Не ошибись с выбором - Валентина Игоревна Колесникова

— Они в разводе… И хватит так громко шептать, люди вон уже оборачиваются…

За наш столик села Анна — та самая тихоня, что блистала на корпоративе. Без вызывающего макияжа и короткого платья она мне нравилась гораздо больше.

— Какая разница, в разводе или нет…

— Да такая, что на него уже охота началась! Господи, Мария! Ты с какой планеты упала? Наш начальник — богатый жених, у которого на счету крупные суммы с шестизначными нулями… Да всем пофиг на брак и на совместную жизнь — для большинства это прекрасный шанс хоть немного пожить в роскоши.

— А ты бы так смогла? — Анна не поняла моего вопроса, пришлось пояснить. — Я имею в виду, жить с мужчиной без чувств, то есть, ради денег?

— Не знаю, не пробовала, — честно ответила девушка, — но могу сказать только одно — мне так надоело разочаровываться в людях, всякий раз влюбляться в «не тех», рыдать в подушку и истерить, что откровенно говоря, наступил момент в моей жизни, когда хочется послать всех на четыре стороны и пожить для себя любимой. Другие же так делают, чем я-то хуже?

«А чем ты лучше тогда»? — Так и хотелось спросить, но я понимала, что в этом нет смысла, поэтому решила промолчать. Возможно, в чем-то она и права. В одном фильме, не помню название, прозвучала очень правильная фраза — «эгоистичные люди живут дольше». Иногда мне хочется быть эгоисткой, но совесть не позволяет…

— Как, кстати, твоя Аня? Поправилась уже? — Лина сменила тему, вспоминая, что месяц назад я жаловалась на бессонные ночи из-за детского крика.

— Да, все хорошо.

Забавно. Если подумать — прошло больше месяца.

Моей Ане сейчас полтора года — как раз пошла в ясли. У всех, у кого есть дети — знают, что период адаптации довольно-таки сложный. Сопли, слезы, бактерии/микробы… Но это было больше месяца назад, а вспомнили только сейчас…

Они еще о чем-то беседовали. Обсуждали какой-то принт, новую коллекцию одежды известной марки, на которую ни у кого из нас нет денег…

Я не слушала их — не интересно. Тихо попрощалась и встала из-за стола.

В обеденный перерыв в кафе не протолкнуться, людей очень много — фирма огромная и все просто не вмещаются. Сидеть и наслаждаться едой времени нет — работа не ждет, и сама себя не сделает.

Двери лифта медленно открылись и я вошла в зеркальную кабину. Думая о предстоящей статье, я не заметила, что стою здесь не одна…

— Добрый день, Мария Олеговна.

По спине пробежал импульс, перехватило дыхание, и я невольно дернулась.

— Вы меня напугали… Добрый день, а вы…

— Виктор Волков. Корпоратив, такси… Маньяки…

— А, точно — последовательность слов меня позабавила, — простите, я задумалась и не заметила вас…

— В зеркальном лифте-то? — Мужчина был явно удивлен, с интересом рассматривая черную папку в моих руках.

— Я просто задумалась. Как вы добрались до дома? Все хорошо?

— Нормально…

Секундное замешательство перед ответом, зрачки расширились… Сбилось дыхание — что-то случилось дома, судя по реакции. Но ведь это не мое дело…

Виктор выглядел очень уставшим. Тело худое, но в тоже время плечи широкие. Синяки под глазами и бледное лицо. Взгляд сосредоточенный — я так выглядела в первые месяцы после рождения Ани — хронический недосып и дикая усталость… Несмотря на это, от мужчины приятно пахло…

Двери лифта открылись и к моему удивлению мы оба вышли на этаже отдела продаж.

— Я к твоему боссу, без записи. Скажи, что по поводу новых поставок и договора с фирмой «Х».

Сказано-сделано.

После минутной тишины я услышала дикий спор. Повышенные тона, громкие голоса — каждый настаивал на своем, и уступать не хотел. Это все длилось достаточно долго, что странно.

— Это невыносимо! — Голос Александра Сергеевича был злобным, раздражительным, — сколько можно об одном и том же! Это не выгодно для фирмы и…

Волков не уступал. Он не повышал тона, не переходил на крик… интересно, из-за чего они спорят…

Открыв на компьютере нужный файл с пометками от куратора, я изучила текст, несколько раз перечитала то, что выделено ярким цветом как обозначение NB (nota bene — особо важно), и полностью погрузилась в работу.

На этот раз задача стояла стандартная — изменение статьи, шлифовка терминов и, как любит писать мой куратор, внесение «чего-нибудь эдакого для разнообразия».

— Ты невыносим! — Спустя час двери кабинета открылись, — Мария, сделайте кофе, иначе я сейчас кого-то убью…

Просьба резанула по ушам, но судя по настроению начальника — лучше не спорить. Послушно встав с насиженного места, я ушла в сторону небольшой кухни, оборудованной для сотрудников отдела, заварила три чашечки эспрессо, выпила одну залпом, поставила остальные на поднос и бездумно отправилась в сторону кабинета директора. Начальник был один, очень зол, и выглядел безумно уставшим. Куда делся Волков, я не видела.

— Для кофе у вас была личная помощница, Александр Сергеевич, — заметила я, расставляя две чашки на широком столе, — я здесь присутствую в качестве автора, не забывайте об этом, пожалуйста.

— А не слишком ли борзый ответ, а? Я могу прямо сейчас вас уволить. И глазом не моргнете…

— Мое заявление у вас на столе. Оно лежит там со вчерашнего дня, Александр Сергеевич. И если вспомнить наше с вами собеседование, на котором были обговорены мои обязанности, приносить кофе в список дел не входило.

— Стоп. Какое нахрен заявление? — Мужчина всполошился, с удивлением рассматривая аккуратно сложенные в стопку белые листы, принесенные сотрудниками еще вчера вечером. Как раз перед уходом на корпоратив я и положила заявление на самый верх. — Ты куда собралась? У нас работы еще навалом, я два дня назад тебе темы прислал на почту, ты хоть видела эти объемы?

— Видела. Именно поэтому я предупреждаю вас заранее. Как только моя работа будет выполнена — я уйду. Мне необходимо вернуться в свою родную профессию. Дедлайн через два месяца — это достаточный срок для поиска нового сотрудника.

Александр Сергеевич хотел что-то ответить, но в двери кабинета неуверенно постучали, отвлекая на себя все внимание.

Лина… Боже, зачем она здесь?

Я развернулась на каблуках и вышла, с удивлением отмечая яркую помаду, появившуюся на губах девушки. Неужели она… Сошла с ума?

Двери захлопнулись, и наступила полная тишина… А мне, почему-то, стало мерзко.

— Не советую, — спустя некоторое время на этаже вновь появился Волков. Выглядел мужчина еще более уставшим, злым и раздраженным, — там они немного… заняты…

— В смысле?

Он не понял сразу, о чем я, со