Жуля, я и снежный роман - Ана Ховская
– Думаешь, слишком нарядно? – вздохнула я. – Но, в конце концов, у нас в доме симпатичный мужчина и почему бы не выглядеть красиво в Новый год?
Жуля мельком покосился на меня, моргнул, нетерпеливо поёрзал задом и облизал нос.
– Видел, как у него чёлка лежит, модная такая? Ему и укладка не нужна.
Жульен усиленно продолжил трудиться над «педикюром».
– А ты заметил, какие у него чистые лапы? Для сантехника прямо диво дивное. И вообще, какой-то он… прям аккуратный милаха, да?
Снова оглянулась – Жуля невозмутимо вылизывал другую лапу.
– Н-да! Ты, конечно, очень внимателен.
Тот фыркнул и, не моргая, уставился на меня.
– И что ты смотришь осуждающим взглядом? Думаешь, я Вадика предаю? – снова оценивающе посмотрела на себя в зеркало и поправила волосы у декольте. – Вовсе нет. Да и ему, похоже, всё равно. Даже не позвонил до сих пор: как я, где я, может, уже окочурилась тут от холода или медведи загрызли по дороге… Короче, сантехник так сантехник, в конце концов, я ни к кому в постель не лезу. Мы классно проведём Новый год!
Жулька чихнул и спрыгнул с кровати.
– Твоя правда, – ухмыльнулась я и вышла в коридор.
Иван замер, когда увидел меня в платье.
Ясен пень, перестаралась немного. Но я же девочка!
Улыбнулась и исполнила смешливый реверанс:
– Праздник должен быть во всём!
Жуля поддержал звонким радостным «гав» и прыгнул на свою подушку. Иван потянул уголки губ вверх и показал два больших пальца.
– Люблю молчаливых пассажиров, – усмехнулась я и жестом пригласила к праздничному столу. – Оторвёмся по полной! Такое редко случается, но сегодня я готова напиться!
Иван разлил вино, и мы чокнулись за начало прекрасного вечера. Некоторое время мы ели молча –так проголодались, пока готовили, даже у Жульки за ушами трещало, а потом обмякли в креслах. Иван цедил вино через трубочку, иногда неловко ловя её губами. Я прыскала в ладошку, отворачиваясь к телевизору. Он лишь косился беззлобно, иногда покачивая головой.
А потом по телевизору запели «В лесу родилась ёлочка», и Жуля с подвыванием заплясал на задних лапах. Мы ухахатывались. На волне искрящегося настроения я подхватила манюню за передние лапы и закружилась с ним у камина, подпевая артистам.
«Вы всегда так празднуете Новый год?» – спросил Иван, когда я, запыхавшись, упала в кресло и пригубила вина.
– О, нет. Это наш первый дикий Новый год. Первый зимний отпуск за много лет.
«Почему не с друзьями?»
– Ну… какие у меня друзья на земле? С моей разлётной жизнью некогда поддерживать дружбу. Все по своим компашкам, – призналась с грустной улыбкой. – Мои друзья – это коллеги. Практически все праздники я с ними. Хотела, наконец, отпраздновать на земле и вот…
Забудь ты о Вадике с родителями и придуманным предложением. Хотел бы, давно сделал!
И живо состроила комичную рожицу:
– …вас чуть не пришибла, сама чуть в ледышку не превратилась, если бы не вы…
«А почему не с родителями?»
– О, это отдельная история.
Иван с лёгкой усмешкой опустил глаза.
«Не дружите?»
Я неопределённо пожала плечами.
– На самом деле, забавно выходит: мать замужем в третий раз, с каждым её мужем у меня прекрасные отношения, но с маман у нас, видимо, дружба утонула ещё в околоплодных водах… Нет, не то чтобы я какая-то ненормальная… или она…
Ё-моё, и зачем я оправдываюсь? Ну и шут с ним… Хорошо-то как!
Допила вино и протянула бокал Ивану.
– …но просто каждый мой визит – это разработка стратегии, как выдать меня замуж, а каждый день присутствия на земле превращается в тотальный контроль всей моей жизнедеятельности.
«Вот и ответ, почему вы выбрали небо».
Я рассмеялась. Хотя, проблёскивает в этом зерно истины.
«А замуж, значит, не хотите?» – лукаво улыбнулся он.
– Нет, почему же… Я хочу! – округлила глаза.
Стоит ли ему говорить про Вадика? Так хорошо сидим… Нет, бросил, вот и оставайся беспамятным!
– Но я в прямом и переносном смысле летаю в облаках, – закатила глаза и со смешком пожала плечами.
А вообще банально – никто не предлагает. Смешно даже! В школе я всем девчонкам поперёк горла была, в универе отбивалась от парней до самого выпуска, а как ушла в небо, хоть бы один предложил. Толку с моей внешности: все только пялятся, а как что, сбегают. Вот и Вадик, похоже, давно лыжи смазывал…
Глубоко вздохнула и откинулась на спинку кресла.
«А возвращаться собираетесь?» – склонился ко мне Иван, а в глазах мелькнуло что-то загадочное.
Я на мгновение зависла. Так было уютно и хорошо, голова приятно кружилась, всё казалось лёгким, непринуждённым.
И почему не он мой парень? Я бы сейчас его поцеловала… И весь отпуск нежились бы у камина… кувыркались в снегу…
Перед глазами даже поплыло. Я пьяно моргнула и тряхнула головой, смущённо теребя чёлку.
Ё-моё… ясен пень – алкоголь резвится…
– Обязательно, как только будет нелётная погода, – усмехнулась и снова осушила бокал. – Давайте шампанского?
Иван кивнул и, подавая бокал, набрал: «А как с Жулей управляетесь? Кто с ним, когда вы в рейсе?»
– Основное время Жуля проводит с… соседкой.
Снова потеребила чёлку, не желая вспоминать Вадика, и чокнулась с Иваном, который всё ещё цедил первый бокал.
– Я понимаю: заводить собаку при такой жизни безответственно. Но, когда увидела его на парковке, грязного, с жуткими колтунами, видно, давно брошенного, да ещё и с перебитой лапкой, просто не смогла пройти мимо…
Манюня, заслышав, что говорят о нём, тут же прыгнул на колени и потёрся боком о декольте.
– Ведь совсем малыш был, – почесала его за ушком. – Вылечила, пригрела, а отдать в приют – жалко стало. И честно сказать, он самое дорогое существо на свете. Слушает, как человек, почти всегда отвечает, всегда так искренне рад мне…
«Мне кажется, есть люди, которые тоже вам очень рады», – со слишком пристальным взглядом протянул телефон Иван.
Я смущённо улыбнулась, опустив глаза на Жулю, и тут же испуганно вскрикнула:
– Жуля! Ах ты зараза!
Тот держал в зубах осколок ёлочной игрушки. Ведь может проглотить!
Жулька испуганно выронил стекло, дёрнул от меня через стол – и опрокинул почти полную соусницу на Ивана.
– Жуля! – вскочила я и оторопела, глядя, как густая красная жижа стекает по джинсам Ивана.
