Спорим, будет больно! - Кира Фарди

о сданных ЕГЭ действительны два года, но в то же время ставит в тупик: я раньше очень хотела заняться тележурналистикой, а сейчас это желание испаряется, как роса под жаркими лучами солнца.

«Чем же мне заняться? Чем?

Выбор останавливаю на дизайнере городской среды. Рисунок для поступления не нужен, а все остальное у меня есть.

Удивительное дело, но поступаю легко. Первого сентября с волнением стою перед зеркалом, прилаживая прядь волос так, чтобы скрыть шрамы на виске. Но все равно страшно. А вдруг все увидят во мне деревенщину?

– Готова? – папа заглядывает в спальню, удовлетворенно хмыкает и кивает на дверь: – Поехали, подброшу до вуза.

В машине набираю номер Веньки, от отвечает сразу, будто сидит и ждет звонка.

– Варь, готова?

– Д-да.

– Не дрейфь, я буду ждать тебя у фонтана.

Чем ближе мы с папой подъезжаем к университету, тем сильнее я нервничаю. Даже дышать трудно, настолько.

– Варюша, милая, – папа смотрит на меня в зеркало и улыбается. Вокруг его глаз лучиками разбегаются морщинки, а лицо становится добрым-добрым. – Тебе не из-за чего переживать. Ты у нас с мамой умница.

Слабое утешение, но все же я буду не одна, а с Венькой. Хорошо, что у меня есть Венька, хоть какая-то защита в совершенно чужом мире.

Я судорожно выдыхаю, даже не знала, что задержала в груди воздух, и смотрю в окно. «Да, я красивая и умная», – успокаиваю себя.

И сразу перед глазами появляется лицо Арчи и его жадный взгляд, которым он окидывал меня. Тело тут же вспоминает реакцию, которую выдавало на случайное прикосновение мажора.

Черт! Зачем я о нем вспомнила? Зачем? Этот урод остался в далеком прошлом.

Прочь из моей головы! Прочь!

– Варя, ты только не забивайся сразу в уголок. Во время встречи с куратором и группой однокурсников держи голову высоко и улыбайся. Улыбка поможет тебе справиться с волнением.

– Ага, – ворчу под нос. – А дрожащие губы и голос выдадут с головой.

– А ты приглядись к одногруппникам, наверняка тоже будут одиночки. Венька на твоем факультете?

– Нет, пап, он на архитектурном.

Машина делает разворот и въезжает на парковку института. Он находится в здании старинной московской усадьбы, выглядит солидно и богато, а стены цветом напоминают Зимний дворец.

– Т-а-а-а-к, – протягивает папа и оборачивается. А у меня появляется ощущение, что сейчас раздастся барабанная дробь, тело уже готово задрожать от сотрясения. – Ты готова?

Я киваю с секундной задержкой, новая волна озноба прокатывается по коже. Мы выходим из машины. Площадь перед вузом заполнена студентами. Они весело смеются, переговариваются, делятся впечатлениями о лете.

– Пап, ты уезжай, – вдруг встряхиваюсь я. – Мне надо самой, понимаешь…

– Варюша…

– Пап…

Я не смотрю на родителя, привстаю на цыпочки, пытаюсь разглядеть в толпе молодежи у фонтана длинную фигуру Веньки. И вдруг вижу руку, взметнувшуюся вверх. Я радостно отвечаю, оборачиваюсь, посылаю папе воздушный поцелуй и бегу к другу.

– Как ты? – бросается ко мне Венька.

– Нормуль. Мы сейчас куда идем?

– Сначала в вестибюль, нужно посмотреть план дня, наверняка есть какие-то мероприятия, потом надо найти наши аудитории. Я тебя провожу к твоей и побегу к себе. Давай договоримся, во сколько встретимся?

– Ну, сложно сказать, я не знаю…

Настроение поднимается, я чувствую, что радостное возбуждение, царившее вокруг, передается и мне. Хочется куда-то бежать, что-то делать, смеяться, веселиться, развлекаться.

Мы беремся за руки и вливаемся в поток студентов. Сначала первокурсников приветствует в актовом заде декан. Мы выслушали напутствие и побрели искать свои аудитории.

– Тебе сюда, – Венька показывает на дверь с нужным номером.

– А ты?

– Я пойду на этаж выше. До встречи.

Друг отпускает мою руку, и я сразу ощущаю ледяную пустоту, которая колоколом звенит внутри. Под этот мерзкий перезвони я вхожу в аудиторию. В школе я всегда выбирала второй стол: здесь не было под носом учителя, и в то же время я все хорошо слышала и видела. Сейчас поступила также.

Только сажусь, как рядом плюхается рыженькая девчонка. Она встряхивает короткими кудряшками и протягивает руку:

– Давай знакомиться, я Света.

