Малыш - Элен Ош

и подмигнул пацану, передавая того в руки заботливой Эмили. Что мне нравилось в демоне: она выполняла работу молча. Я покинул комнату. На полпути на первый этаж услышал шепот:

— Джек! Джек!

Повернулся. Шепот исходил из комнаты Нэнси. «Я с утра популярен, все жаждут моего общества». Протиснулся в комнату и с удивлением уставился на Нэнси. Она стояла посреди комнаты и озиралась.

— О, Джек, здорово, что ты дома!

Я едва не рухнул всей тушей на пол: обычно появление монстра в доме наводит ужас, а тут радуются. Я не привык за три дня к таким проявлениям чувств.

«Три дня? Реально, прошло всего три дня? У меня за год не происходит столько событий, как за эти дни».

Дар речи покинул меня, я смотрел на Нэнси и моргал, ожидая, когда девчонка выскажется.

— Джек, что ты видишь в комнате? — спросила Нэнси, а глаза так и сверкали лукавством.

Я медленно обвел комнату внимательным взглядом. Со вчерашнего вечера ничего не изменилось, кроме освещения. Лампа на тумбочке выключена, кровать аккуратно застлана пестрым покрывалом. Я посмотрел на темно-зеленого цвета шторы, которые скрадывали лучи утреннего солнца, перевел взгляд на массивный комод и зеркало на стене. На полу потертый ковер с невзрачным рисунком. Я в недоумении посмотрел на Нэнси.

— Ничего не изменилось, кроме твоего местоположения и отсутствия книги.

— Да, Джек! Ты чертовски наблюдательный!

— Ты ее спрятала? — догадался я. — Но хороший вор легко найдет книгу в комнате с кроватью, тумбочкой и комодом.

— Вот именно, Джек! Он будет искать внутри, а не снаружи, — ликовала Нэнси, а я смотрел на девчонку с темными кругами вокруг глаз после бессонной ночи и думал над словами Мартина: насколько он прав, что Нэнси не справится с даром ведьмы.

Однако видения пацана направляли к цели и давали возможность изменить конечный результат. Вот почему Мартин просил о помощи. Он видел, что сестре угрожает опасность, но знал, кто способен оказать дружескую поддержку. Раз дело касалось меня, значит потребуется умение скрываться, выжидать и нападать. Я ощутил легкое чувство голода и облизнулся.

— Книга лежит снаружи, но ее не видно? — переспросил я, а Нэнси кивнула в ответ. — Заклинание невидимости?

Девчонка вновь кивнула, подошла к подоконнику и прошептала неразборчиво. Морок пропал, и я увидел старинный фолиант.

— Ловко! Хвалю, но как долго держится заклинание?

— Не знаю, не успела проверить, утро настало, — задумалась Нэнси, — но ты проследишь за этим, правда?

— Я?

— Мы уезжаем, — негромко ответила девчонка, — предать земле маму. Окто вызвался сопровождать, чтобы до конца играть роль доброго дядюшки. Тебя я прошу остаться в доме. Пожалуйста, Джек!

Девчонка молитвенно сложила ладони и захлопала ресницами. Я фыркнул. Изображать собаку, охраняя книгу? Нет!

— Я наложу заклятие, а ты только проверишь, насколько его хватит. Мы вернемся быстро, обещаю! У мамы друзей нет, вряд ли кто придет попрощаться, и мы не задержимся.

Нэнси приблизилась и робко прикоснулась ко мне. Я дернулся. Девчонка убрала руку и вновь положила на грудь, поглаживая шершавую кожу. Я выдохнул через нос и сдался.

— Хорошо, я останусь дома. Но как я присмотрю за книгой, если не вижу ее?

— Так и должно быть: чем дольше не увидишь, тем лучше, — успокоила Нэнси и добавила, понизив голос, — я тебя знаю дольше и лучше, чем Эмили. Я не доверяю ей, слишком она исполнительная.

Я хмыкнул, но в словах Нэнси чувствовался смысл. Доверять демонам нельзя, особенно тем, кто старается выбиться из низов. Мы — монстры — останемся там, где обитаем. Нам нет дела до возвышения. Монстрами руководит одно чувство — голод, а утолить его сможет только человеческий страх.

Нэнси и Мартин уехали в сопровождении Окто. Демон вернулся утром, как и обещал, что весьма удивительно, учитывая его принципы: найти жертву, облапошить и смыться. Однако Окто преследовал иную цель, и я не знал, что именно задумали демоны в отношении Мартина. Непростой малыш с невероятными способностями подобен неразорвавшемуся снаряду. Кто возьмет Мартина в ученики?

Размышления прервал звонок в дверь. Я удивился. Принял невидимый облик и замер на верхней ступени лестницы. Эмили отворила дверь.

