Крафтер (СИ) - Александр Сергеевич Сорокин

них, высокий, худой, с тонкими усиками и бледным лицом, медленно достал карманные часы, открыл их и, удовлетворенно кивнув, пробормотал:

— Точно по графику.

За ним из машины извлекли длинный черный футляр. Я сощурился. Гроб. Они привезли мне гроб.

— Григорий, — медленно протянул я, поворачиваясь к дворецкому, который выглядел так, будто собирался испустить дух прямо здесь и сейчас. — Не хочешь объяснить?

— Э-э-э… — промямлил старик, нервно поправляя воротник. — Видите ли… Когда… э-э… когда вас… считали… ну… того…

— Мертвым? — подсказал я.

— Да! Вот! — воскликнул он, словно я только что решил за него сложнейшее уравнение. — Тогда я, э-э, по традиции, заказал похороны! Ну, чтобы все было как положено! Но… потом… как-то… забыл отменить…

Настасья, до этого скромно выглядывающая из-за двери, шумно осела на ближайшую табуретку.

— Свят-свят-свят…

Я глубоко вздохнул, с трудом сдерживая смех.

Тем временем похоронщики, не обращая внимания на наш разговор, методично раскладывали вокруг машины черные бархатные ленты, создавая впечатление жутковатой сцены из театральной постановки.

Высокий с усиками, очевидно главный среди них, сделал шаг вперед и с важностью объявил:

— Похоронное бюро «Вечный покой» готово выполнить свой долг. Где тело барона Льва Морозова?

Я картинно оглядел себя, похлопал по груди, потом по плечам.

— Хм. Кажется, оно прямо перед вами.

Усики нервно дернулись.

— Простите… Что?

Я усмехнулся и склонил голову набок:

— Не хотите проверить? Вдруг я просто очень хорошо сохранился?

Похоронщики на мгновение застыли, переглядываясь.

— Прошу прощения… — переспросил главный, его тонкие усики вздрогнули. — Вы… э-э… не умерли?

Я широко улыбнулся:

— Ну, если и умер, то, похоже, воскрес. Или я просто слишком упрямый для смерти.

Двое его подручных, широкоплечий молчун и худой, как подсвечник, субъект, неловко переглянулись.

— Такого в договоре не прописано… — пробормотал один.

— Ну, технически, если он сам говорит, что живой… — задумчиво протянул второй, но главный отмахнулся.

— Погодите! — Он снова повернулся ко мне. — Но… у нас все документы в порядке! Свидетельство о смерти подписано! Гроб заказан! Ритуальные услуги оплачены!

Григорий нервно закашлялся и, кажется, попытался вжаться в тень крыльца. Я прищурился:

— Оплачены?

— Ну… нет, конечно, — похоронщик нервно усмехнулся. — Но это уже мелочи!

Я скрестил руки на груди:

— Так, погодите. Вы пришли хоронить меня бесплатно?

— Эм…

— Это что же, промоакция? Первый клиент в подарок?

Похоронщики снова переглянулись.

— Нам велели забрать тело! — неуверенно заявил усатый, но теперь в его голосе было куда меньше пафоса.

— Ну так забирайте, — великодушно махнул я рукой. — Если сможете.

Он замер, потом окинул меня взглядом с головы до ног. Я посмотрел на него в ответ. Мы молчали.

Позади меня Настасья судорожно крестилась, а Григорий выглядел так, будто готовился к побегу через окно. Один лишь Матвей Семёнович буднично листал газетку на веранде.

— Эм… — похоронщик кашлянул в кулак. — Видимо, произошла… неловкая ошибка.

— Видимо, — согласился я.

— В таком случае, нам… наверное, стоит…

— Разве вы не оставите гроб в качестве компенсации за моральный ущерб? — невинно поинтересовался я.

Тут даже Григорий фыркнул. Похоронщики спешно сгребли свои черные бархатные ленты, упаковали гроб обратно в машину и, не теряя ни секунды, скрылись с территории особняка.

