Не ошибись с выбором - Валентина Игоревна Колесникова

— Ага, она самая… Подождите, я не совсем поняла… А как это я вас мучаю? И я вам что… что это за «сни»?

— Подождите. Ваши вопросы мою голову взрывают. Я, вообще, где и почему вы рядом?

— Вы у себя в кабинете, а я на своем рабочем месте. Скоро девять часов утра. И я не знаю, назначены ли у вас встречи на сегодня, поэтому и разбудила, — мужчина тут же сел на диване, растирая руками глаза. Обратил внимание на ноутбук и листы, — я собрала все на столе. Ничего не читала. Можете даже по камерам посмотреть. Они же наверняка есть у вас в кабинете. Я правда ничего не читала…

— Я понял, — Преображенский выглядел очень измученным, уставшим и потрепанным. Судя по всему, он работал всю ночь, — Мария, принесите мне кофе, пожалуйста и… Дайте рубашку. В шкафу, рядом с моим сейфом… Любую, главное, чтобы белую…

Я тут же подчинилась, сделав все, что просили.

Преображенский тем временем снова лег на диван и к моему ужасу попытался уснуть.

— Александр Сергеевич… Александр Сергеевич! — Но он не отвечал, только сильнее прижался к подушке, что-то бормоча во сне.

Так… и что же делать? Кто в курсе его запланированных дел? Он же не сможет поехать на встречи в таком состоянии. К кому бежать за помощью?

Волков!

Заветный номер был тут же набран:

— Что-то случилось, Мария Олеговна? Вы раньше никогда не звонили в такое время…

— Да, случилось. И я не знаю, что мне делать! Александр Сергеевич спит!

— В смысле? — Не понял Волков, — как спит? Где спит?

— У себя в кабинете. Он, судя по всему, вообще не ложился ночью…

Я рассказала все то, что произошло. Волков внимательно выслушал, молчал, не перебивал, после сделал глубокий вдох и сказал следующее:

— Ты же английский знаешь?

— Медицинский и простой человеческий — да. А вот диалекты и иже с ними — плохо.

— Ну. Тогда все получится. Главное, нельзя, чтобы сотрудники видели его в таком состоянии. Я не знаю, что там у него произошло, но не впускай к нему никого. Запри на замок, на засов, хоть святой водой облей и крест поставь. Что хочешь, делай. Нужно будет позвонить одной женщине и сказать, чтобы она отменила все встречи. Это личный секретарь Преображенского — Кристин Роуд. Таk же она его временный заместитель на старом предприятии. Эта женщина договаривается обо всех встречах, составляет график, но сейчас вынуждена работать не в главном здании. Поняла меня? Я не смогу помочь — у меня взлет через пять минут, я пропаду из зоны сети.

— Да, поняла. Я все сделаю.

Получив в сообщении номер личного секретаря, я составила в голове примерный диалог и набрала номер.

Разговор все же состоялся. С непониманием ситуации, недоверием со стороны незнакомой девушки, что говорит, на взгляд Кристин Роуд, полную чушь. Как доказательство, я сфотографировала Преображенского на телефон и отправила этот снимок секретарю. Больше она не возражала. Молча поблагодарила и повесила трубку.

Ее голос мне показался очень грубым и резким. Такие обычно принадлежат заядлым курильщицам в возрасте. Может, так оно и есть…

Телефон Преображенского стал разрываться на части от множества звонков. Мужчина ничего не слышал, почти не дышал… И это странно.

Дотронувшись до его лба, я ужаснулась — жар и очень сильный.

Я тут же подскочила на месте, выбежала в коридор, согрела чайник и высыпала в чашку последний пакетик лекарства. У медиков в сумке всегда что-нибудь есть — что-то вроде привычки.

На вкус, как лимонная гадость.

— Александр Сергеевич! — Позвала я начальника, но тот не реагировал, — Александр… да что с вами делать. А ну вставайте, кому сказала! Разлеглись тут, как у себя дома!

Я гаркнула так, что мужчина мгновенно подскочил на месте, теряясь в пространстве.

— Вот же… Что происходит?

— У Вас жар. Вам домой надо. Выпейте, станет легче.

— Что это за гадость?

— Температуру собьет временно. Вызывайте такси. Вы не в состоянии работать. Встречи все отменены. Я звонила вашему секретарю, все объяснила…

— Что ты сделала?

Из-за тяжелого состояния я так и не смогла понять, разозлился он или просто удивлен. Пришлось все рассказать. Мужчина тяжело вздохнул, встряхнул головой, попытался сфокусировать взгляд, но ему это так и не удалось.

— Я сейчас помру, — прошептал начальник, упав головой мне на колени, — как хорошо-то… У меня свой водитель… Позвоните ему, он знает, куда ехать…

— Александр Сергеевич!

— Подождите… Я сейчас встану… Сейчас… Еще немного…

Его руки тряслись, пульс учащенный, высокая температура, одышка, но хрипов нет, кашля тоже. Вирус? Интоксикация на фоне отравления?

— Вас тошнит?

— Да, но это из-за головокружения. Черт. И Виктор в Германии… Так не вовремя все.

— Вызовите заместителя… У вас же должен быть заместитель…

— Должен. Но я вчера его уволил. Эта скотина обворовывала фирму. Сейчас он под следствием вместе с еще десятком сотрудников. Развелись крысы…

Мужчина нашел в себе силы поднять голову, откинуться назад, разглядывая мутным взглядом потолок своего кабинета.

— Кстати, как вы? — Я не совсем поняла вопроса, но начальник продолжил, — вам точно помощь не нужна? Я имею в виду, что вас затопили.

— Все хорошо, я справлюсь. Вам надо к врачу…

— Мне надо домой, в кровать…спать… Это все, что мне надо…

Внезапно зазвенел телефон — личный водитель уже здесь. Осталось только поднять Преображенского с дивана и каким-то образом довести до машины. Я помогла мужчине надеть пиджак, быстро собрала вещи, которые он назвал, в его портфель и вышла вместе с ним в коридор.

— Вы уверены, что вам не нужен врач?

— Вы врач, вот вы и лечите… — он хотел пошутить, но вышло криво.

— Я стоматолог, вы же знаете. Я не имею права вас лечить.

Преображенский внезапно взял меня под руку, прижимаясь плотнее. Еще немного, и его голова легла ко мне на плечо. Было видно, что человеку очень плохо, что еще немного, и он уснет прямо здесь, в лифте. Как я могу просто взять и оставить его в таком состоянии?

Кое-как выйдя из здания, я заметила черный мерседес с нужным мне номерным знаком, с трудом и помощью водителя посадила Преображенского в машину и приказала ехать в ближайшую больницу.

— У семьи Александра Сергеевича есть личный врач. Я отвезу его туда, не беспокойтесь. Спасибо за помощь.

Я кивнула в ответ, перекинула через плечо сумку и, понимая, что делать мне в офисе сегодня нечего, ушла домой. Тексты перевести я и в своей постели смогу, за чашкой чая… К тому же как личный помощник я уже