Малыш - Элен Ош

— Нэнси, не говори глупости! Я не позволю тебе наложить на себя руки. Я готов охранять тебя каждую секунду, но ты будешь жить! Мы найдем выход. Поверь!

Слеза скатилась по щеке девчонки. Нэнси подняла руку и кончиками пальцев смахнула непрошенную гостью. Шмыгнула носом, кончики губ дрогнули, и робкая улыбка на миг вновь осветила усталое лицо девчонки.

— Асмодей пошел против правил и вступился за сына, чтобы родная сестра в образе Ламии не убила брата. Разве это не прекрасно? Мартин знал, предупредил как смог и ушел, — прошептала Нэнси.

— Один вопрос, — перебил инспектор, — откуда Асмодей узнал о том, что Эмбер Фостер передала дар Нэнси?

— Окто ему рассказал, — ответил я, — в тот же день, когда Нэнси вызвала его без ведома. Демон исчез и вернулся с заданием охранять пацана, и уже знал, кто отец малыша.

— Это понятно, — отозвался инспектор, продолжая работу мысли и включив режим полицейского на расследовании дела, — но получается, демоны уже знали, что помимо дара ведьма передала Нэнси свой долг перед духом Ламии. Так? Окто не просто приставили к Мартину, он охранял его от Нэнси.

— Боже, как это ужасно! — выдохнула девчонка и укрылась за ладонями.

— Спрашивается, — продолжил Эндрю, — откуда они заранее знали об этом? Я предполагаю, что Окто ввели в курс дела позже и он, действительно, не знал, но Асмодей ждал этого дня! Демон не просто так провел ночь с твоей матерью, Нэнси. Прости за такие подробности, но важна каждая деталь.

— Я понимаю, — кивнула Нэнси, — продолжай, пожалуйста!

Эндрю Палмс подскочил и мерил шагами комнату. Мы с Нэнси следили за передвижениями и полетом мысли, не перебивая инспектора.

— Я не знаток в демонологии и не разбираюсь в ритуалах, но смею предположить, что Эмбер Фостер вызвала Асмодея для заключения соглашения, а мать твоя, Нэнси, стала подарком для похотливого демона, в результате чего появился маленький Мартин. Возможно, я ошибаюсь и все выглядело иначе, но связь Асмодея и Эмбер Фостер очевидна. Он знал о ее деятельности и о вызове духа Ламии.

— Окто тоже знал мою бабушку, — воскликнула Нэнси и посмотрела на меня. — Вспомни, Джек, он проговорился, что узнает почерк старой курицы.

Инспектор остановился посреди комнаты и провел ладонью по редеющим волосам. Порывисто опустился в кресло и сцепил пальцы:

— Тут пахнет заговором, ребята. Сдается мне, не старая ведьма виновата, а демоны ее развели, купили и использовали для своих темных замыслов. Подбили на вызов Ламии, и вот результат.

— Но Окто говорил, что я не представляю для них интерес. Возможно, дух Ламии предназначался не для меня.

— Ты постоянно забываешь, что Окто — обманщик, — подал голос я, оставаясь на страже импровизированного картонного гроба для духа Ламии. — Демон запудрил мозг, а ты поверила и расслабилась.

Нэнси закусила губу и нахмурилась. Эндрю пересел обратно на диван, взял девчонку за руку и заглянул в глаза:

— Но это не повод накладывать на себя руки, Нэнси!

— Я знаю! — ответила девчонка. — Но у меня есть план. Рискованный и не факт, что сработает, но стоит попробовать.

***

— Я поднял информацию об Эмбер Фостер, — инспектор нацепил очки и сверился с бумагами.

Двое не менее опасных заговорщиков, чем демоны, сидели в зале квартиры Эндрю, пили чай и обсуждали детали плана Нэнси. С последней ночи, когда девчонка узнала правду о последствиях полученного дара ведьмы, она успокоилась, лелея мысль о скором исходе событий.

Я скептически отнесся к решению Нэнси, но противоречить не стал. Единственный плюс авантюрной идеи — избавление от духа Ламии. Учитывая неопытность Нэнси в делах ведьмы, лучшая возможность противостоять силе духа — зарыть печать демона и забыть о нем, что я и предложил, а девчонка уцепилась за идею и добавила собственное мнение.

— Мне нет дела до возможных родственников, — отмахнулась Нэнси, — я приняла твердое решение и не собираюсь ничего менять.

— В том-то и дело, что их нет, — откликнулся Эндрю, протянул руку к чашке и шумно отхлебнул кипяток, — видимо, ты последняя в роду Фостер по женской линии.

— Замечательно, — воскликнула Нэнси, но я не дал насладиться радостью.

