Запрет - Элла Александровна Савицкая

наверное, лет тридцать, если не больше.

Стол накрыт клеёнкой в цветочек, а в центре – сахарница, стопка кружек и блюдо с сушками.

Эта обстановка напоминает мне дом бабушки и дедушки. Когда я была маленькой, мы ездили к ним в деревню, и всё там было почти таким же.

От разглядывания меня отрывает приглушенный голос тёти Марины, и явно недовольный Руслана, доносящиеся из глубины дома.

– Может, он действительно занят? – прислушиваюсь к его тону, все еще пытаясь понять, чем вызван негатив в нашу сторону.

Славик пожимает плечами.

– Не знаю.

– Так, Руслан присоединится к нам позже, – в дверном проёме показывается тётя Марина.

Снимает с крючка фартук и завязав его за спиной, ставит на плиту чайник.

– Мы с тобой еще не познакомились, – доброжелательно оборачивается ко мне. – Ты Даша, да?

– Да, – улыбаюсь ей.

– Я Марина Анатольевна. Можно просто тётя Марина. Как твоя нога?

– Уже хорошо, спасибо.

– Ну и прекрасно. Вы голодные, дети? Есть рис и капуста тушеная.

– Нет, спасибо, – мотаю головой, – я только недавно поела.

– Я тоже, – подхватывает Славик.

– Ну, смотрите. Тогда чай.

– С конфетами, – лезу в рюкзак и достаю оттуда пакет с шоколадными трюфелями, которые привезли отцу. – Угощайтесь.

– Ой, вы кушайте, дети, мне незачем.

– Нет—нет, чай пьем мы все, значит и конфеты тоже едим все.

Рассмеявшись, хозяйка достает из ящика тарелку, и я выкладываю на неё конфеты.

– Ну рассказывай, вы откуда приехали к нам?

Как—то так выходит, что разговор завязывается легко. Тётя Марина оказывается приятной женщиной. Она угощает нас вкусным чаем с бергамотом, достаёт клубничное варенье к бубликам, поддерживает нашу ненавязчивую беседу.

Когда она ударяется в воспоминания о детстве Руслана, я не замечаю, как заслушиваюсь. Глупо улыбаясь ее рассказам, царапаю ногтем выцветший рисунок на клеенке, а когда поднимаю голову, натыкаюсь на взгляд объекта нашей темы разговора. Руслан стоит, подперев плечом дверной проём и наблюдает за моим пальцем, скользящим по клеёнке. Я рефлекторно застываю и убираю руку со стола.

– О, ты освободился? – замечает его тетя Марина, – Садись давай. Даша такие конфеты вкусные принесла, пальцы можно слопать. Я в жизни таких не ела.

– Ты пей, ма. Я потом, – сухо отвечает Руслан.

– Я уже допила. Садитесь пообщайтесь. Гости к тебе все—таки пришли, а не ко мне.

Руслан подходит к столу и садится на её место, так как стульев только три. Я пытаюсь понять по его лицу его настроение, но судя по выражению, оно улучшилось не на много.

– Чем это ты таким занимался? – с издевкой толкает его локтем Славик.

– Да алгебру он учил, – отвечает вместо Руслана мама.

– Мам, – он недовольно закатывает глаза.

– Что? Секрет что ли? У Руслана беда с этими всеми точными науками, – тетя Марина опускает перед ним чашку.

– Нормально у меня всё, – чеканит он сквозь плотно сжатые зубы.

– Ну да, нормально. Как поступать будешь, ума не приложу.

– Так давайте я помогу, – выпаливаю я, не раздумывая.

Есть у меня такой грешок – озвучивать свои мысли раньше, чем их обмозговать.

На меня тут же устремляются три пары глаз.

– Я хорошо разбираюсь. У меня одни пятерки. Вообще по всем предметам, – тараторю на одном дыхании.

