно, когда мы говорим обо мне или же о моей маме.