В Пустошах - Лена Бутусова

новая волна наслаждения. Она застонала, покосившись на собственную грудь, выскользнувшую из разреза рубахи: от избытка возбуждения с сосков капало молоко. Девушка сжала сосок двумя пальцами и снова застонала, чувствуя, как тело скручивает новым оргазмом.

Оборотень все не унимался, он не мог кончить, и оттого злился, рычал и все яростнее вгонял свой член в размякшую женскую плоть.

— Тая… — он прохрипел не своим голосом. — Тая!

И в тот момент, когда казалось, что его развязка вот-вот наступит, кусты громко затрещали, и на полянку вывалился еще один участник сцены.

— Отпусти ее, мерзкая тварь! — Вит взмахнул Таиным кухонным ножом и бросился на оборотня.

* * *

Дар Ветер отскочил от Таи, словно обжегшись, так и не закончив священнодействия.

— Вит! Нет! — единственное, что успела выкрикнуть девушка, попытавшись удержать Дар Ветра.

Но разве ей сладить было с охотником? Рука ее схватила пустоту. В прыжке меняя обличие, раскидывая по сторонам клочья окровавленной кожи, оборотень бросился на парнишку. Тот выставил перед собой нож, рука его ходила ходуном.

Еще прыжок — оборотень нацелился в горло своей жертве, но в последний момент Вит подставил руку с ножом для защиты, и зубы волка с хрустом сомкнулись на его предплечье. Брызнула кровь, парень закричал. Тая тоже закричала, надсаживая связки, забыв, что совсем еще недавно боялась шуметь среди колдовских зарослей:

— Дар Ветер, стой! Не надо, он друг!

И бросилась к волку, схватившись за густую белую шерсть. Попыталась оттащить его от жертвы, но лапы зверя точно вросли в землю, он даже не пошевелился. Мотнул головой, перемалывая зубами кость. Отпустил безвольную руку и следующим броском вцепился Виту в горло. Парень захрипел, Тая взвизгнула и отшатнулась от хищника, лишь успев увидеть полные ужаса и боли глаза юноши. Оборотень выпустил горло жертвы, схватил его зубами за бок и, подняв над землей, словно щенка, поволок в заросли.

— Дар Ветер! Вит! — Тая кинулась, было, следом, но тут же запнулась о переплетение кустарника и рухнула наземь. — Дар! — столько отчаяния было в ее вопле, но оборотень не ответил. Еще только краткий миг его белая шкура была видна среди кустов, а через мгновение он пропал. И все стихло — ни треска веток, ни криков боли, ничего…

Тая лежала ничком, подобрав под себя локти и колени, пытаясь унять колотившую ее дрожь. Не сразу поняла, что ей в ухо тычется что-то теплое и чавкающее. Протянула руку, и пальцы ее увязли в пушистой шкурке белого волчонка.

— Альба, как же так? — опершись на звереныша, Тая села. — Как же так, Альба? — она повторила, не в силах осознать произошедшее.

Альба скулил, чувствуя отчаяние хозяйки, вылизывал ее руки, но взгляд девушки потеряно блуждал по сторонам. Наконец, он остановился на перевернутом котелке, в котором совсем недавно горел огонек. Горячие угольки рассыпались по земле и теперь медленно затухали, мерцая и переливаясь, словно жалуясь на судьбу, не желая умирать в темноте и холоде.

Пошатываясь, Тая поднялась на ноги. Подобрала с земли котелок и медленно побрела в сторону тракта.

* * *

Когда Тая вывалилась из кустов, навстречу ей, с противоположной обочины дороги, выпрыгнула Никайя с толстым зайцем в зубах. Оборотница недовольно повела ушами, принюхалась и принялась менять облик. Тая лишь слегка кривила губы, глядя на нее, представляя, как рано или поздно ей придется вот точно также содрогаться в болезненных конвульсиях и клочьями рвать с себя кожу, чтобы трансформироваться.

Тяжело дыша после трудного оборота, женщина уперла руки в бока и посмотрела на Таю тяжелым недружелюбным взглядом:

— Что, не нравится? — от Никайи не ускользнуло выражение брезгливости на Таином лице, и девушка поспешила отвести глаза. — Что здесь произошло? Где мальчишка? Разменяла на котелок? — оборотница скосила глаза на казанок, который Тая держала руке.

— Я нашла Дар Ветра. Он утащил Вита в кусты, — Тая старалась, чтобы голос прозвучал спокойно, но получилось слишком безразлично и оттого неправдоподобно.

Никайя лишь фыркнула:

— Нужно идти искать его.

— Он мертв, Никайя. Белый волк перегрыз ему горло, — перед глазами Таи встало перекошенное от боли лицо Вита, и у девушки дрогнул голос.

Оборотница снова насмешливо фыркнула:

— Искать Белого волка. Он не мог уйти далеко с тяжелой добычей. А до твоего маленького приятеля мне дела нет, хоть он и был неплохим любовником. Для своего возраста и отсутствия опыта, — она лукаво приподняла бровь, и в этот момент из кустов с хрустом и треском выпрыгнул Рэй, тоже державший в зубах добычу. — Только там такие дебри, что даже волку трудно, а тебе и подавно не пройти, — добавила со вздохом.

Быстро оценив обстановку оборотень тоже скинул волчью шкуру и предстал перед женщинами в бесстыдной наготе. Бросил на девушку торжествующий взгляд:

— Так оставим ее здесь. Белого волка она отыскала, больше она нам не нужна. Хотя киска у нее сладенькая. Если уцелеет, на обратном пути подберем, — Рэй осклабился, показав желтые зубы.

— Я пойду с вами, — Тая хотела бы, чтобы это прозвучало сердито и с вызовом, а получилась почти что просьба. Жалкая и несмелая.

Никайя сжала губы в жесткую линию и покачала головой:

— Нет, не оставим. Дар Ветер даже слушать нас не станет без нее.

— Я не собираюсь петь ему серенады, я хочу убить его! — оборотень прорычал, мгновенно приходя в ярость, но под властным взглядом Никайи осекся и замолчал.

— Ты думаешь, это так легко? Белый волк не просто так ушел в Пустоши. Он опасен. Слишком часто он бывал здесь. Пустоши изменили его так, как никого из нас. Он — чудовище. Даже большее, чем ты, Рэй.

Уголки рта бывшего начальника охраны судорожно дернулись, но он промолчал.

— Оборотничество началось в Пустошах, так сказал Дар Ветер, — Тая скорбно свела бровки к переносице. — Что здесь могло так изменить Дар Ветра? Настолько, что он смог убить невинного человека? — при воспоминании о прощальном взгляде Вита у Таи защипало глаза. Хоть она и сердилась на него за ночную выходку, все-таки девушка успела привязаться к парнишке, которому спасла жизнь, и который эту жизнь отдал, думая, что спасает ее.

Никайя пожала плечами:

— Оборотней пытаются выжать в Пустоши, считая, что раз мы пришли к людям отсюда, то это наш дом. Но они ошибаются. Мы боимся этих недобрых мест не меньше, чем люди. А Дар Ветер много бродил здесь, привыкал к их запахам, к их магии. Вынюхивал…

— Что ему здесь нужно?

— Кто ж его знает? Когда-то давно, — при этих словах Никайя мечтательно прикрыла глаза, — он рассказывал мне про Сердце Пустошей. Источник той колдовской силы,