Мы - последствия баланса - Ирина Игоревна Голунцова

Говоря об этом, мужчина не сводил пристального взгляда с ученицы, отчего в ее голове вспыхнул вопрос: «это что, камень в мой огород?». Пряча лицо за чашкой, от которой поднимался дурманящий аромат, девушке не составило труда сохранить невозмутимость.

— Но… почему все же мы его никогда не видели?

Энакин, в отличие от девушек, не притронулся к кофе. Видимо, ему больше требовался ромашковый чай.

— В этом… есть определенная тонкость, — несколько замялся Оби-Ван, — я сам удивился, ведь мы тоже его никогда не видели, и ответ оказался весьма очевидным. Просто ему сто тридцать семь лет.

— Пф! — От услышанных слов Алена поперхнулась горячим напитком и пролила часть на пол, пришлось вытереть подбородок. — Сколько-сколько?

— Выглядит он явно не на сто тридцать семь, — согласился Энакин, растерянно поглядывая на Алену, которой Падме передала салфетку.

— Существует несколько техник, которые позволяют накапливать энергию и поддерживать молодость организма. Человек не становится бессмертным, однако он может воздействовать на свой метаболизм, а при ранениях ускорять регенерацию.

— Некоторые джедаи владеют этой техникой даже сейчас, — поддержал Мейса Оби-Ван. — Например, магистр Йода. Его возраст насчитывает не первое столетие, но как видно, организм имеет свои лимиты. Вечно жить не получится.

— А что насчет той женщины, которая напала на нас вчера? — Подключилась к разговору Падме. — Удалось узнать, кто она?

— К сожалению, в наших архивах о ней нет ни слова. Возможно, качество изображения было плохое.

— Простите, но полиция и так хотела нас посадить в обезьянник, — сообщила Алена. — Но судя по способностям, а также внешнему виду, могу заключить, что это ведьма с Датомира. Сестра Ночи.

— Повезло, что она была одна. Однако все же есть вероятность, что она не связана с Гавриэлем.

— Но с кем тогда? — злобно уточнил у Оби-Вана Энакин. — Мы искали этого ситха, и женщина хотела что-то сказать мне, успела только произнести «он ошибался, в вас нет никакого проку», но…

Алене пришлось коснуться Энакина Силой, чтобы напомнить об излишней болтливости. Парень обратил к ней недовольный, обиженный взгляд, и повисшая пауза выглядела чересчур подозрительной.

— Но? — уточнил Оби-Ван.

Отведя взгляд от Алены, парень добавил:

— Но она попыталась напасть. Если бы не Алена, возможно, и убила бы.

Не злость уже одолевала Энакина, а чувство, которое разделяла Алена — негодование и возмущение, немой вопрос «почему ей/ему можно, а мне — нельзя?».

— Мой информатор также беспокоится, что он станет следующей жертвой нападения.

— Не думаю, что вашему информатору, сенатор, действительно стоит беспокоиться, — рассудила Алена. — Если бы Гавриэль хотел напасть на него, то сделал бы это в то же время, что и ведьма. Сейчас ваш информатор, скорее всего, позаботился о повышенных мерах предосторожности и безопасности.

— Если они не напали одновременно, то женщина действовала самостоятельно? — предположил Оби-Ван. — Как ты сказал, Энакин? «Он ошибался, в вас нет никакого проку»? Может, у них возник конфликт.

Вполне рациональное объяснение, нередко у амбициозных людей, объединенных целью, но не боевым духом и доверием, возникают подозрения и конфликты. Эта мысль заставила каждого задуматься, но первым паузу прервал Мейс Винду:

— Может быть все, что угодно, гадать нет смысла, однако предположить, что у Гавриэля окажется еще больше недовольных союзников — вполне. Попытка повторного нападения велика, но нужно попытаться отыскать ситха и устранить угрозу. Сенатор Амидала, сейчас для вас находиться на Вустри довольно опасно, поэтому рекомендую покинуть планету как можно быстрее.

— Я не согласна, магистр. Я вполне могу постоять за себя.

— Ваша смелость не подвергается сомнениям, сенатор, — сказала Алена, — однако магистр Винду прав — мы имеем дело с носителями Силы, а не обычными наемниками. Будь вы вчера в апартаментах, то могли бы пострадать.

— Она права, Падме, тебе лучше уехать, — довольно сухо произнес Энакин, даже не смотря на собеседницу. — Мы пробудем на Вустри пару дней, попытаемся отыскать этого Гавриэля и его последователей. И твоему информатору тоже следует улететь.

— Нет, не согласна, — вмешалась Алена, поймав на себе растерянные взгляды. — Если ее информатор улетит, то за ним с высокой вероятностью отправится Гавриэль и его последователи.

— Но этой ночью он не напал, — возразила Падме, — с чего нападать сейчас?

— Это как минимум заставит их покинуть планету вслед за информатором, может подтолкнуть. Я надеюсь, что они, скорее, обрушат на нас с Энакином злость и выйдут из тени, однако не хочется рисковать. К тому же вы сказали, что ваш информатор позаботился о своей защите.

После столь громогласного заявления в комнате воцарилась угнетающая тишина, разбиваемая пением птиц, которое заносил ветер из открытого окна. На этот раз апартаменты расположились с видом на огромное озеро, откуда никто не сможет подкрасться незамеченным.

— Сенатор, возвращайтесь на Корусант, — поставил точку в разговоре Винду. — А вы двое действуйте менее вызывающе. И постарайтесь не умереть.

Провожать сенатора Амидалу до шатла Алена не стала, и до того хватило неловкости и напряжения между ними с Энакином. Пусть попрощается со своей принцессой наедине. Даже от мысли, что между этими двумя есть связь, девушку передергивало. Не сказать, что в ней говорила ревность. Хотя, почему нет? Она ревновала свободу выбора, которой ей не хватало долгие годы.

Успокоить мысли помогла медитация в парке. Спокойный климат Вустри, густая растительность, которая поглощала звуки города, идеально подходили для уединения. Алена не боялась, что на нее нападут; вчера ее разум затмили эмоции и звуки с улицы, теперь она будет осторожнее. К тому же им требовалось выманить Гавриэля, если повезет — сам придет.

Только спокойно не сиделось, чтобы подавить излишние переживания, пришлось перейти к физическим упражнениям. Хочешь отвлечься от раздражения на окружающих — медитируй в стойке на руках, начнешь думать только о том, как бы не упасть. Будучи юнлингом, Алена по глупости едва не испортила суставы в кистях, полагая, что действительно нужно стоять на руках, а не поддерживать себя Силой.

Прохладный ветер мягко гладил кожу, свет, проскальзывающий между листвой, игриво падал на закрытые глаза. В воздухе пахло сыростью и землей. Алена слышала малейшие шорохи и волнения в Силе, поэтому подкрасться незамеченным к ней вряд ли бы кому удалось.

Аккуратно опустив ноги на землю, Алена открыла глаза.

— Подкрадываться ко мне во время медитаций бесполезно, — подметила Алена, обернувшись к скрывающемуся за деревом человеку: — Сенатор покинула Вустри?

— Да, я проводил Падме.

— Хорошо, теперь ей точно ничего не будет грозить.

— А ты не боишься, что на тебя опять нападут? Ты здесь одна.

— Выйди из-за дерева, пожалуйста.

Девушке не нравилось говорить с кустом, голос Энакина терялся в зарослях, и приходилось напрягать слух. Не удивительно,