Расслабься, это любовь - Ульяна Николаевна Романова

Я вывел Юльку в коридор, когда к нам подлетел молодой официант:

– А счет кто оплатит?

– Бля, я за него еще и счет закрывать должен, – прорычал я, зверея.

Расплатился, пометив себе в уме, что мажор – покойник. Вышел на улицу, усадил Юльку на заднее сидение тачки, подумал и сел рядом.

Она притихла. Отвернулась, обняла себя руками и смотрела в окно.

– Какого хрена ты с ним поперлась сюда? – не выдержал я.

Она опустила голову, а меня понесло:

– Ты понимаешь, что могло бы случиться, если бы мы с Лех…

Юлька шмыгнула носом, резко развернулась ко мне, и я заметил, как девчонка дрожит, а по ее щеке катится слеза.

И меня мгновенно отпустило. И стыдно так стало…

– Спасибо! Правда. Просто я не думала, что Саша такой… И мы просто погулять договаривались. Римир, я… прости! И спасибо, что вмешался.

– По статистике, восемьдесят процентов преступлений на сексуальной почве совершаются «не такими», – добил ее Леха.

– Ты ее сейчас совсем запугаешь, – осадил я друга. – Все, успокойся, все закончилось хорошо. Иди сюда. Не реви.

Я притянул несопротивляющуюся Юльку к себе, прижал к груди и словил приступ тахикардии.

Сам не понял своих чувств, но на всякий случай прижал сильнее и погладил по голове.

– Не тронет тебя никто, слово даю. Если что – мне сразу звони. Или Лехе.

– Запиши номер, – попросил Леха, кивая.

Юлька не шевелилась, только тряслась как осиновый лист в моих руках. Кажется, до нее только что дошла вся серьезность ситуации и возможные последствия.

Я дал ей время прийти в себя, параллельно решая, что мне делать с этим парнем. Встретиться – это само собой разумеется, но, может, оперов подключить? И надо Лехе намекнуть, что в бар можно еще разок наведаться с проверкой.

Юлька медленно расслаблялась, а я автоматом перебирал ее кудряшки и ждал, когда ее отпустит…

И меня до кучи!

Глава 19

Юля

Я не спала почти всю ночь. Сразу же после того, как Римир с Лехой привезли меня домой, я отправилась не к себе, а к Марку, дабы от души нажаловаться другу на вероломное поведение одного конкретного индивидуума.

Потом мы позвонили Серафиме по видеосвязи, и подруга на всех парах примчалась к нам. Она была похожа на всадницу возмездия, только огненного меча в руках не хватало.

Общими усилиями друзья успокоили меня и отправили домой: принять душ, смыть с себя этот день и лечь спать.

Но сон не шел. Я легла в постель, прижала колени к груди, закуталась в одеяло и… Думала о Соколове. Опять.

О том, как он меня обнимал в машине. Как накручивал пряди волос на палец. И как смотрел…

Друзьям я не стала рассказывать подробности, а вот сама не могла перестать о нем думать.

Это никогда не закончится, да? Я до смерти буду в него влюблена? Потому что чувства мои не то что не проходили – они становились только сильнее.

Утром я была похожа на вареную макаронину: так же шаталась, разваливалась и плохо контролировала свое тело.

С трудом проглотила завтрак, отмахнулась от взволнованной мамы, которая пыталась узнать, что со мной и не болит ли у меня голова.

Умылась, заплела волосы в косу, надела повязку и отправилась грызть гранит науки.

По дороге постучалась к Марку, но его мама сказала, что друг уже ушел.

Пришлось ехать в универ в гордом одиночестве.

Я вышла на своей остановке и набрала номер Марка. Друг ответил сразу:

– Привет.

– Ты где? – кисло уточнила я.

– У ворот с друзьями и Симой стоим. О, я тебя вижу.

Я подняла голову, нашла взглядом друзей и пошла к ним. Марк и трое его друзей стояли в компании пылающей гневом Серафимы.

– Юлька, это Макс, Дэн и Костя, помнишь их? – быстро перечислил имена своих спутников Марк.

– Да, – согласилась я, – всех помню, всем привет!

Мои последние слова утонули в визге тормозов.

Я резко развернулась и машинально спряталась за спину Марка, когда заметила, что машина мне знакома, а водитель…

С водителем все без слов было ясно. Сердце, как всегда, отреагировало первым, когда Мир вышел из машины, на ходу снимая темные очки. Следом шел незнакомый мне мужчина, такой же суровый и хмурый, как и Соколов.

Я икнула от неожиданности, а парни как-то по-своему поняли мою реакцию и спрятали меня за спины.

Соколов осмотрел нашу композицию, подошел ближе и приподнял одну бровь, при этом ни на секунду не отрывая от меня взгляда.

– Римир? – обалдела Серафима, – ты что тут делаешь?

Мир смотрел на меня, скромно прячущуюся за спиной трех парней. И на лице его не было ни единой эмоции. Вообще! Неподвижная маска какая-то, даже брови не нахмурил.

– Павлин ваш где учится? Юля!

– Кто? – не поняла Серафима.

– Придурок, с которым твоя подруга вчера «погулять» ходила, – объяснил ей Соколов.

Мамочка, я совсем забыла, что Мир обещал разобраться, а у него слово с делом не расходилось никогда.

– Его нет сегодня в универе, – непривычно серьезно сообщил Марк, – мы сами ждали с пацанами.

Тут вскинулась уже я. Посмотрела в лицо друга и поняла, почему все мы здесь сегодня собрались.

Соколов окинул нас всех тяжелым взглядом.

– И что вы собирались с ним делать? – хмуро уточнил он.

– Объяснить, что Юлька неприкасаема, – гордо ответил ему Марк, – но ни его, ни его друзей сегодня на занятиях нет.

– Молоток. Подрастешь – кувалдой станешь, – похвалил его Соколов.

– Мир, иди домой, – вежливо попросила его Серафима, – мы сами разберемся.

– Да ты что? – иронично протянул Римир. – И как? Будете мочить в сортире?

Мужчина за его спиной хмыкнул.

– Надо – замочим! – бойко решила Сима. – Но без тебя. Это наши дела.

– А ну, быстро все на занятия, – таким тоном приказал Соколов, что мы все дружно развернулись и готовы были хоть сейчас сесть за парты и учиться, учиться и еще раз учиться.

– А он что здесь забыл? – бухтела Серафима, когда мы быстрым шагом шли к входу в альма-матер.

– Он вчера обещал разобраться, – выдала я, – когда меня домой отвозил.

– Это кто? – не понял Костя.

– Брат Серафимы, – объяснил Марк. – Спасибо, парни.

– Обращайся. Если появятся – только свистни, – Костя мне подмигнул.

– Не появятся, в ближайшее время точно, – вздохнула Серафима, – Юль, ты как?

– Нормально. Сима, мне страшно, – призналась я.

– Саню, что ли, боишься? – нахмурилась подруга.

– Нет, я боюсь, что Соколов его сейчас убьет, а потом сядет.

– Какое время настанет, – мечтательно протянула подруга и осеклась. – Не убьет, Юль, он же