— Добрый день, я — Розалин Смит, служба опеки и попечительства. Могу я войти?

«Розалин? Вот так встреча! Какими судьбами?»

В последнее время в дом Нэнси и Мартина просто так никто не приходил. Я приготовился к любым неожиданностям.

Не дожидаясь приглашения, Розалин перешагнула порог и с вызовом посмотрела на Эмили. Не знай я, кто из них демон, то усомнился бы в Эмили, настолько приземлилась горничная в присутствии инспектора органов опеки.

Розалин, высокая статная женщина, с аккуратно поднятыми в прическу иссиня-черными волосами, в брючном костюме и туфлях на высоком каблуке походила на бизнес-леди, нежели на инспектора, которого мы видели буквально вчера.

«Однако…", — протянул я и вдохнул тонкий аромат парфюма. — «С чем пожаловали, Розалин? Эмили, ты умеешь разговаривать?»

— Хозяева дома отсутствуют, — безучастным голосом поведала Эмили, — но вернутся к обеду.

— Прекрасно, я их дождусь. Вы свободны!

Эмили вовремя отвела глаза, сверкнув кругами ада на посетителя, однако Розалин не обратила внимания. Заинтересованный взгляд женщины блуждал по обстановке.

— Вас вчера наняли, я так понимаю? — Розалин обратилась к Эмили, не глядя на девушку.

Демон застыла в дверном проеме кухни и грациозно повернулась. Я переводил взгляд с одной женщины на другую и приготовился делать ставки. В воздухе ощущалось напряжение. От Розалин Смит исходили импульсы власти и надменности. В прошлый визит она вела себя уверенно, но учтиво.

Эмили играла роль превосходно: тихая, расторопная горничная, но с чувством собственного достоинства. Однако заносчивость Розалин затрагивала демонические струны Эмили, и я ждал, чем обернется посещение инспектора.

— Вы правильно понимаете, — ответила девушка и добавила, — что вам предложить: чай или кофе?

«1:0 в пользу Эмили», — я заделался тайным комментатором и потирал лапы от предвкушения.

— Спасибо, воздержусь, — бросила в ответ Розалин и опустилась на диван.

Однако, стоило Эмили скрыться на кухне, как инспектор подскочила и описала по залу круг, ступая неслышно. Высокий каблук ни разу не цокнул по полу. Розалин закрыла глаза, подняла правую руку и медленно водила по воздуху вокруг себя.

«Ух, да ты ведьма! Счет 1:1».

Инспектор замерла, прислушиваясь к внутренним ощущениям, рука сканировала пространство в стороне лестницы. Розалин подошла ближе, склонила голову.

— Интересно, — прошептала женщина и вошла в небольшой коридор, ведущий к черному ходу.

«Стоп-стоп, туда нельзя! В подвале… Ух, черт!»

Розалин коснулась стены и неспешно продвигалась вглубь коридора, скользя рукой по деревянной обшивке. Для чужих глаз дверь сокрыта, но Розалин не простая женщина: ведьма учуяла место силы старой бабки.

Я метнулся на кухню, предупредить Эмили об опасности. Проявляться перед ведьмой, не зная ее возможностей, чревато даже для монстров. Но кухня встретила меня пустотой, лишь в духовом шкафу запекался в одиночестве пирог с мясом.

— Эмили? — прошептал я и рыкнул от досады. — Куда ты делась, чертовка? Испарилась, ушла!

Я пулей вылетел из кухни, по ходу задел набор ножей на рабочем столе. Те с грохотом упали. Я надеялся, шум отвлечет Розалин, и она оставит попытку проникнуть в подвал.

«2:1 в пользу ведьмы».

Дверь подвала оказалась открытой. Я проник следом и успел застать Розалин на горячем: женщина рыскала по шкафчикам, потрудилась достать книги, которые удерживали ножку стола. Инспектор быстро пересмотрела их и отбросила за ненадобностью:

— Не то, все не то!

«А вот и ответ: кто послал Кристиана на задание. Парень не справился, пришлось заняться поиском книги самостоятельно? А ты хитра, Розалин! Так удачно работаешь в органах опеки, всегда есть доступ в дома, где живут дети. И так выгодно, когда они становятся сиротами, а тебе позарез нужно пробраться в дом!»

— Что вы здесь делаете? — голос Эмили раздался с верхней ступени.

«Ты почти вовремя! Надеюсь, причина исчезновения уважительная: слетала предупредить Окто о незваной гостье?»

— Я пришла с проверкой условий жизни ребенка, который остался без родителей. И что я вижу? — воскликнула Розалин, на ходу придумывая оправдание. — В доме сектанты? Я обязана проверить остальные комнаты.