Золотой Стряпчий - Антон Чернов

только потерпевшие, а не уважающие себя адвокаты). Доход материальный, помимо репутационно-рекламного, надо поиметь с этого ушлого Торкосборса. Или с его рода, но это будет по мере ведения дела ясно. Посидел я, покопался в бумагах, поприкидывал. А в полночь «пошёл на дело». Точнее, я и Динька: перед началом открытого копошения мне надо было уточнить некоторые детали про этого ушлого типа. И помочь тут мог или он сам, что не вариант, или документы, записки и прочее подобное в месте его обитания: небольшом особнячке Торкосборсов на окраине центрального района Золотого. Обитателем там был, судя по некоторым данным, услышанным мной, да и полученным от Кацла, только один обитатель, относительно молодой, тридцати с хвостом лет, Барн Торкосборс. Единственный представитель небольшого рода сильных владеющих-териантропов, росомах на минуточку. И род, хоть и небольшой, но независимый и чертовски богатый: в их владениях были активно разрабатываемые золотые рудники. Может, и истощились, конечно… Но потому и надо проверить, да и интересно.

Так что нашёл я едальню неподалёку от особняка. Вроде — больше бордель, но я на девок рявкнул, заказав кофе и настойки. И направил замаскированную Диньку на разведку, оценивая прелесть возможности как наблюдения в реальном времени, так и отдачи корректирующих указаний.

10. Обжора

Управление Динькой выходило как в игрушке, где указываешь точку-направление и указание выполняется. Что, в общем, логично: она живая, даже условно-разумная… Хотя нет: с учётом большинства мне известных по обоим Мирам — Динька ОЧЕНЬ разумная фейка. Правда был нюанс: на «интересное» лично ей фейка отвлекалась, ненадолго, не прекращая «выполнения задания», но всё же. И я её лишний раз не теребил: по времени секунда-другая не критично, так что пусть радуется.

При этом, связь с Динькой у меня выходила по типу меня и Потапа, что мохнатая задница подтвердил ворчанием. То есть, я не «отключался от реальности», но при этом видел «трансляцию» от феи с эффектом «присутствия и погружения». Что интересно — когда мелкая находилась в берлоге, такого не происходило. То ли свойство связи «реальность-навь», то ли Потап проявляет свои качества.

«Потому что ты — мелкий и слабы-ы-ый!» — глумилась медвежатина. — «Пара-тройка дубов вырастет и умрёт, будешь стараться — может и сможешь», — со снисходительностью старослужащего отмыслил он.

В общем, пока я выслушивал медвежью трескотню и пил кофе с настойкой, Динька домотыляла до особняка. Защита там была, производства корпорации Пантеон, но стандартная, на серьёзную навь. Так что совершив своё природно-естественной надругательство с границей навь-явь Динька деловито пролетела сквозь окно. Можно было и сквозь стену, но ей, очевидно, было комфортнее сквозь тонкое и прозрачное. И стала облетать особняк, пока не добралась до этакой людской. Сидели там три слуги, две служанки, и мордасы у этих пролетариев были невосторженные. И вели беседу, послушать которую Динька задержалась.

Послушал, как понятно, и я. Ну а когда жалобы и причитания пошли на второй круг — дал отмашку фейке на дальнейший отлёт. А сам прикидывал. И выходило, что похоже золотишко у росомах заканчивается. Потому что жалобы обслуживающего персонала крутились вокруг того, что им уже пару месяцев не платят. Вдобавок, служанки жаловались, что им — гораздо хуже. Потому что денег на лекарей нет, а «ярится господин даже злее, чем раньше, так и насмерть стереться можно!»

В общем, похоже, Барн доживает последние деньки в роскоши, плюнув на «плату по счетам» и отрываясь. В общем-то — его проблемы, как и прочих потерпевших, вот только с Трокосборсов я свои услуги не оплачу. Впрочем, и хрен бы с ним: не сказать, что сильно нужно, а вот реклама, уже как раз для одарённых с более или менее вменяемыми деньгами, выйдет вполне сносная. Да и авр с толстяка стрясу: всё равно не бесплатно выйдет.

Впрочем, дальнейший динькин облёт принёс неожиданные плоды: в кладовой, защищённой кучей духов (Динька пробиралась осторожно, даже Потап пообещал «мелкую спрятать, если что», но оказалось — излишне) стоял зачарованный в три слоя сундук. А в сундуке — пара сотен авров, раз в десять меньше, чем его объём, но более чем солидные деньги. И на кой хрен в таких раскладах кидать Кацла и собственных слуг — непонятно.

Собственно, дальше Динька направилась в господские покои, а я судорожно прикидывал: что ударило в голову молодому владеющему, что он стал ревностным последователем бога богатства и скупердяйства Аваруса? Потому что при учёте присутствия средств, в реалиях Зиманды — это самое логичное объяснение. Паства этого божка давно стала нарицательной, за беззаветную любовь к деньгам и нечеловеческие муки при необходимости расстаться хотя бы с малой частью, причём затраченной по необходимости и на дело. По крайней мере, в легендах были не одна и не две, когда аварусяне просто помирали от голода, жажды и прочего подобного, не в силах расстаться с ломаным купром.

Сам же Бран в спальне пользовал служанку. Одна, уже использованная, валялась в стороночке без сознания, а текущая — была на этом пути. Физиономии девиц восторга процессом не выражали, а выражали они «меня задрахали…» от бессознательной и «меня щаз задрахают» от затрахиваемой. А вот ам Бран был в форме териантропа. И, подозреваю, это единственная причина, по которой в этом доме за неимением горничных стали пользовать дворецких. Та самая, позабавившая еще на заре моего пребывания в Золотом ситуация с писюнами: у хищников они конских размеров не бывают, это прерогатива коней. В общем, судя по динамике и результатам, даже небольших размеров человеческий пенис довёл бы сношаемых не до изнеможения, а травм, возможно смертельных.

А Бран в процессе бешеного сношения дергался, как припадошный, и был… каким-то кривоватым. Долбящий сексом, как отбойный молоток, териантроп — конечно, не самое удобное для наблюдения зрелище. Но всё равно: наблюдалась незначительная, но режущая глаз асимметричность и прочее такое. Понять, что там в энергетике — я, как понятно, не мог. В общем, выглядел этот трахаль-ударник откровенным психом или бешеным животным.

«Не так», — экспертно отэмоционировал Потап. — «Это росомаха».

— Ну я как бы в курсе, что они агрессивные и даже на медведей бросаются…

«Не то, шебуршень бестолковый! Не агрессивные, а алчные, жадные! Он почему такой кривой — потому жрёт как не в себя!» — разговнилась мохнатая задница, давая между делом любопытную информацию. — «Росомаха — жадная, как… росомаха. На медведей эти мелкие психи бросаются не из-за злости или потому что психи. А потому что всё вокруг своим считают. И жрут