— Дар ведьмы передается только женщинам через поколение, — встрял я в разговор, расположившись на излюбленном месте: Эндрю обреченно махнул рукой на спасение кожаного дивана. — Допустим, твой план не сработает, ты останешься ведьмой, обзаведешься семьей и детьми, а после по цепочке передашь внучке дар. Не сделаешь, душа твоя не обретет покой.

— Я не выйду замуж и не заведу детей, — парировала Нэнси, — тогда и внуков не будет.

— … и душа тем более не обретет покой, если план не сработает, и дар останется, — настаивал я.

— Спасибо, Джек, успокоил! — воскликнула девчонка и насупилась. — Я выход ищу, а ты…

— … предупреждаю, — закончил я и громко зевнул.

— Джек прав, — поддакнул инспектор, а я хмыкнул, — теоретически план неплохой, но чем обернется на практике?

— Вот и увидим на деле, — резюмировала Нэнси. — Эндрю, у тебя все готово?

Инспектор кивнул, посмотрел на часы и поднялся с кресла. Нэнси последовала его примеру, подхватила чашки и отнесла на кухню. Я лениво наблюдал за передвижениями людей. Принимать активное участие не входило в планы, но любопытство столкнуло с дивана, и я незаметно двинулся следом за Эндрю и девчонкой.

Нэнси решила отречься от рода Фостер. Похоронить собственное имя, а заодно наследие ведьмы: книгу с заклинаниями, баночки со снадобьями, печати демонов, свечи и плюшевого медведя с запечатанным в игрушке духом Ламии. Скарб ведьмы упаковали в деревянный ящик, и Эндрю поставил его в багажник машины.

Девчонка запрыгнула на переднее сиденье, а я невидимо расположился на заднем. Я обленился за время отсутствия Мартина. Раньше пацан не давал покоя, и я частенько искал потайное место, чтобы спрятаться от назойливого хулигана, но Мартин обладал неимоверным чутьем и находил меня, сопровождая победу задорным смехом.

Я скучал по малышу. Он — единственный ребенок, который не боялся монстров. Это удивляло и подкупало.

Найти проклятую вещь с запечатанным духом Ламии — цель, которую я достиг ради возможности вернуть пацана. Я верил, что Асмодей не станет удерживать возле себя отпрыска, когда угроза для жизни малыша иссякнет. Демон против семейных ценностей и Мартин для него помеха. Однако стоило отдать должное Асмодею: он помог малышу, пусть и ради собственных интересов.

Машина остановилась возле офиса, где девчонка в сопровождении Эндрю планировала сменить имя и навсегда вычеркнуть Нэнси Фостер из списка смертных. Я остался ждать в машине и откровенно скучал. Понимал, что новая жизнь Нэнси интересна для нее, и я выполнил часть договора с Мартином. Более меня ничто не удерживало рядом.

Нэнси вернулась в машину довольная, проблем с заменой имени и фамилии не последовало: каждый имеет на это право, но не всякий человек обладает даром ведьмы. Нэнси решила испытать судьбу.

Эндрю завел мотор и направил машину за город. Мы углубились в лесистую местность, съехав с трассы. Инспектор остановился, заглушил машину и посмотрел на девчонку:

— Ну, Нэнси Фостер, вы готовы окончательно распрощаться с прошлой жизнью? Ты понимаешь, что даже моего влияния будет недостаточно, чтобы утвердить тебя в праве на опеку брата, в случае его возвращения? У органов опеки много вопросов и сомнений.

— Я понимаю, — кивнула Нэнси, — но безопасность брата важнее.

Эндрю кивнул, вышел из машины и осмотрелся. Он заранее подобрал укромное место под сенью густых деревьев для глубокой могилы прошлого Нэнси Фостер. Инспектор достал из багажника лопату, скинул верхнюю одежду и принялся копать яму, аккуратно сняв верхний слой земли с травой.

Я сидел на влажной от дождя земле и вдыхал пряный аромат весны, наблюдая за работой Эндрю. Нэнси топталась рядом, подпрыгивая от нетерпения. Вскоре инспектор вырыл изрядную яму под ящик с имуществом ведьмы. С помощью девчонки, опустил наследие на дно и присыпал камнями, после закидал землей и тщательно утрамбовал сверху лопатой. Нэнси помогла перенести слой травы и скрыла под ним тайное место.

Отряхнувшись, вдохнула свежий лесной воздух, зажмурилась, глядя в небо и произнесла твердым голосом слова отречения от рода и силы ведьмы.

— Отныне я — Холли Хоуп, обычная девушка с большими надеждами на будущее.

— Любопытно, с какими? — раздался