Отец жениха - Елена Сотникова

– Тебя кто-то обижает в универе? Проблемы? – хмурится тут же потенциальный жених.

– А ты уже готов выступить храбрым рыцарем и защитить честь принцессы? – перехожу на его юмор.

Отвлечь, отшутиться – и, может быть, пронесет.

– Сомневаешься? – щурится с вызовом.

– Переживаю.

Мы заходим в парадные двери, поворачиваем в сторону и по винтажной лестнице поднимаемся на верхний этаж. Интерьер внутри тоже соответствует духу старины. Строение наверняка имеет свою историю и по самым скромным меркам выстроено в начале прошлого столетия, а то и раньше. Красиво. Атмосферно.

– Переживаешь, справлюсь ли я? Так-то у меня когда-то был красный пояс по тхэквондо.

Судя по обиженным ноткам в голосе, я задела его самолюбие.

– Переживаю, что ты не доедешь до меня целым и невредимым. С твоим-то стилем вождения. Я уже покаталась с тобой, оценила.

Мы, наконец, поднимаемся наверх, минуя крутые ступени, и я замираю, забывая, о чем мы только что разговаривали, пораженная открывшейся взору красотой. Просторная, светлая, увитая с двух сторон цветущими растениями терраса со столиками и удобными диванчиками, с видом на раскинувшийся внизу зеленый парк, кажется маленьким раем, затерявшимся в большом грешном городе.

– Вау! – вырывается невольно.

– Нравится? – гордый собой, тем, что нашел, привел, показал, интересуется Руслан.

– Еще бы! Очень.

– Я знал, что ты оценишь. А еще здесь вкусно готовят. На первом этаже у них общий зал, а вот тут самый кайф. Особенно в хорошую погоду.

Мы выбираем столик, делаем заказ. Радует еще и то, что официант обещает принести еду в кратчайшие сроки. Значит, с голоду не помрем.

– Так что ты там говорила про рыцаря и не успею? – возвращается к прежней теме Руслан.

– Да не обращай внимания. Я просто боюсь скорости. И вытекающих из нее последствий.

– Ты прям как мой отец, – откидываясь на спинку дивана, усмехается он.

Снова напоминая о том, о ком я почти забыла. Это издевательство, не иначе. Я могу пытаться не думать о нем, не представлять, но Марк все равно незримо будет присутствовать рядом, когда я с Русланом. Потому что они похожи. Потому что он – его отец.

– Это как? – интересуюсь вопреки своему желанию.

Багиров-младший как-то странно вздыхает, отводя взгляд в сторону. Кривится, глядя напряженно вдаль.

– Да так. Говорит примерно то же самое.

– Ну это ожидаемо. Мне кажется, любой нормальный родитель волнуется за своего ребенка.

– Волноваться и навязывать свою точку зрения все же разные вещи. Я уже давно не ребенок. – Я чувствую, что в этой фразе заложен гораздо более глубокий смысл, нежели кажется на первый взгляд. Конфликт отца и сына.

– Тебе, конечно, виднее, – киваю болванчиком.

Задавать вопросы более не решаюсь. Захочет – расскажет сам, а лезть в душу и портить хрупкое доверие между нами – не лучшая идея. В конце концов, все психологи в один голос твердят: хочешь вытянуть из человека информацию – слушай его, но не мучай расспросами. Быстрее узнаешь правду.

Так и выходит. Руслан не выдерживает, шумно выдыхая, и трет ладонью гладко выбритый подбородок.

– Понимаешь, скорость, дрифт, гонки – это мое. Я живу этим. Я во сне летаю на предельных скоростях, я в жизни использую любую возможность, чтобы почувствовать этот кайф. Это моя адреналиновая зависимость. Когда я за рулем своей ласточки выжимаю предельную скорость – я живу. Я существую. Я понимаю, что это опасно, но я учился экстремальному вождению с пятнадцати лет у профессионалов и смело могу назвать себя асом. И, наверное, с пеленок мечтал о том, что рано или поздно смогу попасть в большой спорт. Понимаешь? Да я бы попал, мы уже вели переговоры, документы были поданы, но… – он замолкает, цыкая раздраженно, а после и вовсе замыкается, видя, что к нам спешит официант с подносом готовой еды.

Действительно быстро. Я молча наблюдаю, как молодой паренек с бейджиком «Афанасий» расставляет заказанные блюда и складываю полученную от Руслана информацию на отдельную полочку в памяти. Уверена: она мне еще пригодится.

– Отец запретил тебе развивать карьеру в этом виде спорта? – решаю продолжить беседу, когда мы приступаем к еде.

Но момент потерян, и Багиров-младший соскакивает с темы:

– Отец вообще человек сложный и несгибаемый, с ним тяжело. Ладно, давай не будем портить сегодняшнюю встречу и поговорим о чем-нибудь более приятном. Тут, например, просто восхитительно готовят тартар из гребешка. Попробуй, ты в наших краях такой больше нигде не найдешь, – двигает ко мне тарелку с фруктово-морским наполнением.

Я с подозрением кошусь на местный кулинарный шедевр, который так расхваливает Руслан. Выглядит странно. На вкус тоже что-то невразумительное. По крайней мере, я восторга на этот счет не разделяю.

– Необычно, – улыбаюсь вежливо. И, чтобы в будущем пресечь попытку накормить меня всякими непонятными изысканными блюдами, предупреждаю извиняющимся тоном: – Но мне все же нравятся более классические сочетания продуктов. Вот стейк я люблю. И именно такой прожарки.

Руслан сокрушенно качает головой, что я для себя расшифровываю как разочарование моим крестьянским вкусом. Ну что поделать, какой уж родилась.

Дальше мы болтаем уже преимущественно о еде, о личных предпочтениях и вкусах. Багиров-младший расспрашивает о моих кулинарных способностях, об увлечениях. Беседа выходит легкой и местами даже юморной, ровно до тех пор, пока мой спутник неожиданно не пересаживается ко мне поближе, кладет руку поверх спинки дивана и довольно серьезным тоном не спрашивает:

– А почему ты согласилась на этот брак? Я-то ладно, у меня есть причины, а ты?

Я даже перестаю жевать, не в силах проглотить кусок мяса, застрявший в горле. Тянусь к бокалу с безалкогольным коктейлем, запивая и выигрывая для себя несколько секунд.

Как бы странно это ни выглядело, но я оказалась не готова к подобному вопросу. Я почему-то была уверена, что за меня давно все обговорено отчимом и отцом жениха, а выходит, что решена только техническая часть сделки. А моральная сторона остается открытой.

И вот что мне ему отвечать? Правду?

– А какие у тебя причины? – улыбаюсь из-за стекла запотевшего ото льда бокала, отгораживаясь таким способом.

Мне гораздо комфортнее было сидеть, когда Руслан находился напротив и нас разделял стол.

– Так тут все просто. А вот твои мотивы пока туманны. Но ты ведь доверишь сию великую тайну своему будущему мужу? – мягко отодвигая в сторону мой бокал и сокращая и без того критическое расстояние между нами, переходит на проникновенный шепот Багиров-младший.

Наклоняется так близко, что его сухие жесткие губы чертят по моей коже кривую. Обжигая, касаясь вначале щеки, носа, а потом и губ. Я пытаюсь увернуться, но его