Измена. Сказка (не) о любви - Аня Вьёри

фразами. – И даже лучший друг, скотина, на праздниках меня бывшему слил, потому что “Вам надо поговорить!” – передразниваю я Яра, кривляясь.

Сашка хмыкает, хмурится.

– Я понял, – отзывается тихо. – Извини, я не хотел.

– Я понимаю, что ты не хотел, – смотрю на него почти с мольбой. – Но оно само собой как-то так получалось, – он молчит, закусив губу, а я со вздохом продолжаю: – Давай просто работать вместе, а?

– Давай попробуем, – улыбается мне. – Я рад, что ты ничего не сломала себе в пятницу!

– Черт! – я закатываю глаза. – Степаныч это специально, да?

– Ну, – Сашка косится на Крысу, – вряд ли Степаныч вникает, – поворачивается к ней спиной, чтобы она не заметила его ужимок. Все же, как ни крути, вынюхивать она умеет… – Идем, собираются уже.

Подхватываю свой кофе и иду на летучку. Там реально уже почти все, кроме главреда.

Совершенно некстати моя статья снова в центре внимания. Профессиональная подача, живой язык, освещение ключевых проблем…

Моя зарисовка об экологах нашла отклик у читателей, и в редакцию даже сделали пару звонков, разыскивая их координаты. И один звонок с телевидения. Опять. Нет, мы, конечно, в одном концерне, но не настолько же…

Крыса фыркает, злится и даже не смотрит в мою сторону. А вот Илья Степанович смотрит на меня как-то подозрительно ласково. Мои сомнения подтверждает распределение репортажей. Мне опять дают тему, под которую выделена колонка.

– Смотри, – предупредительно шепчет мне Светлана Михайловна и указывает глазами на Крысу. Та зеленеет на глазах.

– Наташенька, – с мерзкой улыбкой обращается ко мне главред, – а как насчет того, чтобы в таком же ключе, – он кивает на статью об экологах, – написать серию репортажей о деятельности нашей птицефабрики?

У меня глаза лезут на лоб. Не он ли орал, что меня больше никогда? И… Мне опять ехать к Осипову?

– Я имею в виду социально значимые проекты в городе, – взмахивает он рукой. – Благоустройство парка, ремонт детской площадки при школе…

– Илья Степанович, – встревает Светлана Михайловна, – я считаю, что Наталья еще недостаточно опытна для таких репортажей.

– Ну тогда можно поставить ее в пару с Александром, например, – не унимается он.

Что ж ты, зараза, такой настойчивый. Я кошусь на Крысу, но та сидит тоже вроде как недовольная. Странно. Значит, в этот раз не она.

– Ну и самое главное в заключении! – театрально произносит главред. – Наше издание продали!

Между корреспондентами пробегает тихий ропот.

– Прошу не расстраиваться раньше времени! – повышает голос Илья Степанович. – Нас выкупило частное лицо. Не издательский дом. Но человек очень заинтересован в бизнесе и обещал свежие вливания, – произносит он, многозначительно вскинув брови. – Знакомиться приедет в среду, – главред откашливается. – Просил собрать весь коллектив.

Журналисты хмыкают. Попахивает замшелой традицией отчетных собраний. Ну, или совсем свежей, но не менее противной – мотивирующих встреч.

– В общем, – радостно заканчивает главред, – пока работаем как работали. Возможно, только придется контракты сегодня-завтра переподписать. Юристы займутся. Все!

Мы расходимся, тихо перешептываясь. Ни у кого нет ни малейшей идеи, кто нас выкупил, зато догадок масса.

Я в этом издательстве недавно, мне, если честно, все равно, кто владеет журналом. Моя голова сейчас занята предстоящими репортажами с куриным королем. Ищу взглядом Сашку и вижу его в коридоре с мобильником в руках.

– Наташка, плохо дело, – бледный Сашка склоняется, прячет телефон в карман, будто боится, что я что-то увижу на заблокированном экране. – Это заказ самого Осипова, – шепчет сбивчиво.

– Сам король? – у меня округляются глаза.

– Угу, – Сашка кивает. – Проплатил пять статей с условием, что их пишешь именно ты. Дополнительно условий и запретов не было, так что Степаныч, считай, тебя спас, поставив со мной в пару.

– Че-ерт, – обалдело тяну я. – Чем же я так…

– Отказом, – поджимает губы мой коллега и друг. – Не любит он, когда ему от ворот поворот дают.

– Саш, – вскидываю на него взволнованный взгляд.

– Не дрейфь! Прорвемся! – он ободряюще хлопает в ладоши. – Но тебе придется потерпеть меня рядом! – укоризненно смотрит на меня, припоминая утренний разговор.

– Саш! – я смотрю на него возмущенно. – Я же тебе объяснила.

– Я помню, ага, – кивает он. – Так, смотри, первый репортаж предлагаю сделать о реконструкции парка. Центр города, открытая площадка, летний полдень.

Он многозначительно смотрит на меня, а я понимающе киваю.

– Он там сильно задолжал администрации, – продолжает мой друг. – Его махинации почти на уголовку тянули, но он пообещал, что парк сделает по московским стандартам. Дело было перед выборами, с него слезли, – Сашка садится на свое рабочее место и открывает фотографии. – Надо бы созвониться с его пресс-службой и взять всякие отправные данные. Кто автор проекта, какова стоимость… Он обязательно захочет это подчеркнуть.

– Я могу это сделать, – киваю, записываю себе в блокнот задачу.

– Отлично. И знаешь что, – оборачивается Сашка. – Поищи старые фото парка пострашнее. Их много будет, – машет он рукой. – Парк в последний раз годах в шестидесятых реконструировали. А я позвоню его секретарше и договорюсь об интервью, – он тяжело вздыхает.

Вторник. 17 июня. 10.32

Мы с Сашкой договорились, что он общается, а я снимаю. Так у меня есть повод сохранять дистанцию.

– Мы выбрали лучшего ландшафтного дизайнера для этого проекта, – напыжившись, декламирует куриный король, – Кстати, – косит взгляд на меня, – он же оформлял зеленые зоны на нашей фабрике! Можно поехать снять, – смотрит на меня с недобрым прищуром.

– Давайте мы в репортаже о парке оставим только эти фотографии, – невинно частит Сашка. – А когда будем делать обзор ваших усилий по благоустройству… – он взмахивает рукой, давая понять продолжение.

– Ну что ж, – недовольно хмыкает Осипов, – логично.

– Наш главред очень впечатлен вашим участием в жизни города, – Сашка строит грустные глазки. – К сожалению, нам придется еще несколько раз отвлечь вас от работы. Или, – он тут же меняет тон, – можете все оставить своему пресс-секретарю, а мы потом вышлем материалы на согласование!

– Мне не сложно, – поджав губы, цедит