– Варя.

Глядя на ее милое лицо, на нос, усеянный веснушками, я испытываю колоссальное облегчение, мысленно расслабляюсь и успеваю даже посмеяться над собой, что с утра была такой трусихой.

Нашим куратором оказывается совсем молодая педагог, она словно только что получила диплом об окончании вуза. Она мило краснеет, когда рассказывает нам о наших обязанностях, выдает нам студенческие билеты и зачетки.

– Все! Забыли школьные дни, – говорит Елена Сергеевна, звеня голоском. – У вас сейчас начнется совсем другая жизнь.

– От сессии до сессии живут студенты весело, – хохочет сзади мужской баритон.

Мы дружно оборачиваемся: за последним столом сидит, небрежно развалившись модно одетый парень. Его красивое лицо обезображено сейчас мерзкой ухмылкой.

– Выпендрился, мажор, – кривит губы Света. – Уж точно не учиться пришел.

– Представьтесь, молодой человек, – просит куратор, еще больше залившись краской.

– Ну, Антон Уваров, и что дальше? – фыркает парень.

Я резко складываюсь пополам, будто получаю удар под дых. Не могу сделать ни вдоха, хватаюсь за грудь, паника мгновенно затуманивает сознание.

Глава 18

Я сгибаюсь над столом, зажмуриваюсь, пережидаю удар боли. Панические атаки с некоторых пор проявляются у меня именно так.

А в воздухе эхо разносит одно слово:

– Уваров, Уваров, Уваров!

– Варя, что с тобой? – раздается над головой взволнованный голос соседки, а потом мозг пронзает крик: – Здесь человеку плохо!

Куратор бросается ко мне, студенты вскакивают.

– Все в порядке, – я выпрямляюсь. – Приступ уже прошел.

«Это однофамилец, – убеждаю себя мысленно. – В столице тысячи Уваровых, – я оглядываюсь, всматриваюсь в красивое лицо Антона и выдыхаю. – Нет, не похож на Арчи. Совсем.

– Все свободны, – радостно объявляет куратор. Посмотрите расписание. Завтра у вас четыре пары с перерывом на обед. Столовую все найдете, или показать?

– Найдем, – дружно выдыхает аудитория.

Все шевелятся, хотя поскорее свалить из вуза, чтобы отпраздновать первый день новой жизни.

– Ты сейчас куда? – спрашивает меня Света.

– Меня ждет у фонтана друг.

– О, у тебя парень есть?

– Нет. Он просто бывший одноклассник.

– Здорово, что поступила сюда не одна. Познакомишь?

Света хватает меня под руку и тащит к выходу. В коридоре я осматриваюсь, все еще не могу прийти в себя от шока, вызванного знакомой фамилией. И сразу вижу Антона Уварова. Он размашисто шагает впереди, о чем-то болтает с приятелями. Их трое, все высокие, стильно одетые и причесанные. Чувство дежавю накатывает волнами, мгновенно переношусь на год назади чувствую тошноту.

Я еще раз пробегаю взглядом по коридору – Арчи нет. Я, конечно, понимаю, что мой страх глупый и надуманный. Встретить его еще раз – это как прыгнуть в пугающую тьму, где нет ни дна, ни жизни. Но все равно волнуюсь.

– Ты ищешь друга? – оглядывается и Света. – А этот Антон – наглец! Если он так всегда будет вести себя на лекциях и семинарах, нас ждет та еще веселая жизнь.

– Ну, не мы де нарушаем правила, – дергаю я плечом.

– Не скажи. Группа – это коллектив. Из-за одного придурка могут наказать всех.

– Давай, не будем раньше времени переживать.

Говорю, а у самой сердце все никак не успокоится, чувствую аритмию. Нужно выпить таблетку. Срочно. Но не при всех же.

– Давай. Идем?

– А где здесь туалет?

– О, я знаю, где он, пошли.

Я умываюсь ледяной водой. К черту косметику! Не до нее сейчас. Я тайком от Светы проглатываю капсулу с лекарством, запиваю ее водой. Еще бы подавить тошноту, поднимавшуюся из желудка, но с ней смириться можно.

Мы выходим из института, и я сразу вижу Веньку. Он с кем-то разговаривает. Незнакомец стоит к нам спиной, крутит на пальце ключи от машины. Вот он хлопает Веньку по плечу, отходит в сторону, и приятель замечает нас.

И опять мне становится дурно, я невольно сжимаю локоть Светы.

– Ты чего? – пугается та.

– Норм.

Нет, так дело не пойдет! Я теперь на каждого высокого парня буду реагировать аритмией? Может, я рано решила начать новую жизнь?

Венька машет мне рукой.

– Хочешь, познакомлю? – я медленно вдыхаю, прислушиваясь к ударам