Jero3000 - Александр Н. Жизнь в волшебном мире

Рон, Гермиона и Джинни обнаружились в Большом Зале.

— Ну ты и соня, — рассмеялась Джинни. Саша улыбнулся ей в ответ, кивнул и беглым взглядом осмотрел зал. Чего–то не хватало.

— А где Люпин? — он недоуменно уставился на Рона.

— А, Люпин, — тот поморщился. — Не хотел бы расстраивать, но за завтраком Снейп устроил тут форменное представление.

— Только не говори мне, что он знал, — Саша воздел взгляд к потолку.

— Мало того, что он знал! Мало того, что он готовил ему противоядие весь год! Теперь он еще и проболтался, — Гермиона так яростно тыкала вилкой в свой бифштекс, что, казалось, хотела убить его второй раз.

— И теперь профессор Люпин собирает вещи, — грустно вздохнула Джинни.

— Я бы хотел с ним поговорить напоследок, — задумчиво протянул Саша, — но для начала я бы все–таки пообедал.

— Да, — кивнула Гермиона. — Мы и сами хотели сходить к нему. Как преподаватель он очень хороший.

— Вот именно, — кивнул Саша и принялся за еду.

Профессор Люпин выглядел усталым. Он уже собрал вещи и теперь просто сидел за столом, словно чего–то ждал. Чего–то или кого–то.

— Я знал, что вы придете, — он чуть улыбнулся, от чего его изможденное лицо даже посветлело.

— Профессор, не уезжайте, — Джинни смотрела на него с грустью.

— Да, какая разница, что вы оборотень, — сказал Рон, и Саша тут же с силой пнул его по ноге.

— Нет, Рон, как раз в этом и разница, — Люпин вздохнул. — А что, если бы я забыл вчера выпить противоядие? Если бы кто–то из студентов решил прогуляться — и не оправдывайтесь, я знаю, что такие есть. Простили бы мне это? Простил бы это я сам себе?

— Вы могли бы подождать еще недельку и уехать вместе со всеми, — предложил Саша. — Не показывать Снейпу, что его слова как–то вас задели.

— О, его слова меня не задели, не переживай. Он просто констатировал факты, не более. А вот то, что его слова задели студентов — это отрицать глупо. Сегодня они напишут — если еще не написали — родителям. Завтра на столе директора уже будет гора писем с требованием убрать меня как можно дальше от детей. Я не буду этого ждать. Я просто уеду сам.

— Все равно вы замечательный, — Гермиона ободряюще улыбнулась.

— Спасибо, Гермиона, — профессор Люпин улыбнулся ей в ответ. — Если для тебя это важно, я поставил «Превосходно» за экзамен, несмотря на инцидент с боггартом. И я бы тебе посоветовал быть чуть более уверенной.

— Гермионе? Еще более уверенной? — рассмеялся Рон.

— Да, именно. Несмотря на все ее успехи, Гермиона очень критично к себе относится, — Люпин стал серьезнее. — Поэтому я и даю ей такой совет.

— Спасибо, профессор, — Гермиона покраснела. — Я постараюсь.

— Я проверю, — Люпин подмигнул. — Думаю, мы с вами еще увидимся когда–нибудь. Поэтому я не прощаюсь. Я говорю: «До свидания».

Он поднялся из–за стола и пошел к двери. Все четверо просто махнули рукой, будучи не в силах что–то еще сказать. Девчонки начали шмыгать носами. Саша пошел за Люпином, оставив Рона утешать Джинни и Гермиону.

— Я знал, что ты пойдешь, Гарри, — Люпин словно спиной почуял его приближение. Наверняка, его звериные инстинкты еще не уснули.

— Почему же? — Саша прищурился и наклонил голову.

— Потому что ты догадался, что я и тебе хочу кое–что сказать. Ты не Гарри.

— Как вы догадались?

— То есть, ты не будешь этого отрицать, — удовлетворенно кивнул Люпин. — В тебе нет ничего от характеров Джеймса или Лили. Ты не отсюда. Ты лишь гость. Я не понял пока, друг ты или враг.

— Друг, — быстро сказал Саша.

— Я очень хочу в это верить. И когда мы встретимся, я хотел бы, чтоб ты был готов открыть правду. В этом мире слишком мало правды, слишком мало. И какой бы губительной она ни была, лучше раскрыть ее, чем потерять доверие тех, кто остается на твоей стороне.

— Это слишком долгая история, чтобы рассказывать её на бегу, — Саша покачал головой.

— Вот поэтому я ее и откладываю. Всего доброго, друг, — Люпин пожал ему руку и зашагал к выходу из замка.

Остаток семестра Саша провел не в самом радужном расположении духа. Он прокручивал в голове весь предыдущий год, прикидывая, где же мог проколоться и как избежать этого в будущем. Не найдя ни одного объяснения, он совсем загрустил. Последние два дня он бесцельно бродил по замку, пока не наткнулся на Грейнджер.

— Ты чего? — спросили они друг у друга в один голос.

— Отдавала МакГонагалл ту вещь, — ответила она первой.

— Загрузился из–за последнего разговора с Люпином, — Саша кивнул. — Слушай, Грейнджер, вот ты меня поймешь. Мне надо выговориться. Там, где нас никто не подслушает.

Гермиона кивнула и побрела за ним на пятый этаж, туда, где их уже ждал холст с котом. Стоило проему закрыться за ними, как Сашу прорвало. Он говорил, не останавливаясь, о том, что ничего не изменилось, о том, что Люпин его то ли подозревает, то ли что еще. О том, как дико хочется домой. О том, как надоело ото всех прятаться. А Грейнджер кивала и молчала. Когда у него, наконец, закончились слова, и в кабинете повисла неловкая тишина, Гермиона легко вздохнула.

— Не бери в голову, — она мягко улыбнулась. — Думаю, Люпину надо рассказать. Он же преподавал Защиту от Темных искусств, вдруг он знает, что это за чары.

— Понимаешь, Грейнджер, что это за чары, знаю и я. Я даже знаю, как их снять. Вот только я не знаю, приблизил я или отсрочил исход всего этого дела. А может и вовсе, время осталось на месте. Я ничего не знаю, Грейнджер, и это раздражает.

— Верю, — тихо проговорила Гермиона и кивнула.

Огромный красный поезд выпускал клубы пара на перроне. Саша нехотя тащился к нему в толпе студентов и думал о том, сколько ему еще предстоит. Он силился вспомнить хоть что–то, но прошедшие тринадцать лет хорошо поработали над его памятью. Он не помнил практически ничего о том, что должно произойти. Оставалось только надеяться, что память услужливо подбросит ему какой–нибудь огрызок информации в нужный момент. Оставалось только надеяться.