Оно спрятано в крови - Ирина Игоревна Голунцова

— А? Нет… — покраснела девушка, — ну, то есть…

— Ясно, не важно, можешь не беспокоиться, меня молодые мальчики не интересуют. Сколько лет прошло, а природа у них одна — либо чересчур романтичны, либо эгоцентричны.

— Столько лет?.. — не поняла Карин. — Ты, как бы, не многим старше Саске.

— Я, скорее, ближе по ископаемости к вашему Орочимару.

Карин явно мне не поверила, ее лицо скривилось от негодования:

— Хочешь сказать, тебе больше пятидесяти?

Так. А теперь настала мой черед округлить глаза и опешить.

— Ему пятьдесят?

— Ну, не уверена…

— Ничего себе сохранился… — и тем не менее, прочистив горло, я постаралась спрятать удивление. — И нет, мне не пятьдесят.

— М-м, теперь понятно, почему ты жалуешься на убранство, — усмехнулась Карин.

— О, милая, это я еще про матрас промолчала.

4 — Эксперимент

Комментарий к 4 — Эксперимент

Я вернулась из отпуска, ура (или не ура, как посмотреть). Получила стойкий заряд вдохновения, наслушалась такой музыки, которая вряд ли у кого-то вообще бы вызвала ассоциации с Наруто. Но один тикток-видос изменил все. Дамы и господа, как вы относитесь к Меладзе?

Давно я не пребывала в таком восторженном состоянии. Состоянии, которое также граничило с паникой. Инстинкт самосохранения орал, что это ненормально, за каждым действием Орочимару скрывалась угроза. Ничего, что он делал, ни коем образом не направлено мне во благо как изначальная цель. Но будь я проклята… Все, что здесь происходило, для меня казалось магией.

По большей части со мной работала Карин. Забор образцов крови и тканей, демонстрация подвластных мне способностей, скорость заживления порезов разной степени — она за всем внимательно наблюдала и скрупулезно записывала. Последняя часть с увечьями меня, разумеется, мало радовала, боль все же я не перестала чувствовать. Поэтому не теряла возможности пожаловаться.

— Да и вообще, почему Орочимару это все не делает? Он же тут был заинтересован в моей персоне, — как-то пробормотала я, словно старая бабка, когда Карин отрезала локон от моих волос. — А зачем, кстати, отрезать волосы?

— Вот поэтому он и прекратил, наверное, с тобой взаимодействие, — устало вздохнула девушка.

— То есть?

— Ты либо жалуешься, либо задаешь слишком много вопросов. Это утомляет.

— Мне же любопытно, я впервые вижу все это, — я посмотрела на стол, заставленный склянками и медицинским оборудованием: скальпелями, иглами. И улыбнулась. — Здесь так много всего необычного, я не могу отделаться от интереса ко всему этому.

— Поверь, лучше тебе не совать нос в дела Орочимару-сама, — отложив работу с образцами, подметила Карин. Она напряженно посмотрела в мою сторону. — Повезло, что тебе предоставили относительную свободу передвижений.

— Еще бы не предоставили, — усмехнулась я. — Я бы не позволила, Риндзин не позволил бы. Это уже не говоря о том, что персона моего уровня и так страдает от здешних условий.

Преувеличенная трагичность ничуть не тронула Карин, девушка только сильнее нахмурилась. Понимаю. Со стороны могу показаться избалованной беспечной аристократкой — в принципе, чего таить, недалека от истины.

— Думаю, ты его просто забавляешь. Но не перегибай палку, рано или поздно терпение кончается у всех. Думаешь, ты единственная, кем он интересуется в научных целях?

— Смею предположить, что нет. Этих бедолаг держат на подземных уровнях, да? Там ведь основная лаборатория?

Реакция Карин только подтвердила догадку, и даже показалось, что девушка потянулась за спрятанным за спиной кунаем. Напряжение разлилось по комнате тягучим медом, которое я поспешила разбавить беззаботной ухмылкой.

— Не удивляйся так, я ведь не просто выскочка, а выскочка высшего сорта. Думаешь, почему в моей деревне так никто и не рискнул прийти по мою голову?

— Из-за твоего демона?

— Нет, из-за страха, — шире улыбнулась я, но в то же время радость моментально упала к нулевой отметке. При воспоминании о доме на душе стало гадко, словно ступила босыми ногами в вязкую трясину. — Я ведь не хотела становиться хранителем Риндзина, пробовала сбежать, просила о помощи союзный клан, но все оказалось без толку. Меня схватили, моего возлюбленного тоже, сам ритуал передачи демона я сорвала, все пошло наперекосяк, и в результате погиб мой любимый. Я ведь и убила своего отца во время ритуала, думая, что это поможет остановить его. В итоге дракон все равно стал моим, а люди в деревне возненавидели меня. Они и так боялись мой клан из-за Риндзина, а теперь я еще и убила наследника союзной семьи.

— И, дай угадаю, ты пыталась им все объяснить, но в итоге тебя захотели убить?

— Да, подсылали много раз убийц, и однажды я думала, что умру — упала с огромной высоты и сильно повредила тазобедренную кость и позвоночник. Но восстановилась, только после падения какой-то момент выпал из памяти. Ну и, — вздохнув, решила я не затягивать с рассказом, — вывод оказался простым. Если люди хотели видеть во мне монстра, я показала им монстра.

— Я покопалась в информации о деревне Белых Гор. Мало что о ней известно, разве что о том, как клан Кушинада истребил клан Хидей.

— Если хочешь избавиться от сорняков, выдирай их с корнем.

— То есть ты уничтожила клан, который помог тебе бежать? Точнее, попытался.

— Я в курсе, кого истребила, Карин, — не постеснявшись жгучей нотки недовольства, заметила я. — И выдирала сорняки на протяжении всех лет правления. Точнее, это переросло в необходимость. Так что не пытайся меня напугать толпой заключенных, которых вы удерживаете насильно.

— Это другое, мы не бездумно убиваем людей. Они ценный материал для экспериментов Орочимару-сама, их жизни не тратятся понапрасну.

— Хочешь сказать, тебе не плевать на них?

Что и требовалось доказать: едва девушка отвела взгляд, как вес ее слов просто испарился. Но злорадствовать не хотелось, я только снисходительно улыбнулась.

— Вот именно. Поначалу я убивала для собственной безопасности, затем, чтобы держать людей в страхе и обеспечить безопасность своему младшему брату и его детям. А потом, и чтобы защитить деревню. Бесконечное насилие утомляет, особенно бесцельное насилие. У нас в деревне не так, чтобы есть чем заняться, я изучила все книги, все писания своего клана, даже принимала участие в проектировании маленькой гидроэлектростанции. Так что пойми и мое любопытство, Карин, эти мрачные лаборатории для меня как страна чудес.

Конечно, я до конца не понимала, в каком месте оказалась. Умом осознавала степень опасности, однако по привычке не воспринимала ее всерьез. Даже не знаю, что хуже — закрывать на все глаза или пребывать в неведении. Думаю, все же первый вариант, я так жила очень долгое время, не желая считаться с фактами. Так проще. Так удобнее.