Отец жениха - Елена Сотникова

Ноги становятся ватными, и в ушах шумит, поэтому я не сразу понимаю, что сказанные следом слова несут важный смысл:

– Не вздумай играть против меня, покрывать Руслана и плясать под его дудку. Я не такой идиот, чтобы поверить в тот театр, который вы пытались разыграть для меня у бассейна. Поэтому, если я узнаю, что ты была в курсе, но не предупредила… – Марк замолкает на несколько секунд, словно подбирая слова, а после выдыхает по слогам: – На-ка-жу.

Глава 17

– Ты уходишь? – встречаю я маму рано утром на пороге, возвращаясь домой после ночевки у Багировых.

Уйти раньше я не рискнула, чтобы не вызвать подозрения у Марка. И без того у нас с ним вышел странный разговор. До сих пор отпустить не могу, так и крутится в голове.

– Доброе утро, гулёна! А говорила – ненадолго, – журит она меня, игнорируя вопрос. Роется в сумочке, перебирая какие-то бумаги. – Хорошо, что Тимур не знает. Он бы точно не одобрил. Тем более что со свадьбой все как-то неясно.

– Он все это и затеял, если что! – напоминаю устало. Нормально выспаться мне сегодня так и не удалось. – А как он не заметил моего отсутствия? Ты сказала, что я сплю?

Мама хмурится, задумываясь на секунду, расстегивает молнию на внутреннем кармане сумки и с облегчением обнаруживает там свой паспорт.

– Он не ночевал сегодня дома, дела какие-то срочные. Мне его даже жаль: носится сутками без отдыха, работает, чтобы все успеть. – Она тяжело вздыхает, качая головой. – И все ради нас. Ради нашего благополучия.

– Конечно! Ты его еще к святым причисли! – не удерживаюсь от шпильки.

– И причислю, если надо будет. Не ёрничай.

– Так куда ты так рано? – повторяю вопрос.

– В офис к Тимуру. Подписать какие-то бумаги.

– Тебе? – переспрашиваю с удивлением.

Мама давно не работает, взяв на себя роль домохозяйки и хранительницы очага, поэтому цель ее визита наводит на подозрения.

– Да там какие-то разрешения на продажу или отчуждения чего-то, я сама не поняла. Что-то связанное с бизнесом. Оно вроде как не срочно, но я же опять могу надолго в больнице зависнуть, а дела ждать не любят. Время – деньги.

– Я с тобой поеду, – принимаю спонтанное решение.

– Зачем?

– Мам…

– Лиля, прекрати! – жестко осекает мама.

Так было с самого начала. Она всегда стояла за Тимура горой, выгораживала, оправдывая любое его самое нелогичное решение. Ее слепая любовь прощала ему всё.

– Мам, я не буду вмешиваться. Просто посмотрю, – стараюсь усыпить ее бдительность.

– Ты уже пытаешься вмешаться. Я понимаю, что у вас на почве этой свадьбы случился конфликт, вы повздорили, и хоть ты говоришь, что все нормально, но я же чувствую, что нет. Что не простила его. Но, солнышко, давай смотреть на вещи объективно?

– Я и смотрю, – надуваю обиженно губы.

– Смотришь, но не видишь, – решительным жестом перекидывает лямку дамской сумки через плечо. – Он тебя вырастил, образование ты благодаря ему получаешь, живешь в шоколаде, ни в чем не нуждаешься. Хоть немного благодарности проявила бы.

– Это не только его заслуга, – напоминаю ей. – Ты квартиру свою продала, чтобы ему стартовый капитал на бизнес дать!

– Продала, – упрямо вскидывает подбородок. – И мне все говорили: дура, что ты делаешь, он же деньги заберет и бросит тебя! Не бросил ведь?! Не обманул. И сейчас не обманет, я уверена. Мы столько лет вместе прожили, что я ему доверяю больше, чем себе. И тебе советую выкинуть всякую дурь из головы. Тимур воспитывал тебя, как родную. Он любит тебя, доказывал это уже не раз, а ты на каждом шагу подвох ищешь. Стыдно должно быть, Лиля.

Я смотрю ей в глаза, и мне так много хочется ей рассказать. О том, какой ее любимый на самом деле, какие дела он творил за ее спиной, что скрывал, но… Но, увы, если я это сделаю сейчас – я убью ее доверие ко мне на корню, потому как доказательств у меня нет, а на слово в такое поверить сложно.

– Мам…

– Так, все, хватит, – подводит она итог. – Оставайся дома, приведи себя в порядок, отдохни. И больше к этой теме, пожалуйста, не возвращайся. Ты меня поняла?

– Почитай хотя бы документы перед тем, как будешь подписывать, – бросаю ей в спину.

Но, судя по тому, как застучали каблуки по тротуарной плитке, к моим словам вряд ли прислушаются. Я закрываю входную дверь и приваливаюсь к ней спиной. В последнее время кажется, что каждый новый день труднее и опаснее предыдущего. Новость о свадьбе, моя дурацкая затея с лишением девственности, знакомство с женихом, балансирование между Русланом и Марком, а теперь еще и угроза того, что Тимур лишит маму всего, бросив ее в самый сложный для нее период.

То, что благородность ему чужда, я уже поняла. Да и отчим, когда пытался надавить на меня, выболтал слишком многое о себе. Раскрыл карты. Это, конечно, подействовало, мне пришлось прогнуться, принять его условия, но заставило задуматься. И если раньше я, подобно маме, также отнеслась бы с невнимательностью к подобного рода сделкам, то теперь понимала, насколько все может быть серьезно.

Нужно что-то делать. Но что?

– Руслан, доброе утро, – набираю единственного человека, к которому могу обратиться с подобной просьбой. – Мне нужна твоя помощь.

– Детка, боюсь, сегодня я не в том состоянии, – отвечают мне на том конце связи.

Я помню, как он продирал глаза поутру, подыхая от жажды и еле ворочая языком.

– Мне нужен юрист, разбирающийся в тонкостях раздела имущества и бизнеса. Срочно. Можешь одолжить на часик?

Покашливание в трубке дает понять, что своим вопросом я поставила абонента в тупик.

– Вот это запрос. Сорри, принцесса, но не по адресу. Ничем не могу помочь, – разочаровывает с первых же минут.

Я делаю глубокий вдох, выдох и продолжаю вкрадчивым голосом:

– Ненаглядный мой жених, вчера мы договаривались быть полезными друг другу, ночью я выгораживала наш с тобой союз перед твоим отцом, который, к слову, ни черта тебе не поверил. Так что у тебя передо мной должок. И я не прошу многого. Всего лишь грамотного юриста. На полчасика, максимум на час. Сейчас! От этого зависит наш брак.

– Каким образом?

– Давай я чуть позже объясню? Просто поверь, что это очень-очень важно! Я не шучу.

Задумчивое молчание Руслана дает призрачную надежду.

– Я не могу ничего обещать, – дышит шумно в трубку, – но попробую. У отца есть штатные юристы. Спрошу. Куда нужно подъехать?

– Спасибо! – разве что не подпрыгиваю