Нежеланная для серого волка - Александра Салиева

Да вашу ж… лунную!

— Что я тебе говорил на счёт провокаций, красная шапочка? — нисколько не оценил моего красноречия оборотень, выдохнув прямо в губы. — Или у тебя память короткая? Повежливее. Не дерзи.

Ладонь с моего горла, наконец, убрал. Но только лишь за тем, чтобы скользнуть ниже, проведя по линии ключицы, и ещё ниже, поддев подаренную Алексеем цепочку. Замер. Несколько секунд не шевелился вовсе, гипнотизируя задумчивым взглядом украшение.

— Симпатично, — ухмыльнулся Роман и поддел цепочку двумя пальцами.

От подобной близости разум туманился, и в то же время безумно захотелось ему врезать.

Ну что за невыносимый оборотень?

Но всё это померкло в тот же миг, когда он покусился на подарок Алексея. Дёрнулась, дабы перехватить кулон, но не успела.

— Только тебе не идёт, — обронил небрежно, сжав драгоценность.

— Отдай! — потребовала с рычанием, не скрывая злости. — Не тебе решать, что мне идёт, а что нет!

Попыталась разжать его пальцы, но в итоге смогла оставить лишь несколько кровавых царапин на чужой ладони, чья хватка по-прежнему не ослабла. От бессилия была готова расплакаться. Пришлось закусить до боли губу, чтобы сдержать слёзы… Не сдержала. Одиноко скатившуюся по щеке солёную каплю альфа поддел сгибом указательного пальца.

— Так важна? — поинтересовался приглушённо.

В глазах цвета шторма словно льдинки появились.

— Это подарок, — отозвалась негромко, замерев в ожидании.

На его губах расплылась очередная ухмылка.

— От кого? — лёд поселился и в голосе.

— От друга, — проговорила с напряжением, теперь глядя непосредственно на сжатую в кулак ладонь. — Отпусти! — потребовала повторно.

Вот и чем ему украшение не угодило?

— Хорошо, — довольно мирно отозвался альфа.

Выдохнул шумно и отступил немного назад. Смерил меня пристальным оценивающим взором и… дёрнул за цепочку, оставив ту в своём кулаке!

В душе будто бесконечная пропасть разверзлась. Стало так гадко. И жутко обидно. Сам сказал, держаться от него подальше, и сам же припёрся, а теперь ещё устанавливал свою политику!

Скопившиеся за утро негативные эмоции повторно всхлынули до предела в одночасье. Захотелось снова что-нибудь разнести, а ещё лучше причинить боль собственной паре, такую же сильную, какую причинил он мне сам. Не стала отказывать себе в желаниях. Сосредоточила всё своё внимание на стоящем передо мной оборотне и со всей силы ударила по нему альфа-волной, откинув того на несколько шагов назад.

Роман ударился спиной о дерево. Там и остался, осев на траву. Я медленно приблизилась к нему, по-прежнему находясь во власти собственной ярости. К сожалению, цепочку волк так и не выпустил из рук. В серых глазах плескались медные переливы, а сам мужчина продолжал сидеть на сырой земле, подперев кулаком подбородок. Смотрел на меня с такой искренней заинтересованностью, что захотелось окончательно его добить.

— Верни то, что забрал! — прорычала, так и не скрыв свою силу.

Хотелось раздавить ею Рязанова, как какого-нибудь таракана!

Вот же…

Ну что за кусок идиотиума достался в пару?

— Верну, — безразлично пожал плечами Роман. — Как только заслужишь.

Плавно поднялся с земли и с хрустом потянул шею, убрав моё украшение в задний карман своих джинс. Смерил меня с головы до ног очередным задумчивым взором.

— Дура безголовая, — обронил брезгливо и шагнул навстречу, обхватив одной рукой за затылок, а второй за талию, прижимая к себе вплотную. — Ты хоть представляешь, чего мне стоит сейчас сдержаться и не ответить тебе?

Медные всполохи в серых глазах стали ярче, а хватка чужих рук сильнее. Альфа склонился ближе, уткнулся носом в мою шею и шумно втянул воздух.

— Дура… — выдохнул почти беззвучно в повторе.

— Сам дурак, — буркнула, вмиг успокоившись от его действий — наслаждалась ими, чего уж. — Зачем явился? — перешла к насущному.

Ответ я получила не сразу. Оборотень какое-то время делал вид, будто и не слышал вопроса. Просто стоял и медленно вдыхал-выдыхал, прикинувшись неподвижной глыбой.

— Навожу порядок в своей стае… — отозвался хрипло.

Ладонь, покоящаяся на моей талии, с хрустом сжалась в кулак, а меня буквально швырнуло в водоворот чужой похоти, которая отозвалась во мне ещё большим желанием. Пришлось вцепиться в мужские плечи, чтобы устоять на ногах.

Чёртова эмпатия!

— Ты не мог бы думать о чём-нибудь другом? — попросила едва слышно. — А ещё лучше — отойди, — добавила, зажмурившись.

Просто точно знала, если он сейчас не прервёт наш контакт и не успокоит свои желания, я сама на него наброшусь. Но слабая надежда получить избавление растаяла, как только пальцы на моём затылке ослабили хватку… и скользнули вдоль линии позвоночника, слегка надавливая, лаская до того предельно нежно и трепетно, что я растерялась на мгновение.

Не ожидала такого…

Открыла глаза, вернув взор к лицу альфы.

— Если бы мог думать о чём-то другом, нас бы здесь сейчас не было, — запоздало отозвался Роман тихим полушёпотом.

У меня от его голоса дрожь прошлась по телу, а воздух показался настолько густым, что я с трудом вдыхала и выдыхала. Сердце и того хуже — колотилось в груди, будто птица, пойманная в клетку.

— А если ты сейчас не прекратишь всё это, я за себя не отвечаю, — выдавила из себя с огромным усилием, стараясь сохранить остатки разума и не раствориться в обжигающей лавине его взгляда.

— Даже если бы и захотел, всё равно не прекратил… — проговорил обречённо.

Ладони, покоящиеся на моей талии, опустились ниже. Роман подхватил под ягодицы и приподнял, прижимая к себе плотнее, позволяя ощутить всю силу своего желания. Не удержалась, ведомая инстинктами, закинула одну ногу ему на бедро и пару раз потёрлась об него со стоном.

— Потом не говори, что я тебя не предупреждала, — произнесла с рыком. — Ты ведь даже не понимаешь… Что ж, я покажу, — усмехнулась в предвкушении.

Поклебалась ещё с секунду и всё же окутала оборотня переполняющими меня эмоциями. Из горла альфы тут же вырвалось протяжное рычание. Медные переливы окончательно затопили серый цвет глаз.

— Зр-ря… — прорычал он и шагнул к тому самому дереву, о которое совсем недавно ударился по моей милости.

Буквально впечатал меня спиной в древесную кору. И мне бы возразить, но вместо этого обвила ногами его в ответ, прижавшись плотнее, с шумом втягивая в себя озоновый запах, смешанный с пряными нотками возбуждения.

Сумасшествие какое-то!

Никогда и никого я ещё не ощущала так ярко, как Романа сейчас. Словно он стал неотъемлемой частью меня. И вот умом понимала, что надо бы держаться от него подальше, но стоило ему оказаться в непосредственной близости, и я теряла себя.

— Этого ты хотела? — процедил сквозь зубы оборотень, задирая подол платья.

Из груди альфы вырвалось новое рычание. Послышался треск нижнего белья,