Бровь Руслана издевательски ползет вверх, а до меня только сейчас доходит, что звучит все так, будто бы я хвастаюсь.

– В том смысле, что я могу помочь с алгеброй. И с геометрией.

– Не надо, – буркнув, Руслан делает несколько глотков чая и тянется за бубликом.

– Что значит не надо? – подхватывает мою идею его мама. – Очень даже надо. Дашенька, если тебе не сложно, то было бы прекрасно.

– Мне не сложно.

Хруст разламываемого бублика разносится по кухне, и я замечаю, как несчастная выпечка становится крошкой в кулаке Руслана.

– Решено, можете начинать хоть сегодня. Русик, ты же понимаешь, что это лучший вариант. Нанять учителя у нас денег нет, а нужно чтобы тебе просто кто—то объяснил материал.

Окрыленная идеей хозяйка испаряется из кухни, оставив меня на растерзание ее сына.

– Кто тебя за язык тянул? – пилит меня взглядом Руслан, высыпая на клеенку то, что осталось от бублика.

– Я помочь хочу.

– Я тебе так—то тоже предлагал помощь и не раз, – заявляет Славик.

– Идите вы оба, – закидывает в рот новый бублик Руслан.

– Бери конфету, – пододвигаю ему мою самую любимую, с миндальным орехом.

– Не хочу.

– Она вкусная.

– Ну, ты и ешь.

– У меня дома есть. Угощайся.

По взгляду Руслана понимаю, что делать этого он не собирается.

Непонимание, что начало копиться еще с момента как мы пришли, вырывается наружу. Я складываю руки на груди и склоняю голову, смотря ему прямо в серьезное лицо.

– Слушай, в чем дело? Что мы такого сделали, что ты так с нами разговариваешь? Еще вчера всё было отлично, на сколько я помню.

– Я не люблю, когда приходят без приглашения, – отрезает он холодно.

– Я всегда к тебе прихожу без приглашения, – замечает Славик.

– Это ты.

– То есть, у тебя претензии именно ко мне? – крепче сжимаю пальцы, чувствуя, как обида закручивает внутренности. – Мне уйти?

Руслан переводит на меня взгляд, а я дышать перестаю. В висках начинает стучать. Уже заранее знаю, что он скажет.

– Уйди.

Знаю, но оказываюсь не готова услышать. Пульс в мгновение достигает максимума. Горло перехватывает.

Мы сталкиваемся взглядами, ведя какую—то непонятную борьбу. Я проваливаюсь в его колючих глазах, лечу куда—то, а когда уже собираюсь встать, чтобы выполнить его пожелание, вдруг слышу рассерженный мужской голос, доносящийся из глубины дома.

– Маринка, ты дома?

Руслан замирает.

И я, ведомая его реакцией, тоже.

Почему? Пока не понимаю, просто смотрю на него и вижу, что выражение его лица меняется.

– Да, Федь, – доносится тепло в ответ.

– Есть что поесть у нас? Представляешь, я двое суток пахал на этого упыря, а он сегодня меня выставил, – раздается заплетающимся языком. – Ну не ссссука?!

Атмосфера в кухне мгновенно становится тяжелой и давящей. Желваки на лице Руслана вздуваются, губы складываются в тонкую линию.

А я от накатившего волнения вытягиваюсь струной.

– Федь, тише, у нас гости, – осаждает его тетя Марина.

– Гости? – мужская фигура занимает дверной проем, и я напрягаюсь еще сильнее.

По шатающейся походке понимаю, что выпил отец Руслана не мало. А то, что это он, сомнений нет. Этого мужчину я тоже хорошо запомнила.

– Опааа. Какие люди и без охраны.

– Здрасти, дядь Федь, – поворачивает к нему голову Славик.

Он не выглядит удивленным, вероятно привык видеть его таким. В отличии от меня. Я боюсь пьяных людей. Мой дедушка пил. Сильно. И бабушку бил. Я один раз была