Я проводил их взглядом, затем повернулся к Григорию:

— Забавно. Может, закажем им чаю на следующую встречу?

Тот лишь тяжело вздохнул и прикрыл лицо рукой.

Я улыбнулся и вернулся в дом, оставляя за спиной недоуменных слуг и воспоминания о собственной «смерти».

Возле входной двери валялся мой мешок с драгоценностями — к счастью, хоть его я не потерял. А вот деньги, которые я вчера столь бережно извлек из сейфа… Исчезли. Очевидно, я их успешно прокутил.

— Лиха беда начало, — философски произнес я, закидывая мешок на плечо. — Еще заработаем.

Но пора бы уже разобраться, куда меня занесло. Я повернулся к Григорию, который после утреннего стресса выглядел лет на десять старше.

— Григорий, где мы находимся? Я имею в виду не просто город, страну, а что это вообще за мир? Какие тут порядки, власть, технологии?

Дворецкий кашлянул в кулак и поправил манжеты.

— Милорд, думаю, вам стоит воспользоваться интернетом. И… ну… померить температуру? Возможно после вчерашнего еще не отошли.

Я приподнял бровь.

— Температуру? — подняв руку я потрогал свой лоб. — Не, все нормалдос. Что там за интернет такой?

— Интернет, — повторил он. — Это… э-э… сеть знаний. Там можно найти информацию обо всем, что вас интересует.

— То есть нечто вроде библиотеки?

— Гм… В некотором роде.

— Ладно, допустим. И как мне попасть в этот ваш… интернет?

— Через компьютер.

— Через что?

Григорий тяжело вздохнул, поняв, что мне потребуется более основательное объяснение.

Он провел меня в одну из комнат, где стоял странного вида стол с чем-то, что отдаленно напоминало магический верстак, но в гораздо более… примитивном исполнении. Григорий сел перед ним, нажал пару кнопок, и вдруг… передо мной засветился прямоугольный экран.

Я замер.

— Это что, зеркало?

— Нет, милорд, это монитор.

— Похоже на зеркало.

— Но это не зеркало.

— Тогда зачем он светится?

Григорий собрал остатки терпения.

— Это сложная магия.

— Ха! Это, должно быть, самая примитивная магия, что я видел.

Странное дело, но ауры в предмете я не ощущал. Должно быть, кто-то могущественный сотворил данный агрегат и спрятал все проблески силы.

— Это не магия, милорд.

— Да-да, конечно, не магия. И еще скажи, что это не магический артефакт.

— Это не магический артефакт.

Я подозрительно посмотрел на «компьютер».

— Ладно. И что с ним делать?

— Вот тут клавиатура, вот тут мышь.

— Мышь?

— Неживая.

— Уже лучше.

Григорий терпеливо объяснил, как работает это устройство, а я тем временем делал пометки в уме. Система была… нелепой, неудобной и раздражающе медленной.

Но. Если я хотел быстро разобраться в этом мире, мне стоило освоить этот шайтан-аппарат. Я сел за стол, потёр руки и принялся за изучение.

Григорий, видимо, решив, что свою часть миссии он выполнил, направился к выходу, но на пороге вдруг замешкался и, явно робея, спросил:

— Милорд… Простите за дерзость, но… Где моя «Ласточка»?

Я обернулся и широко ему улыбнулся.

— Всё зашибись, Григорий. Позже разберемся.

Он ничего не ответил, лишь с силой зажмурился и удалился прочь, вероятно, проклиная тот день, когда в древнее поместье приехал Морозов.

Я работал с этим странным устройством, называемым «компьютер», и всё больше поражался его возможностям.

Нет, правда. Никаких бесконечных фолиантов, библиотек с пыльными полками, поисков редких манускриптов! Просто нажал несколько клавиш и вот она, информация, прямо перед тобой! Я был в восторге.

Мир, в котором я очутился, назывался Землей. Обычное, приземлённое название. Никакой загадочности. Зато государство, в котором я находился, именовалось Российской Империей. Империей!