Счастлив снаружи, счастлив внутри. Как построить жизнь мечты, ориентируясь на свои подлинные желания, а не навязанные стереотипы - Вера Александровна Дейногалериан
Попросите своего надмирного истинно взрослого спуститься вместе с вами к той вашей версии в самом низу, которая напугана, отчаялась, устала. И вместе с лучезарным образом надмирного себя приблизьтесь к ней – к тому ребенку в теле взрослого, который позабыл свой собственный потенциал и потому остановил свое взросление, решив, что так будет проще.
Покажите этому исходному себе здесь и сейчас надмирного истинно взрослого.
Напомните ему, что он пришел на этот свет, чтоб стать и быть таким, как взрослый. А значит, он может стать таким, иначе бы его здесь не было.
Используйте небесного истинно взрослого, пока не создадите такого же земного. Так вы покажете всем своим внутренним детям, что идеальным взрослым вы можете стать и быть в реальной жизни на земле, для этого не требуется возноситься.
Шпаргалка по шагам
Резюмируем. Паттерн моделирования в бессознательном фигуры того истинно взрослого себя, жизнь которого автоматически оказывается идеальной, сводится к основным шагам:
• представьте в пространстве образ самого себя в проблеме – образ той проблемной детской идентичности, которая изображает взрослость, но не справляется со взрослыми задачами;
• разберите идентичность на «запчасти» ее неудачных убеждений, чтобы докопаться до ядра базовых страхов;
• найдите на линии времени точку первого контакта идентичности с глубинной ложью базового страха и принятия первых негативных убеждений о себе – точку отрыва от источника любви в себе;
• проявите образ себя-ребенка до встречи с первичной ложью базового страха, вложите новую идейную основу «Я в порядке, другие люди в порядке, мир в порядке, жизнь в порядке» как образ источника любви и истины, создав базовое состояние доверия и суверенности в моменте, в статике;
• проведите обновленную фигуру по линии времени до точки настоящего, до своего реального возраста, создав опыт суверенности в динамике, во времени, опыт проживания жизни в морали господ;
• проверьте взрослость идентичности, попросив образ показать табличку с числом возраста;
• попросите взрослую идентичность образно почистить вас от ваших мусорных эмоций и идей;
• введите образ новой взрослой идентичности в себя, чтобы установить обновленную программу на «жесткий диск»;
• проверьте изменения своего самочувствия в моменте и понаблюдайте за динамикой в реальной жизни. Повторите тот же паттерн со всеми внутренними детьми, которых сможете обнаружить.
Глава 9
Комплект запчастей
Немышонки-нелягушки
Если в работе вы встречаетесь с сильным сопротивлением, значит, ваше внутреннее народонаселение пока еще не доверяет вам как человеку взрослому и оттого придерживает старые программы. Внутренние дети, как и обычные дети, великолепно чувствуют вашу уверенность и вашу неуверенность. Пока вы еще не бывали в состоянии истинно взрослого, все «разговоры о высоком» будут справедливо вызывать у них, по Станиславскому, реакцию «не верю!». Задача переубедить их – не вопрос ораторского мастерства, это вопрос вашей глубинной убежденности, которая, будучи даже размером с горчичное зерно, двигает горы.
Дорогу осилит идущий – меняетесь вы, растет ваша внутренняя взрослость, крепнет ваша уверенность, ослабевает сопротивление.
Помимо внутренних детей, в землях бессознательного вы обязательно встретите образы частей и субличностей – фигуры незнакомых вам людей, сказочных персонажей, животных или живых объектов неопределенного качества. Все они – вспомогательные программы, которые нужны, только пока не повзрослел еще тот внутренний ребенок, которого они воспитывают, как звери – человеческого детеныша Маугли, и которого, разумеется, не могут бросить, пока тот еще ребенок. Как только человеческий детеныш повзрослел, все части и субличности уходят сами, добровольно, навсегда.
Части и субличности-сопротивленцы убеждены, что базовые страхи вам необходимы. Что в малых дозах базовые страхи защитят вас как ребенка от столкновения с летальной дозой понимания «Я не в порядке». Что подкритическая масса страха обездвижит вас в достаточной степени, чтобы вы не высовывались, не посягали на большее, не шли туда, где можно встретить надкритическую массу. Поэтому они придерживают малую часть страховой «радиации» – как боль того же страха, разве что растянутую во времени и оттого чуть менее интенсивную, но по факту – ровно ту же самую. Главный аргумент сопротивления частей и субличностей: «Раньше мы жили так – и выжили. Как жить иначе – мы не знаем, потому оставим все как есть».
Типичный пример встречи с сопротивлением «Раньше мы жили так – и выжили» из практики. Работали с проблемой ревности. Проявили идентичность героини в остром приступе ревности. Спросили:
– Что с тобой не так?
– Боюсь, что меня предадут и бросят.
– Что в этом будет страшного?
– Останусь одна, буду никому не нужна.
– Что в этом будет страшного?
– Смерть.
– Что для тебя страшного в смерти?
– Небытие.
Налицо «стопка» сразу из трех спаявшихся базовых страхов – «Я одинок», «Я никому не нужен», «Меня не существует», – что объясняет остроту состояния. Конгломерат базовых страхов обнаружился в солнечном сплетении фигуры как темное грязевое пятно. Я предложила идентичности поразмышлять о том, что единственный подлинный источник ее страдания – это пятно, а не другие люди, которые еще не предавали ее, а может, никогда не предадут.
Фигура наотрез отказывалась избавляться от пятна, аргументируя это тем, что «так привычнее». Привычка – это выгода. В чем выгода? Можно жалеть себя, могут жалеть другие. Жалость – эрзац любви.
Фигура не знала, что такое настоящая любовь, изотоп любви как жалости виделся ей единственным источником существования.
Здесь героиня без моих подсказок заметила, что идентичность ведет себя упрямо и капризно, как ребенок. Психологический возраст фигуры – шесть лет.
Откатились по линии времени туда, где еще не произошла встреча с «грязевым пятном». Нашли светлый миг только в момент рождения. Но при попытке пообщаться с младенцем героиня ощутила сопротивление.
Спросили, кто сопротивляется. Вышла темная фигура и сказала, что она – смерть. Спросили:
– Почему ты против того, чтобы мы пообщались с младенцем?
– Тогда ты узнаешь, какой ты могла бы быть, – сказала смерть героине.
– Что в этом будет страшного?
– Ты никогда так не жила, а вдруг там – смерть?
Классическая логика частей-защитников: а вдруг счастье – это смерть? «Раньше мы жили так – и выжили, а как жить по-другому – мы не знаем, потому оставим все как есть на всякий случай». Я даже не стала говорить темной фигуре, что единственная смерть здесь – это она сама. И что грязевое пятно – это, на минуточку, тоже прижизненная смерть, растянутая во времени.
